О смерти Сталина - И.И. Чигирин
ГИБЕЛЬ БОГОВ: СТАЛИН УМИРАЕТ В ОДИНОЧКУ
Андрей Ведяев
Вечное другого надо встречать вечным в себе, чтобы не согрешить против вечности в себе и в другом.
Русская философия мне напоминает черепаху Зенона, которая впереди Ахиллеса западной философии только потому, что ищет не дробное знание, а целое — т. е. Сердце.
Я боюсь знать — знающие врут.
Беречь Христа в себе — это беречь Христа в другом.
Целые слова и есть неподъёмные, слова в Боге, слова из Бога в Бога текущие — слова вмещающие целое. В этом смысле поэзия говорит только неподъёмными словами. Неподъёмными, но поднимающими.
Личность — это точка стояния в Боге, а не в человеке (в отличие от индивидуальности).
И рай, и ад — в нас, что выберет человек своей реальностью, то и создаёт. Выбравший Бога, творит Его волю, а она в том, чтобы любить ближнего, как самого себя — т.е. осуществлять ближнего как рай, а не как ад.
Грех осуждения другого — это грех неразличения природного и личного в человеке.
Если Луч направить на козу, она заговорит. Если Луч направить на камень, и он заговорит. Говорение — в Луче, а не в предмете; в Луче, а не во мне.
Обвинять и требовать должного умеют все, а вот спасать погибающих дано только Христовым.
