Голуби — постовые наших улиц. Кто им платит зарплату за то, что с утра до вечера они ищут в нас человека?
Если я вам кажусь прекрасной — не верьте, я намного хуже.
Если же вы поражены моим уродством — опять не верьте, я — лучше.
Если же вы поражены моим уродством — опять не верьте, я — лучше.
И мы — подобие шкафов:
хранилище вещей не для себя...
хранилище вещей не для себя...
Антихристом является всякий, кто зарится присвоить себе то, что принадлежит Христу.
Слова — это солдаты Слова, если им не мешать своей корыстью, они никогда не солгут.
Тени вещей убивают вещи. Почему-то тень, освобождаясь от вещи, стремится убить вещь, от которой зависит. Чтобы занять место вещи, вероятно. Нынешнее время занято или, может быть, развлекается тем, что меняет акценты — словно не вещи отбрасывают тени, а тени отбрасывают вещи.
Судить и отрицать высокое другого — это отрицать своё высокое. Высокое неподсудно, его не судят — им и в нём живут
Наше высокое нас хранит.
Наше высокое нас хранит.
Надо искать правду, возвышающую человека, а не принижающую. Подлинная правда возвышает.
Поющее сердце — высшая правда человека.
Поющее сердце — высшая правда человека.
Человек становится человеком только в контексте вечности.
Люди спорят о сути вещей, придавая большее значение своим мнениям о ней, нежели самой сути.
