От автора

Дорогие друзья, рада приветствовать вас на своём сайте.
Вы пришли в гости — значит, мой дом в интернете может стать отчасти и вашим, добрых гостей здесь всегда ждут. Оставить отзыв или написать мне сообщение вы можете и без регистрации. Желающие бывать здесь регулярно могут для своего удобства зарегистрироваться.

Последние материалы

«О блаженной неудаче» Марины Цветаевой

Возлюбила больше Бога милых ангелов его...
М. Цветаева
У поэта всё — правда, или он — не поэт. Не верить поэту — ошибаться. Если что-то непонятно и кажется странным, надо созерцать, вчитываться и давать время прорасти в сердце словам поэта... Надо мыслить не собой, а тем Лучом, который пронизывает не только стихи, но и судьбы, пространство и время, дух, душу и тело. Луч Вечности в нас. Луч Поэзии. У него много имён, одно из них — Слово. Бог-Слово! Отсюда цветаевское «требоваание веры» и «просьба о любви»...

Быть или не быть?

- Почему бы мне не быть тем, кто я есть?
- Не позволят.
- Надо быть кем-то другим? Для чего?
- Так положено.
- Кем?
- Ну, так принято. Надо надеть социальную маску, иначе опасно.
- А если я не хочу.
- Никто не спрашивает о желаниях.
- А я ни у кого ничего не прошу, мне ничего не надо от других. Воздух, которым дышу - ничейный, кому-то его жалко для меня?
- Не знаю, может и не жалко, но не положено.
- Новые маски избыточно агрессивны по отношению к лицу, мне лицо слишком дорого...

Слово — путь

В каждом из нас есть дыра размером с Бога, - сказал Сартр. Дыра - это жажда, определённая жажда рождает определённое вопрошание, а вопрошание рождает путь, в том числе путь человека в Слове и путь Слова в человеке. Слово само — путь, человек идёт буквально путём Слова, это не метафора. Порядок слов в произведении зависит от пути, который пройден автором. Мысль можно переформулировать, высказать иначе, но если первичный порядок слов принципиально нарушить, слова утрачивают пространственные якоря, которыми были прикреплены к пути, и по ним уже нельзя вернуться обратно в то состояние, из которого...

Останься на губах рассвета

Останься на губах рассвета
нездешней влагой, солнца бликом.
Иначе будешь оклеветан
толпой по-здешнему безликой.

Откуда голос? Раем ранен
всё тот же странник, далям близкий,
и жмущийся в моей гортани
небесный вздох нонконформистский.

Осколок силится усвоить свойства,
которые ему зачем-то снятся,
мечты задеты беспокойством
фрагментов, что во всём разнятся.

Ландшафт

А люди живут и живут, и нет им конца.
И думаю я, что не будет — Омега и Альфа
вписались в контекст. Зарифмуемся в тайны Творца,
и станем Поэмой — долины и горы ландшафта.

Нас Бог пропоёт — куплетам от века сродни
мы жили словами, не помня о чём будет Песня.
Но Луч предрассветный в тенях несказанных храним...

Правда человеческая — во мне и в другом

Правда человеческая - во мне и в другом. Правда человеческая во мне - важна, а правда человеческая в другом? Она важна для него самого, а для меня - нет, для меня, для Бога во мне, важна только моя человеческая правда. Правду Другого для меня реализовал в себе Христос. Так же как и правду мою - только я должна её усвоить себе личным усилием воли и дела. Отсюда видно, что когда я бьюсь за правду в другом для себя - грешу самостью, но когда бьюсь за правду в другом ради него самого - тогда я стою в правде...

Точность поэтическая и богословская — в чём разница?

Поэтическая правда — это правда момента, переживания, это глубинная суть всего, что есть в мире. Богословская правда, если сравнивать её с поэтической, это правда метода. Поэзия — о том, что есть, а богословие — о том как есть то, что есть...

Сижу и плачу

Сижу и плачу. Что могу спасти?
А ничего! Да и спасать не надо -
не вынуть рай из адовой сети,
но упразднится свыше сила ада.
Я знаю, знаю... Всё ж сильна тоска
о том, что жило и чего не станет:
трепещет в теле жаждой лепестка
небесный звук, который в голос ранен.

Не спрячешься в тени дубов ветвистых

Не спрячешься в тени дубов ветвистых,
а я б хотела спрятать эти выси.
Повсюду гул, толпа спешит к нечистым,
перебирают вслух форматы чисел.
Торги и ложь. Несу цветок заветный:
кому — не знаю, но ему нужна я.
Мечтаю проскользнуть тропою рая
туда, где сбудутся мечты-обеты.

Русь — светлое место

Вопрос: Русь - «светлое место». А как вы понимаете эту светлость?

Мой ответ: Наверное, светлость измеряется тем, давление какого количества тьмы ей «по плечу». Или, лучше, какое смысловое пространство ею высветляется (выхватывается из тьмы). Русь до тех пор остаётся собой, пока светла - хотя бы на уровне идеалов.

Мы все немножко диогены

Мы все немножко диогены, в том смысле, что ищем человека, которого и с фонарём в руках средь бела дня найти непросто. Но благодаря христианству мы продвинулись в понимании того, что или кого мы ищем.
Во-первых,  фонарь - это наш внутренний человек во Христе. В ком не горит этот фонарь, тот ничего настоящего не сможет отыскать, потому что не увидит.
Во-вторых, эти самые «фонари в нас» общаются между собой и чувствуют друг друга, а потому человеки, словно бабочки, «летят» на свет. Так что наличие фонаря - уже некая гарантия встречи...

Избранное

Запечатлённый миг

Одна из сил души хвостом виляет,
другая нежится, мурлыкает во сне
и лучик солнца лапкой подминает.
Ещё одна листом растёт к весне —
пускает в ход росточки и цветочки,
как будто все они её сыны и дочки.

И хорошо, что вы не здесь, а там...

И хорошо, что вы не здесь, а там:
я не люблю вблизи людей далёких -
душа не привыкает к сквознякам,
бежит ручьями к своему Истоку.
Сливаясь в реки, ручейки журчат,
их воды в общей серенаде спелись;
и капельки котятами урчат,
как бы у кошки молока наелись.

Не только Писание...

Когда я говорю «русское время», то имею в виду не что-то национальное, а главную направленность духа, исторически присущую русской традиции. Независимо от национальной принадлежности, русским можно называть всякого, кто ищет не гордости конструкции, но смирения в приятии истины, которая сама открывается чистому сердцу в его сокровенных глубинах. Человек жив не головой, а сердцем — это важная истина сегодня, когда голову легко можно задурить...

Внахлёст

...Ладонью касаюсь немыслимо дальних высот,
с которых к ветрам летят фейерверками сны.
И каждого песнь как будто овечку пасёт —
рождается звук, взыскующий странствий иных.

Внахлёст облака, и завтрашний луч поперёк —
здесь солнечный блик, как пленник уставших веков.
Небес оберег меня от судьбы не сберёг,
но крыльями утренних птиц прикрыл от стрелков.

В углу

— Я не буду вашим винтиком! — сказал шуруп директору завода. В воображении. Он много раз представлял себе этот бунт, когда стоит лишь одному начать бороться за право быть настоящим, цельным — быть собой, и тут же подхватят другие. Его не устраивала участь бессознательных собратьев, которые безропотно вертелись в руках сборщиков под насильственным воздействием ключей и отвёрток...

Когда мне грустно...

Когда мне грустно, я пишу стихи —
пишу всё чаще, потому что больно.
Рисую словом жалкие штрихи,
снующие повсюду своевольно.
Живые чёрточки иного бытия,
как кислорода пузырьки — в сосуде,
наполненном отравой забытья.
Миг обретенья истины — абсурден.

Высекательница Искр 1/7

Если поздним вечером вы будете гулять по тёмному провинциальному городу — а только провинциальные города покрываются мраком в поздний час, — вы можете встретить удивительную старушку с фонариком на голове. Она преодолевает огромные расстояния, двигаясь неспешно, но при этом очень быстро. Чтобы следовать за ней, вам, быть может, придётся даже бежать. Только вы не делайте этого ни в коем случае — она этого не любит...

Ксеньюшка, голубка Христова

Стрелою летела её любовь, а выпущенную стрелу разве остановишь? Вот и неслась Ксения Петрова по улице имени её дорогого супруга полковника Петрова, спешила домой, не желая верить в случившееся. Люди всякое болтают и часто не по делу. Не может её любимый, благочестивый Андрей Фёдорович, известный дворцовый певчий2, умереть, да ещё так дурно...

Выпустила из рук...

Выпустила из рук
слов пух,
высказала тебя
чужим вслух.

Внешнему отдала
тебя зря,
вытерла пот надежд
близ алтаря.

Ласточкою лететь
в твой ад-рай,
с ангелами теперь
жди-встречай.

Птица

Я говорю с собой чаще, чем с вами,
говорю с собой довольно плохими словами,
плохими стихами птицу прошу для меня спеть —
кислород кончается, ей надо ко мне успеть.

Если Слово придёт, оно меня споёт,
если птица поёт — она меня спасёт.
Кислорода хватит, просто дыши вглубь,
чтобы выпорхнул песней белый души голубь.

Здесь отчаянье бродит хитрой лукавой лисой...

Большое сердце

Большое сердце больше всего мира —
оно одно у человека с Богом.
Бери его себе и доминируй:
страдать другими дар совсем немногих.
Большое сердце не вместить вселенной:
она от ужаса свернётся в точку.
И только личность ставит многоточье...