Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Почему баба из сказки о Золотой рыбке хочет стать владычицей морскою? Да потому, что архетипическая женщина мечты её деда описана в сказке «Поди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что».
Зрелая личность ЛЮБИТ то, что любит зрелая личность. А незрелая любит то, что любит незрелая личность. В этом их отличие.
Любим мы подлинного, глубинного человека (подлинным в себе — если любовь настоящая, неизбывная), а ругаемся с ситуативным, поверхностным. Если наше поверхностное нападёт (подлинное никогда не нападает) на чужое подлинное как на ситуативное, то страшно согрешит. Так бывает, когда другой — подлинный, а я сам ситуативный. Принимая свои грёзы за истину, наше поверхностное обычно приписывает свои собственные грехи другому, потому удобнее всего диагностировать себя по своим же претензиям к другому.
Я не люблю, когда говорят: «Будь, как я, будь понятной мне, чтобы я тебе позволил существовать в своём восприятии». Нет-нет, я существую уже в восприятии Бога, потому будьте любезны подстраивать свои восприятия под Него, а не меня подстраивать под себя и свои восприятия. Всем другим восприятиям, чтобы не лгать, ничего другого не остаётся.
Мышление на самом деле одно (в человеческом понимании — ничьё), и ты либо приобщаешься к нему, либо нет. Мышление ничьё, а то, что чьё-то — не мышление. Мышление принадлежит Богу: оно у Бога, к Богу и, вероятно, Бог в нас — Бог-Слово.
Всякий раз, выбирая, как поступить по отношению к другому человеку, мы выбираем себя. Когда мы поступаем бесчеловечно, мы изгоняем из себя человека.
Глядеть друг на друга вечными глазами — это и есть вечность.
Человеческие глупость, злоба и подлость любят рядиться в одежды мировоззрений, но опытный глаз сразу видит их наготу — отсутствие мысли.
Белый свет давно уж слишком стар —
как мертвец, рядящийся пред гробом,
он зачинщик чёрно-серых свар,
средь которых вечный вечно робок.
Зависть — это внешнее чувство, т.е. нахождение вне. Нужна какая-то подлинная реальность, потому что счастье это пребывание в своей подлинности. Неважно в какую из подлинных реальностей человек входит, главное чтобы вошёл и пребывал в ней — чтобы быть подлинным хотя бы одной из своих граней. Человеку важно состояться, состоявшиеся не завидуют.
Светлана Анатольевна Коппел-Ковтун, 1969 г.р. — поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых.
Зона моих интересов - человек. Во всех его проявлениях и ракурсах. Интерес к человеку привёл меня в поэзию и в православие, а затем и в психологию. Я получила духовное и психологическое образование. Стихи пишу с самого раннего детства.
В журналистике с 1992 года. Начинала на телевидении, в качестве телеведущей, автора и режиссера цикла передач на религиозно-философскую тематику, затем работала корреспондентом в региональной газете, ответственным редактором миссионерско-просветительского ежемесячного журнала «Мгарский колокол», редактором сайта Мгарского монастыря, признанного лучшим сайтом монастырей УПЦ (ФестЗМI -2009). Учредитель и руководитель Международного клуба православных литераторов «Омилия» (2007).
Член клуба мастеров современной прозы «Литера К» при литературно-публицистическом просветительском журнале «Клаузура». Номинант премии им. Леонида Гержидовича - за «Вершики» (2018). Публиковалась в периодических изданиях Украины, России и за рубежом. Награждена орденом «1020-летия Крещения Руси» «за усердные труды во славу святой Церкви».
Изданы книги:
«Сквозь тень» (2013) — избранные стихи разных лет;
«В чуланчике изношенных вещей» (2016). Сборник сказок для детей от пяти до ста пяти;
«Ксеньюшка, голубка Христова» (2016). Рассказ о жизни блж. Ксении Петербургской с приложением статей о том, кто такие святые и о феномене юродства;
«Макаровы крылья» (2016);
Статья о Владимире Дале в книге «Сыны России, прославившие Отечество. ВЛАДИМИР. От равноапостольного князя до Святейшего патриарха и президента России» (2017);
DiskBook «Жена Океана». Серия «Новые сказки» (2017);
«Я думаю по-русски» (2017). Сборник статей о знаменитых людях, жизнь и творчество которых отражают менталитет русского человека. Среди них Владимир Даль, святитель Тихон (Белавин), преподобный Иона Киевский, Марина Цветаева, Александр Блок, Андрей Платонов, Валентин Распутин, Николай Зиновьев и другие;
«Полотно» (2018). Стихи, дневники, афоризмы;
«Человеки» (2019). Эссе, стихи, афоризмы;
«Словесный бисер. Афоризмы и размышления» (2020);
«Знать человека — знать его вечное». Эссе, миниатюры, дневниковые записи разных лет (2021);
Страницы в сборнике «Писатели Москвы и Московской области» (2022);
Поэт имеет форму шара — у него взгляд такой; шар — это все возможные точки смотрения. Слово поэта так же стремится быть шаром, т. е. оно хочет быть услышанным во множестве своих контекстов одновременно. Обычный человек от такого сойдёт с ума, потому что он смотрит заинтересованно, чтобы применить, чтобы использовать. Обычный человек имеет одновекторный взгляд, определяемый его интересом, потребностью. Поэт смотрит чисто, без малейшего желания использовать, а потому он может себе позволить просто зрение. Поэт смотрит как бы не из себя, а изнутри тех предметов, с которыми входит в контакт. Он смотрит на вещи изнутри, а это нутро на самой глубине у всех нас едино.
«Вечное живёт в нас и во времени, если мы им действуем во времени. Абстрактное вечное, не работающее во времени — не живёт в нас».
Это очень сильная мысль. Почти парадоксальная: вечное нуждается во времени, чтобы быть живым. Не просто сосуществует с ним — а реализуется через него.
Душа просит немного рассказать о чудесной книге, которая у меня появилась два дня назад. Эта книга — "Знать человека — знать его вечное" Светланы Коппел-Ковтун.
Впервые я познакомился с творчеством Светланы Коппел-Ковтун в сборнике "Душа", который ежемесячно приносят в Казанский храм Божьей Матери в посёлке Вырица. (Тем, кто не знает: в этом храме служил Св. Серафим Вырицкий, до своей кончины в 1949, там же, близ церкви, и могилка его.)
На вопросы отвечает Светлана Коппел-Ковтун
- Как человек становится поэтом? Или когда, при каких обстоятельствах?
- По большому счёту все люди - поэты, только многие не догадываются об этом. Мы же созданы по образу и подобию Бога-Творца, Бога-Поэта. Другое дело, что таланты в человеческой среде распределяются Богом по-разному, т.е. кому-то дано одно, кому-то - другое, кому-то - третье... Мы должны служить друг другу талантами, которые дар Бога, а не наша личная заслуга. Талант - всегда дар, так и становятся поэтами, получая дар. Чтобы раскрыть в себе этот талант, надо учиться смотреть вглубь вещей.
«Написание стихов — это способ дышать для поэта. Буквально, а не образно. Поэзия — это дыхание божественного в нас, единственно живого в нас, которое дышит Богом». «Бог учит нас смотреть на мир поэтически - т.е. любовью. И по-настоящему вещи, человека, Бога видят только такие — глядящие глазами поэзии - люди». «Каждое слово поэта — целое. Целые слова и есть неподъёмные, слова в Боге, слова из Бога в Бога текущие — слова вмещающие целое. В этом смысле поэзия говорит только неподъёмными словами. Неподъёмными, но поднимающими». Приведённые выше слова — фрагменты дневников поэта и эссеиста Светланы Анатольевны Коппел-Ковтун, беседа с которой предлагается вниманию читателей...
...здесь столько неизъяснимого рассыпано в междустрочьях, что добросовестное цитирование никак не представляется возможным. Ибо всякое, даже самое маленькое произведение неизменно выводит в ГЛАВНОСТЬ... Оно тысячами незримых нитей уходит во все стороны. Где ни тронь, везде паутинки золотых мелодий, всё начинает звучать колокольчиками недосказанного... А вот : ВСЕ ОКНА - С ВИДОМ НА ГОЛГОФУ, И ЛЮД ПРИВЫК - ДО СЛЕПОТЫ: ВОСПРИНИМАЮТ КАТАСТРОФУ, КАК РАЗНОВИДНОСТЬ КРАСОТЫ... здесь слова звучат набатом, но это лишь усиливает жажду прислушаться к самым тихим звукам, за которыми вечнозелёные секреты...
На крыльях самости вверх взлетать не стоит. Сгорят, непременно сгорят, для нашей же пользы (а если не сгорят, то нам во осуждение — и такое бывает). Настоящие крылья, они — как неопалимая купина, только неопалимость эта — дар Бога, а не результат «работы локтями» или любой другой самостной деятельности, разновидностей которой не счесть.
Православные — тоже люди, а все люди — разные. Это действительно важно понимать, чтобы не требовать от окружающих людей чуда. Желаемая нами и воспитываемая православием норма взаимоотношений — это чудо, а не норма на самом деле. Явить или не явить это чудо другим решает каждый из нас сам, но даже тот, кто решился явить, не может сделать это сразу и вполне.
В некотором смысле «Омилия» — результат нашего послушания. Помните, героям мультика помогали строить Дом Дружбы другие персонажи, и, что замечательно, всех их передружил труд, общее дело. Именно так мы задумывали «Омилию». Но изначально мы были наивными мечтателями, мало понимающими в том деле, за которое брались.
Как читатель Светлана любит «не знающую меры» Цветаеву и «вселюбящего», по её же определению, Платонова. Непревзойдённым шедевром считает «Анну Каренину» Толстого. Философа В. Соловьёва называет своим духовным отцом и рассказывает как семнадцатилетней девчонкой...
Люди превращаются в заборы. Внутреннее пространство перестаёт быть актуальным и действующим, в нём постепенно поселяется пустота. А человек словно переселяется из дома внутреннего в забор, но не замечает этого. Именно потому, что не замечает происходящих внутри него перемен, он перестаёт видеть и свой дом, и себя - начинаются злоупотребления забором...
«Привет-привет», — мне машет лист кленовый.
«Привет-привет», — молчу ему в ответ,
и он смущается, как будто поцелован,
и восторгается, как будто бы воспет.
Ладошка листика сродни ладошке друга —
она играет на ветру со мной.
Вмиг согревается прохладная округа,
и наступает день творения восьмой.
Непонимание между людьми - обычное дело: никто никого не понимает, как правило, и толкуем мы Другого обычно неверно, судя по себе (Другого - не видим). Однако непонимание непониманию рознь. Уровень сложности информации, которую следует осмыслить, бывает разным и сама эта разность тоже. Так, одно дело - непонимание между людьми разных социальных групп, образования и т.п., и совсем другое непонимание, скажем, садиста - почему нельзя убить котёнка...
Юродство хорошо вписывается меж двух тезисов Паскаля, хоть и не исчерпывается ими: 1) «Когда человек пытается довести свои добродетели до крайних пределов, его начинают обступать пороки» — следовательно, подвижник благочестия должен знать цену всем своим достижениям и блюсти себя тем тщательнее, чем большего достиг; 2) «Величие не в том, чтобы впадать в крайность, но в том, чтобы касаться одновременно двух крайностей...
Быть может, единственно правильное понимание другого состоит в том, чтобы понять, что мы друг в друге почти ничего не понимаем как следует, что мы грезим наяву. Тогда появится какая-то скромность во взгляде на другого, которая является предпосылкой подлинного понимания. Горделивый, надменный, самоуверенный взгляд — глуп и слеп. Другой человек — тайна, которая может открыться тебе, а может и не открыться. Даже я сам для себя — тайна. Повсеместное хамство — это утрата ощущения тайны, живущей в человеке...
Хищная ткань мира поглощает сердца́,
люди в неё заворачиваются как в саван.
Тычутся лицами в блеск — дом гордеца,
ищут себе не любви, а чужой славы.
Трутся о саваны с жадностью —
голодны так:
денег и славы безумцам всегда мало.
Только бедняк
знает: жизнь — поезда́
и бесконечная череда вокзалов...