Фото Светланы Коппел-КовтунСветлана Анатольевна Коппел-Ковтун, 1969 г.р. — поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых.

В журналистике с 1992 года. Начинала на телевидении, в качестве телеведущей, автора и режиссера цикла передач на религиозно-философскую тематику, затем работала корреспондентом в региональной газете, ответственным редактором миссионерско-просветительского ежемесячного журнала «Мгарский колокол», редактором сайта Мгарского монастыря, признанного лучшим сайтом монастырей УПЦ (ФестЗМI -2009). Учредитель и руководитель Международного клуба православных литераторов «Омилия» (2007).  Член клуба мастеров современной прозы «Литера К» при литературно-публицистическом просветительском журнале «Клаузура». Номинант  премии им. Леонида Гержидовича - за «Вершики» (2018).
Публиковалась в периодических изданиях Украины, России и за рубежом. 
Награждена орденом «1020-летия Крещения Руси» «за усердные труды во славу святой Церкви».

Изданы книги:

  •  «Сквозь тень» (2013) — избранные стихи разных лет;
  • Философская сказка-притча «Высекательница Искр» (2013);
  • «Трагедия Украины» (2015);
  • «Читаю знаки» (2016) — стихи разных лет;
  • «В чуланчике изношенных вещей» (2016). Сборник сказок для детей от пяти до ста пяти;
  • «Ксеньюшка, голубка Христова» (2016). Рассказ о жизни блж. Ксении Петербургской с приложением статей о том, кто такие святые и о феномене юродства;
  • «Макаровы крылья» (2016);
  • Статья о Владимире Дале в книге «Сыны России, прославившие Отечество. ВЛАДИМИР. От равноапостольного князя до Святейшего патриарха и президента России» (2017);
  • DiskBook «Жена Океана». Серия «Новые сказки» (2017);
  • «Я думаю по-русски» (2017). Сборник статей о знаменитых людях, жизнь и творчество которых отражают менталитет русского человека. Среди них Владимир Даль, святитель Тихон (Белавин), преподобный Иона Киевский, Марина Цветаева, Александр Блок, Андрей Платонов, Валентин Распутин, Николай Зиновьев и другие.
  • «Полотно» (2018). Стихи, дневники, афоризмы.
  • «Человеки» (2019). Эссе, стихи, афоризмы.
  • «Словесный бисер. Афоризмы и размышления»  (2020)

ОТ АВТОРА

Избранные произведения автора
Избранные произведения омилийцев

Светлана Коппел-Ковтун: Точка стояния — вечность

Екатерина Демина

«Написание стихов — это способ дышать для поэта. Буквально, а не образно. Поэзия — это дыхание божественного в нас, единственно живого в нас, которое дышит Богом». «Бог учит нас смотреть на мир поэтически - т.е. любовью. И по-настоящему вещи, человека, Бога видят только такие — глядящие глазами поэзии - люди». «Каждое слово поэта — целое. Целые слова и есть неподъёмные, слова в Боге, слова из Бога в Бога текущие — слова вмещающие целое. В этом смысле поэзия говорит только неподъёмными словами. Неподъёмными, но поднимающими». Приведённые выше слова — фрагменты дневников поэта и эссеиста Светланы Анатольевны Коппел-Ковтун, беседа с которой предлагается вниманию читателей...

В свете ЛУЧА. О книге «Полотно»

Александр Мирный

...здесь столько неизъяснимого рассыпано в междустрочьях, что добросовестное цитирование никак не представляется возможным. Ибо всякое, даже самое маленькое произведение неизменно выводит в ГЛАВНОСТЬ... Оно тысячами незримых нитей уходит во все стороны. Где ни тронь, везде паутинки золотых мелодий, всё начинает звучать колокольчиками недосказанного... А вот : ВСЕ ОКНА - С ВИДОМ НА ГОЛГОФУ, И ЛЮД ПРИВЫК - ДО СЛЕПОТЫ: ВОСПРИНИМАЮТ КАТАСТРОФУ, КАК РАЗНОВИДНОСТЬ КРАСОТЫ... здесь слова звучат набатом, но это лишь усиливает жажду прислушаться к самым тихим звукам, за которыми вечнозелёные секреты... 

Художник с яблоком в руке

Елена Самкова

Рецензия на книгу Светланы Коппел-Ковтун «Полотно. Стихи. Дневники. Афоризмы»
Полотно — это, прежде всего, переплетение множества нитей, ткань, которая явилась результатом переплетения и единения многих путей, судеб, устремлений и движений. На пересечении дорог и жажд возникает небольшая точка — человеческое Я, которая то ли есть, то ли нет её, но она вполне зрима и осязаема, пока стремлением любить собирает в себе и удерживает любовь к ближнему. Об этом Светлана пишет в одной из своих статей, но если внимательно читать её тексты, то все они окажутся именно об этом.

Светлана Коппел-Ковтун: «Творчество — это форма послушания»

Алла Немцова

На крыльях самости вверх взлетать не стоит. Сгорят, непременно сгорят, для нашей же пользы (а если не сгорят, то нам во осуждение — и такое бывает). Настоящие крылья, они — как неопалимая купина, только неопалимость эта — дар Бога, а не результат «работы локтями» или любой другой самостной деятельности, разновидностей которой не счесть.

Светлана Коппел-Ковтун: «Православие — это путь длиною в целую жизнь»

Андрей Сигутин

Православные — тоже люди, а все люди — разные. Это, действительно, важно понимать, чтобы не требовать от окружающих людей чуда. Желаемая нами и воспитываемая православием норма взаимоотношений — это чудо, а не норма на самом деле. Явить или не явить это чудо другим, решает каждый из нас сам, но даже тот, кто решился явить, не может сделать это сразу и вполне.

Светлана Коппел-Ковтун: «Омилия» — результат послушания жизненным обстоятельствам

Виктория Широконос

В некотором смысле «Омилия» — результат нашего послушания. Помните, героям мультика помогали строить Дом Дружбы другие персонажи, и, что замечательно, всех их передружил труд, общее дело. Именно так мы задумывали «Омилию». Но изначально мы были наивными мечтателями, мало понимающими в том деле, за которое брались.

Светлана Коппел-Ковтун: «Читаю знаки». Краткий очерк о творчестве писательницы

Алла Белкина

Как читатель Светлана любит «не знающую меры» Цветаеву и «вселюбящего», по её же определению, Платонова. Непревзойдённым шедевром считает «Анну Каренину» Толстого. Философа В. Соловьёва называет своим духовным отцом и рассказывает как семнадцатилетней девчонкой...

Избранное

Мы встретились в полёте, не летая...

Мы встретились в полёте, не летая,
лишь искренне без неба умирая;
вниз падая, мы устремлялись встать,
ища причину перьям прорастать.

Мы встретились в полёте, не летая,
друг друга в сердце неба увлекая —
даря другому крылья, мы взлетали
и покидали ад горизонтали.

Птица

Я говорю с собой чаще, чем с вами,
говорю с собой довольно плохими словами,
плохими стихами птицу прошу для меня спеть —
кислород кончается, ей надо ко мне успеть.

Если Слово придёт, оно меня споёт,
если птица поёт — она меня спасёт.
Кислорода хватит, просто дыши вглубь,
чтобы выпорхнул песней белый души голубь.

Здесь отчаянье бродит хитрой лукавой лисой...

Сцепление крестами

Сцепление крестами — мета времени,
и различают ныче — по крестам.
К чему сегодня различать по имени,
когда обрывки жизни по верстам,
обломки жизни, разбросала вьюга?
Не успеваем узнавать друг друга,
но смело различаем по крестам —
как по сердцам...

Грехопадение

- Я хочу вылупиться в жизнь, - сказала Смерть и вылупилась.
Её глаза уставились в глаза Евы глазами Змия. Жизнь в Еве растерялась, не сразу поняв, ЧТО она видит (раньше ей не приходилось встречаться лицом к лицу со смертью).
- Ты хочешь вылупиться в смерть, - сказала Смерть Еве, - иначе ведь не поймёшь, что такое жизнь...

Два метода — два ума

…«Птицы» и «лягушки» — враги непримиримые, они не сойдутся никогда. История противостояний насчитывает десятилетия, но сами «военные» действия не происходят, т.к. оппозиционные группировки находятся в разных измерениях… Дар, по большому счёту, всегда не только наличие чего-то, но и отсутствие; это не только одарённость, но и уязвимость. Человек вообще — уязвим...

Жираф и его шея

Знает ли Жираф, что шея у него слишком длинная? Когда он тянется за листьями на высоких деревьях, вряд ли об этом думает. А когда спит? Тоже вряд ли: спящие думают про сны, которые им снятся.
— Да не длинная у меня шея, а такая как надо! — возмутился Жираф. — Вон как далеко я вижу благодаря шее! Я могу достать даже до неба и лизнуть облако...

Я — как бокал...

Я — как бокал,
заполненный
до половины
вином и радостью,
но больше — пустотой.
Не кланяюсь,
чтоб не пролить,
но поклоняюсь,
дабы исполниться.
Неведомой тоской
душа томится,
предвкушая чудо.
Я гостя жду —
из ниоткуда.

Зачем человеку две руки

У каждого человека неспроста две руки. Одна из них щедрая, а другая — жадная. Вот бывает махнёт человек щедрой рукой и осчастливит кого-то. Но тут же спохватится и скажет себе: какой я дурак — никто этого не делает, я один, осёл! И так замашет жадной рукой, что всю щедрость его души, как ветром сдует. Большинство людей такие, потому и мир таков, как есть. Люди боятся своей щедрости. Уж лучше бы жадности боялись...

Голубка

Я видела голубку за стеклом —
она, изранившись, рвалась к свободе
и билась крыльями о толстую преграду.
Любовь струилась кровью по крылам,
в глазах мечта алела жаждой и томленьем
по радости вдвоём. Стекло молчало,
и равнодушием дышал его покой —
оно, покрывшись кровь, не своей,
терпело глупость безудержной птицы.

У отчаянья красивые глаза ...

У отчаянья красивые глаза —
зов не рвётся с ним в чужие небеса,
боль не плачет о себе среди чужих,
крик надежды на других уже затих.

У отчаянья прекрасный макияж —
красота его для стаи воронья
словно рай застывший посреди руин.
Горечь сердца — тайне счастья на помин.

У отчаянья весёлые глаза,
но с весёлостью такой прожить нельзя.
Знай, свободно и легко идёт ко дну
тот, кого смертельный ад вполне согнул.

Океан — океану

Океан не разделишь, не делится океан,
океан — океану: единственный диалог.
Океан с океаном — вещественный жизни роман,
океан в океане создать беспредельное смог.

Океан — не один, с океанами он океан,
и не знает тоски, всегда окружённый водой.
Океан океаном на встречу заветную зван,
где становится он не просто водой, а судьбой.

Мы не встретимся

Ваша чаша
исполнена ядом —
жаждет часа,
когда буду рядом.
А напрасно,
мы с вами не встретимся:
мы различными ранами
светимся,
мы различными солнцами
греемся,
на различное счастье
надеемся.