Гости и друзья

Последний полёт

Владимир Микушевич

Листьям в полёте
Ничего, кроме солнца,
Не остаётся.

Ангелы

Райнер Мария Рильке

Их души – свет неокаймлённый,
устали певчие уста;
сон – грех для них преодолённый,
тем соблазнительней мечта.

Почти похожи на сигналы,
они молчат средь Божьих рощ,
включённые, как интервалы,
в Его мелодию и мощь.

Но крылья их за облаками,
где с ними ветер-лития,
пока ваятель Бог веками
необозримыми руками
листает Книгу Бытия.

Песнь женщин, обращённая к поэту

Райнер Мария Рильке

Открылось всё; открывшись, мы твердим
о том, как наша участь хороша
блаженством нескрываемым своим;
что в звере кровь и тьма, то в нас душа,

зовущая тебя; необходим
ей ты, но твой в ней различает взор
пейзаж всего лишь; ты невозмутим,
и тот ли ты, кого мы до сих пор

зовём, томясь? Но разве ты не тот,
в ком затеряться рады мы всецело?
И не в тебе ли главный наш оплот?
 
Проходит бесконечность в нас, как весть,
но то, что в честь нас, преходящих, пело,
нас возвещающий, не ты ли есть?

Начало нашего естества

Райнер Мария Рильке

С несотворённым Бог говорит,
молча из тьмы ему путь озарит.
Начало нашего естества
речь Божья туманная такова:

Ты побудь в Моей глубине,
где я с тобою наедине
в твоей броне;

За всеми вещами ты в огне;
тенью твоею при ясном дне
 оденусь я не напрасно.

Всё, что прекрасно и что ужасно,
твоя  через мир дорога, -
лишь пребыванье
в ближней стране,
жизнь – ей названье,

где упованье
вплоть до итога...

Без смерти жизни нет

Ангелус Силезиус

Умри, как умер Бог, Чья смерть - не цель а средство,
Дабы от Бога ты воспринял жизнь в наследство.

Я Божий град

Райнер Мария Рильке

Я тень, я чаша над моим
урочным делом или целью,
свод густолистый над скуделью,
и в праздник я неутомим;
я схож с долиной-колыбелью,
где я же Иерусалим.

Я Божий град. Я Бога жду,
Его пою ста языками;
псалтирь Давидова веками
со мной, и я за облаками
вдохнул вечернюю звезду.

Притянут солнечным восходом,
давно покинут я народом,
и без народа я велик,
внимаю поступи пророчеств
средь распростёртых одиночеств,
где я возникну, как возник.

С Единственным наедине

Райнер Мария Рильке

К плодоношению очнулась,
в прекрасном кроясь, ужаснулась;
в благую вслушиваясь весть,
раба Господня прикоснулась
к путям, которых Ей не счесть.

Год молодел. Она парила
близ неземного рубежа,
и жизнь Марии там царила,
смиренно Господу служа.
Как сёла праздничному звону,
Она в девичьей тишине
внимала собственному лону
с Единственным наедине;
одним исполнена секретом,
для тысяч бережно жила,
освещена всеобщим светом,
как виноградник, тяжела.

Эта осень

Протоиерей Андрей Кульков

Яблок нет. Они склеваны птицами с удивительно грустными лицами.

Ну а птицы с веселыми лицами направляются в сторону Ниццы…

Сад, как бабочки, в небе порхает. И мой сад на Юг улетает:

Машет крыльями листьев парящих, направляясь в ненастоящее…

Оставляя меня в унывающем бытии серых дней убывающих…

…серых дней остывающих…

Моя душа торопится

Марио де Андраде

Я подсчитал свои годы и обнаружил, что у меня осталось меньше времени на жизнь, чем прожито. Я чувствую себя таким ребенком, который выиграл коробку с конфетами: первые съедает с удовольствием, но когда он понимает, что осталось только несколько, то действительно начинает есть их с удовольствием и смакуя. У меня нет времени для бесконечных конференций, посвященных уставам, законам, процедурам и внутренним правилам, зная, что ничего не будет достигнуто. У меня нет времени выносить абсурдных людей...

А Бог с вами!

Марина Цветаева

А Бог с вами!
Будьте овцами!
Ходите стадами, стаями
Без мечты, без мысли собственной
Вслед Гитлеру или Сталину.

Являйте из тел распластанных
Звезду или свасты крюки.

Бог

Марина Цветаева

...О, его не привяжете
К вашим знакам и тяжестям!
Он в малейшую скважинку,
Как стройнейший гимнаст...

Разводными мостами и
Перелетными стаями,
Телеграфными сваями
Бог — уходит от нас.

О, его не приучите
К пребыванью и к участи!
В чувств оседлой распутице
Он — седой ледоход.

О, его не догоните!
В домовитом поддоннике
Бог — ручною бегонией
На окне не цветет!..

Я сохраню в душе частичку солнца!

Светлана Новомлинская

Я сохраню в душе частичку солнца!

Я ни за что погаснуть ей не дам!

Пусть сумрак ночи ходит по пятам...

Он из моей печали не напьется...

Мальчик, ищущий феврали...

Елена Севрюгина

На краю усталой больной земли,
Посреди задёрнутой светом тьмы
Бродит мальчик, ищущий феврали,
И ссыпает сказки в суму зимы.

У него чуть слышный, прозрачный смех…
Он безмерно молод, речист, скуласт…
И струится ласковый тёплый снег
Из глубин распахнутых детских глаз…

Серебрятся тысячи снежных солнц
На пороге чутких февральских бурь,
Но скользит сквозь пальцы речной песок,
Шелестя по нотам твою судьбу...

Постоянство суть эволюция принципа помещенья...

Иосиф Бродский

...Эволюция  — не приспособленье вида
к незнакомой среде, но победа воспоминаний
над действительностью. Зависть ихтиозавра
к амебе. Расхлябанный позвоночник
поезда, громыхающий в темноте
мимо плотно замкнутых на ночь створок
деревянных раковин с их бесхребетным, влажным,
жемчужину прячущим содержимым.

Сомненья жгут меня..

Жан Кокто

Сомненья жгут меня. И нет от них спасенья. 
    Чей приговор я выслушать готов? 
Кто мой судья? Я сам! Не будет снисхожденья: 
    Мои глаза — глаза моих врагов. 

О, как хотелось мне любить себя и славить 
    И чтоб успех дела мои венчал, 
Но как бы далеко ни простиралась память, 
    «Ты виноват», — твердит мой трибунал. 

Безмолвен адвокат, убийственны улики, 
    Неумолимо точен прокурор, 
И оправданья нет, и бесполезны крики, 
    И вынесен мой смертный приговор.

Везде разгадываю Бога

Лев Болеславский

В чем ни искал бы благодать,
Я вечных тайн коснусь опять:
В любви и в теореме строгой,
И в рифмах, льющихся в тетрадь,
И что б ни тщился разгадать,
Везде разгадываю Бога.

Нет, бытие - не зыбкая загадка

Владимир Набоков

Нет, бытие - не зыбкая загадка!
Подлунный дол и ясен, и росист.
Мы - гусеницы ангелов; и сладко
въедаться с краю в нежный лист.

Рядись в шипы, ползи, сгибайся, крепни,
и чем жадней твой ход зеленый был,
тем бархатистей и великолепней
хвосты освобожденных крыл.

Я не звал тебя — сама ты...

Александр Блок

Я не звал тебя — сама ты
        Подошла.
Каждый вечер — запах мяты,
Месяц узкий и щербатый,
        Тишь и мгла.

Словно месяц встал из далей,
        Ты пришла
В ткани легкой, без сандалий,
За плечами трепетали
        Два крыла...

В неуверенном, зыбком полете...

Александр Блок

В неуверенном, зыбком полете
Ты над бездной взвился и повис.
Что-то древнее есть в повороте
Мертвых крыльев, подогнутых вниз.

Как ты можешь летать и кружиться
Без любви, без души, без лица?
О, стальная, бесстрастная птица,
Чем ты можешь прославить творца?...

Твой цвет багряный!

Светлана Новомлинская

Теснит Тебя враг со свету,
Все жестче сжимая  циркуль.
Сочувствие душ? – Да где там! -
Безумие в «римском цирке»...

Здесь крови невинной жаждут,
Вопят, и стучат ногами.
Здесь может открыто каждый
Метнуть в Тебя острый камень.

Взлетай же! Ведь Ты – крылата!
Спасайся, пока возможно!
Но тайной святой объята, 
Молчишь пред толпой безбожной...

Художник

Александр Блок

...И замыкаю я в клетку холодную
Легкую, добрую птицу свободную,
Птицу, хотевшую смерть унести,
Птицу, летевшую душу спасти.

Вот моя клетка — стальная, тяжелая,
Как золотая, в вечернем огне.
Вот моя птица, когда-то веселая,
Обруч качает, поет на окне.

Крылья подрезаны, песни заучены.
Любите вы под окном постоять?
Песни вам нравятся. Я же, измученный,
Нового жду — и скучаю опять.

В этом мире, где осень...

Михаил Квливидзе

...В этом мире, где осень, 
где розовы детские лица, 
где слова суеты 
одинокой душе тяжелы, 
Кто-то есть... Он следит, 
чтоб летели тишайшие листья, 
и вершит во вселенной 
высокий обряд тишины. 

Ну а скоро осенняя темень накатит...

Лариса Миллер

Ну а скоро осенняя темень накатит.
Право слово, с меня этой темени хватит.
Но в ответ говорят: "Не тебе здесь решать,
Что дарить и чего тебя надо лишать.
Твоё дело - со вздохом - мол, ну и погодка -
Принимать то, что есть, и смиренно и кротко.
Твоё дело - во всём небесам доверять,
По погоде одеться и в темень нырять".

Воцерковлен я понемногу...

Сергей Круглов

воцерковлен я понемногу
во что-нибудь и как-нибудь;
воцерковленьем, слава Богу,
у нас немудрено блеснуть