Гости и друзья

Я слышу...

Константин Бальмонт

Я слышу гуд тяжелого шмеля,
Медлительный полет пчелы, несущей
Добычу, приготовленную пущей.
И веет ветер, травы шевеля.

      Я вижу урожайные поля.
      Чем дальше глянь, тем всходы видишь гуще.
      Идет прохожий, взор его нелгущий,
      Благой, как плодородная земля.

Я чую, надо мною реют крылья.
Как хорошо в родимой стороне! –
Но вдруг душа срывается в бессилье...

Мой знак

Константин Бальмонт

Мой знак – человек на коне.
Без хлыста. Ибо конь его – птица.
Ибо конь его – ветер, зарница.
Задрожавшая вражья бойница.
Без хлыста. Но с мечом. И в огне.

      Но с мечом! Ибо силен дракон.
      Он с мечом. Ибо змей многоглавый,
      Многозвенный, весь сборный, лукавый.
      Завладел, на минуту, державой.
      Но счервится, заслышавши гон.

Перезвон. Перескок. Переступь.
Вся дорога до логова взрыта.
Разыграйся четыре копыта.
Разгремитесь над цепким сердито,
Загоните чудовище вглубь...

Вседневность Солнца – моя твердыня...

Константин Бальмонт

Вседневность Солнца – моя твердыня.
Настанет утро, оно взойдет.
Так было древле. Так будет ныне.
И тьме, и свету сужден черед.
      Вперед уходят все сочетанья,
      Хотя по кругу идет узор.
      Что было, было. Тут нет гаданья.
      Что будет, будет. Бесплоден спор.
От гор высоких – густые тени.
Из гроз сгущенных – повторный гром.
Но есть исход нам из всех сцеплений.
Есть быль, давно ей был нужен – слом...

Она

Константин Бальмонт

В мгновенной прорези зарниц,
В крыле перелетевшей птицы,
В чуть слышном шелесте страницы,
В немом лице, склонённом ниц,

В глазке лазурном незабудки,
В весёлом всклике ямщика,
Когда качель саней легка
На свеже-белом первопутке,

В мерцаньи восковой свечи,
Зажжённой трепетной рукою,
В простых словах «Христос с тобою»,
Струящих кроткие лучи...

Будем как Солнце! Забудем о том...

Константин Бальмонт

Будем как Солнце! Забудем о том, 
Кто нас ведет по пути золотому, 
Будем лишь помнить, что вечно к иному, 
К новому, к сильному, к доброму, к злому, 
Ярко стремимся мы в сне золотом. 
Будем молиться всегда неземному, 
В нашем хотеньи земном! 
Будем, как Солнце всегда молодое, 
Нежно ласкать огневые цветы, 
Воздух прозрачный и все золотое. 
Счастлив ты? Будь же счастливее вдвое, 
Будь воплощеньем внезапной мечты!..

Луна нелепо в тучу одета...

Влад Маленко

Луна нелепо в тучу одета.
Пахнет в лесу пилой.
Брошенная собака доела лето
И стала злой.
Как старый Онегин, забытый Татьяной,
В пятнах былых свиданий,
Сентябрь явился заплаканный, пьяный,
С яблоками в чемодане...
А я возле уличного фонарика
Стою и душу держу в руках.
Жалко мне Онегина, жалко Шарика, 
Жалко Антоновку в синяках.

Попытка пониманья все важней

Галина Ефремова

Попытка пониманья все важней,
жар истины внутри, а не вовне,
и Кто над нами, в нас, и нас сильней,
ведет почти на ощупь по земле.
Ты ничего не знаешь о себе,
о тех, кто далеко, кто рядом,
и все твои познанья о добре
однажды устареют как наряды;
тебе никто не станет отдавать
того, что никогда твоим не будет,
ты можешь плакать, мучиться, страдать,
тебя не пожалеют, лишь осудят;
тебя никто не спросит ни о чем,
услышать изнутри – дар Божий,
а все забыть и отодвинуть на потом
и не получится, и не поможет...

Не угадаешь где застынет рифма

Людмила Журбицкая

Не угадаешь где застынет рифма,
Но не сбиваяйся с выбранного ритма.
Сквозь вязкость вязанной простуды
Стекляшек горсти превратились в груды.
Цветные блики на твоём окне
И сепией портреты на стене
Плетень зелёным сложен лоскутом
И хорошо, что помнит этот дом...
Метеоритный дождь пронзивший небо светом
Пусть будет лето, снова будет лето...

Наконец-то встретила...

Марина Цветаева

Наконец-то встретила
Надобного — мне:
У кого-то смертная
Надоба — во мне.

Чту для ока — радуга,
Злаку — чернозем —
Человеку — надоба
Человека — в нем.

Мне дождя, и радуги,
И руки — нужней
Человека надоба
Рук — в руке моей...

Забывают, забывают...

Вадим Шефнер

Забывают, забывают —
Будто сваи забивают,
Чтобы строить новый дом.
О великом и о малом,
О любви, что миновала,
О тебе, о добром малом,
Забывают день за днем.

Забывают неумело
Скрип уключин ночью белой,
Вместе встреченный рассвет.
За делами, за вещами
Забывают, не прощая,
Все обиды прошлых лет...

Молитва в столовой

Марина Цветаева

Самовар отшумевший заглох;
Погружается дом в полутьму.
Мне счастья не надо, — ему
Отдай мое счастье. Бог!

Зимний сумрак касается роз
На обоях и ярких углей.
Пошли ему вечер светлей,
Теплее, чем мне, Христос!

Я сдержу и улыбку и вздох,
Я с проклятием рук не сожму,
Но только — дай счастье ему,
О, дай ему счастье. Бог!

«Я стол накрыл на шестерых»

Марина Цветаева

Все повторяю первый стих
И все переправляю слово:
«Я стол накрыл на шестерых»...
Ты одного забыл — седьмого.
Невесело вам вшестером.
На лицах — дождевые струи...
Как мог ты за таким столом
Седьмого позабыть — седьмую...
Невесело твоим гостям,
Бездействует графин хрустальный.
Печально — им, печален — сам,
Непозванная — всех печальней.
Невесело и несветло.
Ах! не едите и не пьете.
— Как мог ты позабыть число?
Как мог ты ошибиться в счете?..

Мы встретимся

Владимир Макарченко

Мы встретимся... Нет-нет, не в этом мире,
Где ощущает сердце неуют,
Не в городской заставленной квартире,
Не в городе, где птицы не поют.

Мы встретимся не в грохоте машинном,
Не в гуле проходящих поездов,
Где слух не режут торможеньем шины,
Не властвует телеэкранов зов...

Как начнут меня колеса...

Марина Цветаева

Как начнут меня колеса —
В слякоть, в хлипь,
Как из глотки безголосой
Хлынет кипь —
Хрип, кончающийся за́ морем,
             что стерт
Мол с лица земли мол…
             — Мама?
Думал, — черт!
Да через три ча еще!

А что болит?.. А всё болит!

Юнна Мориц

А что болит?.. А всё болит!
Плечо, рука и поясница,
И даже то болит, что снится.
Синичит за окном синица,
И где-то соболь соболит.

Привет, страница облаков,
Лучей небесных колесница, —
И ангелы со всех боков,
Огромна ангела глазница,
Распахнутая вглубь веков...

Мне нравится, что вы больны не мной...

Марина Цветаева

Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной -
Распущенной - и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами...

Ночью по поезду бродят мысли...

Игорь Лунёв

ночью по поезду 
бродят мысли 
о лесах, погружённых во тьму 
об одиноких 
неспящих огнях 
с ними, огнями, порой 
приятно перемигнуться

их свет, твой взгляд 
взаимопронзание 
не оставляющее ран

смотришь в ночное окно 
послушный мыслям 
о лесах, погружённых во тьму

Бог согнулся от заботы...

Марина Цветаева

Бог согнулся от заботы
И затих.
Вот и улыбнулся, вот и
Много ангелов святых

С лучезарными телами
Сотворил.
Есть с огромными крылами,
А бывают и без крыл.

Оттого и плачу много,
Оттого —
Что взлюбила больше Бога
Милых ангелов его.

Собака ты, собака...

Геннадий Шпаликов

Собака ты, собака, 
Ты рыжая, я — сед. 
Похожи мы, однако, 
Я твой всегда сосед.
Похожи мы по роже, 
А также потому,— 
Тебе, собака, сложно — 
Ты все–таки «Му–му».
Жлобам на свете проще, 
Собака, ты не жлоб, 
И дождь тебя полощет 
И будит через жолб.
Мне от того не хуже, 
Не лучше — ничего, 
Собачья жизнь поможет, 
Излечит от всего.

Почему, когда птица лежит на пути моем мертвой...

Вениамин Блаженный

Почему, когда птица лежит на пути моем мертвой, 
Мне не жалкая птица, а мертвыми кажетесь вы, 
Вы, сковавшие птицу сладчайшею в мире немотой, 
Той немотой, что где-то на грани вселенской молвы?

Птица будет землей - вас отвергнет земля на рассвете, 
Ибо только убийцы теряют на землю права, 
И бессмертны лишь те, кто во всем неповинны, как дети, 
Как чижи и стрижи, как бездомные эти слова...

Когда я говорю «Цветаева», я плачу...

Вениамин Блаженный

Когда я говорю «Цветаева», я плачу,
Как будто это я воскрес на третий день
Поведать о её блаженной неудаче,
О первенстве её и о её беде…

О нищенстве хочу поведать я особо:
Не многим привелось быть нищими в глуши.
Переступить порог некрашеного гроба,
А после раздавать сокровища души.

Не знаю почему, но мнится мне Марина
То в образе босой бродяжки на заре,
То спутницей Христа у стен Иерусалима,
А то хромающей собакой во дворе.

Светлый круг Лариссы Андерсен

Ольга Кузнецова

Письма Л. Андерсен В. Перелешину. Этой весной, 29 марта, умерла Ларисса Андерсен. Она принадлежала к поэтам первой волны эмиграции. Закончился еще один период в истории русской литературы. Первая эмиграция известна многими славными именами. Ларисса Андерсен – в их числе. Год рождения – по разным сведениям – 1911 или 1914-й. Последние десятилетия она жила в Иссанжо...

Молитва

Ларисса Андерсен

Знаю, бывает тяжко, страшно за каждый шаг...
А вот одна монашка мне говорила так:
Надо молиться Богу, чтобы рассеять страх,
С Богом найдешь дорогу, что с фонарем впотьмах.
Надо молиться много, долго и не спеша,
Чтоб добралась до Бога, как ручеек, душа.
Надо молиться часто, чтоб не нарушить связь...

Баллада о прокуренном вагоне

Александр Кочетков

- Как больно, милая, как странно,
Сроднясь в земле, сплетясь ветвями,-
Как больно, милая, как странно
Раздваиваться под пилой.
Не зарастет на сердце рана,
Прольется чистыми слезами,
Не зарастет на сердце рана -
Прольется пламенной смолой.

- Пока жива, с тобой я буду -
Душа и кровь нераздвоимы,-
Пока жива, с тобой я буду -
Любовь и смерть всегда вдвоем...