Дневник

Разделы

Чем выше и плотнее напряжение жизни, тем меньше шансов быть понятым. Духовная расслабленность  разных людей похожа, а напряжение сил разнится, ведь оно непременно куда-то направлено, устремлено. Напряжение сил - это и деятельность, приносящая какие-то результаты на внешнем уровне, и бездеятельная созерцательность. Извне последняя кажется бесплодной, но это не так: собирание себя воедино - самый главный труд, который одаривает человека личным бытием, вне которого созерцательное состояние недостижимо. Все открытия сделаны в созерцательном состоянии, в то время как рутинные дела, в которые люди постоянно вовлечены не только телесно, но и душевно, препятствуют процессу созерцания.

Хранить хотя бы один день недели для Бога - это о необходимости прерывания деятельности ради созерцания, вне которого невозможно быть человеком. Рутину делает биоробот в нас. - т.е. машина, а чтобы быть человеком, надо переходить границы машины в себе, преодолевать свою механику.

21
января
2022

Я смотрю на свою человечность (смотрю, как смотрят в зеркало? или как смотрят в окно?) - она всегда одна и та же, хотя и по-разному выражается, выглядит. Что она такое во мне, если я могу на неё посмотреть, но всегда не вполне? Я ли - эта моя человечность? Или она что-то моё?  Или даже не моё?
Если человечность - МОЁ, то что такое Я? Вот о чём вопрос «быть или иметь?». Быть человеком - это слиться воедино с тем самым «МОЁ», на которое можно посмотреть отстранённо? Слиться, не сливаясь? О чём свидетельствует дистанция между мной и моей человечностью? Что такое Я и не Я - по отношению к моей человечности?
Моя человечность смотрит на меня, когда я смотрю на неё? И если смотрит, как она смотрит и зачем? Что она видит - с какого ракурса смотрит?
Моя человечность... - а бывает ли не моя? Чужая человечность в каких отношениях с моей?Если моя человечность всегда одна и та же, независимо от внешнего выражения, можно ли сказать то же самое о моём Я, или Я меняется в зависимости от внешней формы? Да, Я как-то связано с внешним самовыражением, но лишь отчасти. На моё Я влияет всё, но влияет не сильнее, чем влияние человечности, которая неизменна. Можно ли это как-то изменить? Можно, если нарушить связь между моим Я и моей человечностью.

Об этом, кстати, и гоголевские «мёртвые души» - портреты травм, причинённых человеческому Я. Кем они причинены? Почему так, именно так, травмированы эти люди? Гоголь хотел найти пути исцеления, но для этого надо было ответить на вопрос «кто причиняет травму?». А что если их травмирует общая для всех социальность? Не та, что в Боге, а та, что в человеке?

Юродивый - тот, кто выбрасывает своё Я, чтобы сохранить в себе свою человечность, которая неизменна, но связь с которой может быть нарушена или утрачена - в связи с изменением Я. Внешнее давит на Я, изменяет его таким образом, что Я (сломанное) может стать преградой.

Что такое это Я, если не ракурс смотрения на свою человечность и пользования ею? Кто чей аватар в отношениях человечность и Я?
Моя человечность и всеобщая (Всечеловек) в каких отношениях друг с другом? Моя человечность и человечность другого общаются - как? В человечности - напрямую или только через Я друг друга мы можем общаться? Смотря о каком общении речь...

* * *

Все намереваются реализовать СВОЮ человечность, при этом у некоторых она трансформирована в античеловечность или находится на одной из стадий такой трансформации. Да, античеловечность - это тоже разновидность человечности. Её суть в отрицании человечности других, в запрете на человечность других, а для этого живая общечеловечность предварительно подменяется бутафорской (через подмену понимания базовых ценностей), т.к. живую человечность хранит Бог, а не человек - с Богом античеловеки не спорят, потому что знают Его силу. Они соревнуются с Богом посредством преодоления бога в человеке через человека, со стороны человека. Замена живой общечеловечности на бутафорскую происходит по добровольному согласию большинства. Не без лукавства, разумеется, но добровольный выбор большинства - обязательное условие торжества античеловечности. Бутафория человечности легко модернизируется до античеловечности.

 

16
января
2022

Боится ли женщина старости или, наоборот, спокойно принимает все возрастные изменения - это мало зависит от самой женщины. Решающую роль играют те, кто рядом, близкие люди, и, конечно, обстоятельства, в которых она находится.

Да, от личности во многом зависит то, кто именно оказался рядом, но и случайность нельзя выносить «за скобки», причём далеко не всегда случай - это проявление воли Бога, хотя и так бывает. В Св. Писании можно найти примеры, подтверждающие, что и банальный случай, никак не связанный с личностью и судьбой, порой влияет на ход событий личной жизни человека.

Старость - это беззащитность, уязвимость, болезненность, слабость, бессилие. Старость женщины - всё это, умноженное на два. Именно в связи с отношением к женщине в обществе. Можно ли его преодолеть в своей семье? Конечно, можно. Вероятно, это единственно возможный способ противостояния общей тенденции - создание своего мира, своего остра счастья. Потому и оказалась семья под прицелом - она помеха на пути всеобщей стандартизации.

* * *

Наверное самое печальное в старой женщине - претензия к миру, что он её обманул, не одарил чем-то важным для неё, не дал возможности реализоваться. Такая претензия читается в глазах - из них смотрит на другого обида. Виноват ли мир или сама женщина виновна в этом - не столь важно. В любом случае это страдание, которая ранит при встрече. Смысл не в том, чтобы кого-то обвинить, а в том, чтобы обнаружить алгоритм ошибки. Непопадание в цель болит, оно суть травма, которую исцелить тем труднее, чем старше человек и длительность его травмированности. Травма может сделать человека беспомощным, и укорять кого либо в беспомощности вряд ли имеет смысл. Жалеть? На жалости начнут паразитировать страсти, которыми болеет травмированная душа. Любить - единственно правильное, потому что любовь зрит в корень и понимает, что именно надо дать этому болеющему собой человеку, чтобы приблизить его к здоровью. 

 

14
января
2022

Не согласна с этим автором. Поэт всегда знает, что он поэт. Другое дело, что и не поэт может думать о себе так же. Но это не об этом. Как-то Ахматова говорила о поэтическом бесстыдстве как критерии - т.е. когда стыдно, значит не поэт. И тут дело не в том, что слышит ухо обывателя, а в том, что поэзия всегда о том, что делает бесстыдным - надличный уровень, даже когда про личное.

Да, поэт дерзок по определению, это - нормально.

ШИГОРИН Валерий Степанович (06.11.1943-29.12.1994)
Называть себя поэтом –
Дерзость, честно говоря.
Называть себя поэтом –
Значит лезть в бессмертный ряд.
Русским звать себя при этом –
Мало дерзости одной.
Чтобы русским быть поэтом –
Часто платят головой.
Но не гаснет благодарный
На Руси безумцев пыл.
Видно Богу не угодно,
Чтоб народ российский гнил!
22.11.1982

14
января
2022

Что такое несчастье? Нехватка любви. Почему её не хватает? Потому что люди несовершенны. Любовь - не только плод совершенства, но и путь к совершенству. Отсюда духовное правило: делай дела любви без любви, и придёт любовь. То есть, запускай в себе системы, которые работают в любящем, и станешь любящим - потому что системы запустятся, и ты будешь действовать в рамках запущенных системных процессов.

Но то же самое можно сотворить с человеком в обратную сторону: делай дела нелюбви, и станешь нелюбящим. Можно вовлечь большие массы людей в делание, которое суть нелюбовь разных видов. И, подобно первому примеру, участвуя в делах нелюбви, заданных социальным пространством, люди приобретут качества нелюбви и станут антилюбовью - ненавистью.

Так, незаметно для себя, общество становится обществом несчастных, озлобленных людей.

* * *

Схожим образом действуют обольстители/обольстительницы - они провоцируют в партнёре запуск систем, работающих в любящем, но делают это с корыстной целью, т.е. человек в таком случае не субъект, а объект отношений, который привязывают к себе с целью манипулирования. Чем отличается любовь от манипуляции? Жертвенностью любящего в пользу любимого. Впрочем, существует и мнимая жертвенность как приём и манипулятивный трюк - в последнем случае доминирует всё та же манипулятивность.

Однако партнёры отношений могут оказаться в живой, реальной зависимости друг от друга вне всяких манипулятивных техник. Служить друг другу дарами - не только нормальная ситуация, но и жизненно неизбежная. Бог именно так соединяет людей в пары, чтобы они дополняли друг друга. Потому следует остерегаться спекулятивных установок на самодостаточность, которые стали модными в последнее время. Самодостаточность - это про другое, совсем не про то, о чём модные и, как правило, ложные теории.

12
января
2022

Евгений Смотрицкий
Среди миллионов мнений где-то и моё затерялось. Никто не находил? Нет? А ну и... с ними со всеми! Миллионом больше, миллионом меньше...

Светлана Коппел-Ковтун
Есть истина, есть антиистина, вместоистина, и есть мнения. Интересно поразмышлять о смысле этих миллионов мнений. Зачем они? Если есть истина? Вероятно, смысл их в том, что есть и антиистина. И тогда можно отслеживать себя - кто я, где я, с кем я, для кого я, против кого я, зачем я и пр. И тогда другой вопрос терять или находить своё мнение есть благо? И ответ будет непростой, потому что иногда благо терять, а иногда находить. От чего это зависит? - вопрос. И другой вопрос: что станет с миром, когда в нём все потеряют свои мнения и настанет одна большая антиистина? Тогда, вероятно, и начнётся последняя битва.

Мнения встраиваются в дискурс истины или антиистины. Это и есть самоопределение. Другое дело, почему, для чего, под давлением какой «правды», влекомый какими идеалами...

11
января
2022

Vladimir Lihhatsov: Как прожить, чтобы оставить след, но не наследить?

Хороший вопрос, верный. Надо бы начать думать об этом - как «не наследить», хоть поздно уже, конечно. Но лучше поздно, чем никогда. Беру себе как тему для данного момента жизни.

============================================================

Л. Филатов:
Сомкните плотнее веки
И не открывайте век,
Прислушайтесь и ответьте:
Который сегодня век?
В сошедшей с ума Вселенной,
Как в кухне среди корыт,
Нам душно от дикселендов,
Парламентов и коррид.

Мы все не желаем верить,
Что в мире истреблена
Угодная сердцу ересь
По имени “тишина”.
Нас тянет в глухие скверы –
Подальше от площадей,
Очищенных от скверны,
Машин и очередей.

Быть может, вот этот гравий,
Скамеечка и жасмин –
Последняя из гарантий
Хоть как-то улучшить мир.
Неужто же наши боги
Не властны и не вольны
Потребовать от эпохи
Мгновения тишины,

Коротенького, как выстрел,
Пронзительного, как крик…
И сколько б забытых истин
Открылось бы в этот миг,
И сколько бы дам прекрасных
Не переродилось в дур,
И сколько бы пуль напрасных
Не вылетело из дул,

И сколько б “наполеонов”
Замешкалось крикнуть “Пли!”,
И сколько бы опаленных
Не рухнуло в ковыли,
И сколько бы наглых пешек
Не выбилось из хвоста,
И сколько бы наших певчих
Сумело дожить до ста!

Консилиумы напрасны…
Дискуссии не нужны…
Всего и делов-то, братцы, –
Мгновение тишины…


М. Петровых:
Сказать бы, слов своих не слыша,
Дыханья, дуновенья тише,
Беззвучно, как дымок под крышей
Иль тень его (по снегу тень
Скользит, но спящий снег не будит),
Сказать тебе, что счастье — будет,
Сказать в безмолвствующий день.


М. Цветаева:
ПРОКРАСТЬСЯ...
А может, лучшая победа
Над временем и тяготеньем -
Пройти, чтоб не оставить следа,
Пройти, чтоб не оставить тени
На стенах...
Может быть - отказом
Взять? Вычеркнуться из зеркал?
Так: Лермонтовым по Кавказу
Прокрасться, не встревожив скал.
А может - лучшая потеха
Перстом Себастиана Баха
Органного не тронуть эха?
Распасться, не оставив праха
На урну...
Может быть - обманом
Взять? Выписаться из широт?
Так: Временем как океаном
Прокрасться, не встревожив вод...
14 мая 1923

Человек склонен искать славы. Хочется нам известности, узнаваемости. И идет человек по жизни оставляя следы, порой грязные и дурно пахнущие, разрушающие божественную гармонию. А надо бы:
“Тенью мелькнув,
Несколько шагов пройти.
Пройти, не поднимая глаз,
Пройти, оставив лёгкие следы
По краешку….”.

11
января
2022

Поэт существует в режиме «всё включено», обыватель - в экономном, энергосберегающем режиме «всё выключено», кроме биологического жизнеобеспечения и социального функционирования. 
Бытие - штука энергозатратная, если не Сам Бог его обеспечивает, а человек своими личными у-у-усилиями норовит выскочить за рамки обыденного. Разово допрыгнуть до небес, конечно, можно, но так, чтобы там пребывать - присутствовать, или, что ещё менее вероятно в самостоятельном делании - Присутствие Бытия как помощника, делателя, собеседника - это другое, не про самостное, т.е. всегда - от Бога («Бремя Моё легко»).

9
января
2022

Как поразительно прочно, укоренённо живут в авторе его темы! Он пронизан ими, как бусины пронизаны нитью. Мы все -  бисеринки на чётках Бога, а нитью в них тянется Слово. Бог Слово в нас - это Христос в нас,  и Бог Слово пронизывает своими нитями автора, увлекая его за собой. Авторский способ становиться собой - следование Слову. Но почему именно те или другие темы выбирают того или иного человека  себе в авторы? Что за связь их связывает в единое целое? Качества личности? Воля Бога? Случай?

Главная движущая сила, безусловно, вопрошание, но ведь и оно - от Бога. Не автор ищет себе темы, темы ищут себе авторов - т.е. способных вместить? понять, исследовав, и передать? Ответ на этот вопрос из той же серии, что вопрос, скажем, «Почему Данте и Вергилий встрелись?»...

7
января
2022

Один из самых омерзительных языков, изобретённых человечеством - язык маркетинга, когда он обращается к личности. И ведь это язык антихриста, именно он норовит вытеснить собой голос Бога в человеке, и вытеснит. Мерзость запустения получит доступ в святая святых человечности.

Язык маркетинга профанирует человека, уплощает мир до неприличия. Он отказывается отдавать Богу Богово, в том числе Богово в человеке.

7
января
2022

Духовный путь женщины осложняется тем, что окружающим от неё нужно совсем не то, что нужно ей самой. Другим она нужна не такая, как нужна самой себе. Отсюда неизбежное раздвоение - приходится идти одновременно двумя маршрутами. Мало какой женщине везёт, что нет в ней этой дилеммы - я как личность и я как женщина. Первая принадлежит Богу, вторая мужу, семье и отчасти обществу, потому что оно тоже предъявляет свои претензии.

Все посягают, хотят использовать женственность корыстно, а она - как поэзия, она может реализоваться только в условиях любви, а не потребительского пользования ею. Бабство - это низменное использование того женского, которое не сумело убежать в более высокие сферы.

Эта проблема, вероятно, по-своему переживалась Мариной Цветаевой - так и родилось её  «Бог, не суди! — Ты не был женщиной на земле!» (1915).

Но у этой медали, как всегда, есть вторая сторона - позитивная. Стать собой - личностно, можно только, став ценностью для кого-то другого. Не в смысле отношения этого другого ко мне, а в смысле моего отношения к другому. Надо суметь стать тем, кто спасает другого - не важно в каком виде это происходит. Стать нужным для другого, и нужным именно в том смысле, в котором я нужен другому, а не себе. 

И вторая сторона медали так же знакома Цветаевой, из неё родились другие её строки: «Возлюбила больше Бога милых ангелов его». Именно поэтому возлюбила людей больше, что отдаваясь людям, она обретала в себе Бога. Путь к Богу лежит через любовь к человеку. Но Цветаева хотела видеть преображение и в другом - требовала его, потому что была поэтом и хотела общаться с любимым в поэзии (другого способа быть в Боге, кроме поэтического, она не знала). Отдавая последние картофелины ближнему или беря у него что-то (никогда не последнее - последнее не взяла бы даже у врага), она действует как поэт. Она всегда - поэт, и когда права, и когда ошибается, потому что ошибается она не на поэтическом уровне, а на житейском.

Так что проблема, в конечном итоге, сводится к обычному для многих сфер противостоянию высокого и низкого отношения к жизни, к себе и к другому. 

* * *

Ошибка или беда Цветаевой, которую поэт Вениамин Блаженный назвал «блаженной неудачей», носит богословский характер. И она не просто простительна, она - закономерна. Поэтическое в нас принадлежит не нам, потому и требовать его нельзя. Как нельзя требовать любви. Откроется человек своим богом или не откроется - мне навстречу, открылся он себе самому для этого или ещё не открылся... Он и сам о себе этого не знает. Всё это сокровенное, тайное - даже для себя. Поэзия в нас не выносит насилия и претензий, ей нужна свобода. И Бог даёт нам эту свободу - потому что без неё нельзя достигнуть поэзии и любви.

Человек сам по себе - всегда «неплодная смоковница», даже когда хочет явить себя «плодной». Пока Бог не течёт посреди нас*, являть своё божественное - или подвиг, или глупость («бисер перед свиньями»). Но что делать поэту, который, подобно юродивому, может быть только поэтом - т.е. вне поэзии не живёт, не общается, не дышит? Чтобы общаться, ему нужен Бог. Другой должен выйти богом к богу в ней. Иначе реализуется то самое «Быть вытесненной непременно в себя». Так она и прожила - мученически, в жажде по Богу, и в полном одиночестве души.

* * *

Цветаева как бы говорила: Если хочешь встречи, будь мне богом, а я буду богом тебе - и мы отпразднуем Бога в нас. А иначе разве можно встретиться? Конечно, нельзя, если говорить о Встрече с большой буквы.
Возможны, разумеется, и другие встречи - с маленькой буквы, но они не интересны Цветаевой. «Человеческое слишком человеческое» ей скучно, как скучно и многим из нас. Правда, наступает время обожествления как раз этого - человеческого слишком человеческого, потому для понимания великого и высокого у многих уже недостаёт жажды по высокому.

Этот бытийный надрыв и порыв человека в Вечность, делавший человека человеком, - отменён. Поэзия отменяется. И человек - отменяется...

---------

* «Где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них», - говорит Христос.

7
января
2022

«Быть вытесненной непременно в себя»* - теперь роскошь, и это у нас отнимут. Ужас может быть глубже: что-то вроде «Придёшь домой — там ты сидишь»**, только это уже не о внешнем доме, а о внутреннем - о душе,  о внутреннем человеке - собеседнике богов, которого вытесняют не в себя, а из себя, но из мира тоже выдавливают, т.е. быть вытесненным в себя уже не получится. Где же ему быть - нашему внутреннему человеку? Куда денется этот вечный изгнанник - внутренний человек? 

Откровение говорит, что он станет огромным, вселенским: Бог станет всё во всём, а значит и бог, который  в нас, найдёт способ быть вопреки всевозможным запретам и препятствиям. Но это будет потом, после того, что сейчас настаёт, что надвигается на мир, как лавина...

-------------

* Мне все равно, каких среди
Лиц ощетиниваться пленным
Львом, из какой людской среды
Быть вытесненной — непременно —

В себя, в единоличье чувств.
Камчатским медведем без льдины
Где не ужиться (и не тщусь!),
Где унижаться — мне едино.

(Цветаева. «Тоска по родине»)

** Высоцкий. «Диалог у телевизора»

6
января
2022

Что такое жизнь, если не усилие жить вопреки невозможности жизни и порой вопреки нежеланию жить? Преодоление препятствия рождает в жизнь - если хватает сил на преодоление. Пока всё легко, человек не пробуждается от духовной спячки, а значит и не вполне живёт. Боль рождения в жизнь и боль жизни что-то значит, хоть мы и не можем понять до конца в чём её суть.
Благополучие кичливо. Только травмированная раковина, замкнутость которой нарушена песчинкой, рождает жемчужину. В том числе - жемчужину мысли. Почему так устроено? Быть может потому, что воду не могут открыть рыбы, живущие в ней - пока не лишатся воды?
Вот что такое наше христианское «Ей, гряди, Господи!». 
И это очень похоже на юродство...

5
января
2022

ЗА-научное кликушество - ничуть не меньше кликушество, чем ПРОТИВ-научное, а может и больше, ибо повреждения в таком случае носят более глубокий - духовный характер. 

И в том, и в другом случае человек не рационально мыслит, но верит. Во что верит? В какую-либо чушь, как в Бога, т.е. идолопоклонствует.

4
января
2022

По следам своих стихов. В контексте «Поэт гнездится в небесах подвижных»

В таком случае для переводчика поэзии важно обрести свободу, в т.ч. от переводимого текста свободу - от конкретики слов. Как её совместить с рамками чужого текста? Переводить надо не слова, а междустрочье - то, что течёт внутри слов, и подбирать слова другого языка, следуя правде междустрочий.

27 октября 2020

3
января
2022

Слово само - путь, человек идёт буквально путём Слова, это не метафора. Порядок слов в произведении зависит от пути, который пройден автором. Мысль можно переформулировать, высказать иначе, но если первичный порядок слов принципиально нарушить, слова утрачивают пространственные якоря, которыми были прикреплены к пути, и по ним уже нельзя вернуться обратно в то состояние, из которого автор видел то, о чём говорит, нельзя и рассмотреть всё сказанное и несказанное более детально, по-настоящему. Если же порядок слов сохраняется, он, словно нить Ариадны, знает путь. Ухватившись за эту нить*, можно вернуться и рассмотреть даже то, чего автор не видел, потому что туда не смотрел, но мог бы увидеть, если бы посмотрел. Порядок слов приводит в ту самую вспышку полноты, всезнания, из которой видно всё, что в доступе из этой точки. Автор же пишет о том, что увидел из этой точки потому, что его вопрошание смотрело в том или ином направлении. Но можно изменить направление и посмотреть в другую сторону, можно, вернувшись в ту же вспышку, рассмотреть не увиденные прежде детали, т.е. дополнить описание, сделанное когда-то прежде - хоть сто лет назад. Именно поэтому важен стиль автора. Разумеется, когда он есть, а не когда его нет. Приобщение к полноте, которая приоткрылась автору, происходит именно благодаря стилю. Стиль - производное вопрошания, и сходное вопрошание рождает сходный стиль описаний.

Потому есть авторы любимые одними и ненавидимые другими - для любви нужны реальные основания, настоящую жажду нельзя придумать, как нельзя придумать и настоящую нелюбовь. Равнодушие может быть признаком непонимания или неготовности понимать - т.е. отсутствия вопрошания. Если же у читателя оформилось личное вопрошание, он идёт путём написанных для него текстов, авторы которых имели схожее вопрошание. 

Бывают ещё слишком ёмкие авторы, которых читать тяжело именно потому, что у них за каждым словом - полнота, которую трудно вмещать. К таким авторам надо себя готовить, вкушая их понемногу и расширяясь, вырастая в их меру в процессе общения с ними посредством текстов. Именно такие авторы вызывают горячие споры, потому что не способные их вкушать нечитатели могут попросту отрицать их значимость.

* * *

Читателем нельзя подделаться, нельзя сымитировать в себе читателя. Читатель является настоящим читателем только в своей подлинности, как и автор является автором только в своей подлинности. Отсюда тема соавторства читателя. И любит читатель того автора, который помогает ему родиться в свою подлинность и стать соавтором - читателем. 

Автор помогает читателю рождать и развивать его собственное вопрошание, однако нельзя помочь идти тому, кто сам не идёт. Путь одолеет идущий и жаждущий. Жажда - от Бога, но её можно питать чужими словами, отвечающими на своё вопрошание, блуждая в поисках своего Слова - в поисках себя настоящего. Своё слово - это Слово Бога обо мне, именно разворачивая в себе Его слово человек становится собой.

---

*«Поэта далеко заводит речь»  (Цветаева)

3
января
2022

Диалогов нет, сплошные монологи. Диалог - это всегда втроём, с Богом, а когда без Бога, тогда только монологи.

* * *

Встреча - это всегда в Боге. Кроме соприкосновения вращающихся шестеренок одного механизма, которая не есть Встреча личностей.

* * *

Чтобы поговорить по душам, нужен Бог.

2
января
2022

Какая девушка красивее - которая знает о своей красоте или которая не знает? Вопрос, на который может быть много правильных ответов, и это будут не абстрактные ответы вообще, но конкретные - каждая красивая девушка будет ответом.

Но существует ли алгоритм, не зависимый от личности? Можно ли сформулировать некую формулу? По умолчанию считается, что красивее та, которая о себе не знает*, что красива. Однако логика этой мысли проста: не знает - значит не злоупотребляет, не кичится, не манипулирует и свободна от самолюбования.

Но ведь она и глуха - к реальности, к другим людям, к себе, если не знает о своей красоте. Красота чутка, а потому не может не знать, но она не будет злоупотреблять. Любые спекуляции своей красотой выводят из сферы прекрасного - корысть некрасива, «гробы крашеные» некрасивы.

Секрет подлинной красоты в том, что красивый человек носит красоту как дар, а не как заслугу. Он помнит о том, что дар им не заслужен, что красота - заслуга кого-то другого. Красивое сердце переполняется благодарностью к одарившему и потому не тщеславится.

---

* Хотя некоторым больше нравится та, что знает это и умеет себя показать - т.е. владеет своей красотой.

2
января
2022

Покаяние, вероятно, не столько в том, что я сделал что-то не то, сколько в том, что я не сделал что-то надлежащее, что должен делать, что я увлёкся ложным влечением и не был собой. Покаяние - это не просто сожаление о нехорошем поступке, это осознание своей неподлинности в процессе ложного акта. Я делал не себя, а кого-то дурного, неверного, ложного - не меня, которого задумал Бог, и которым я сам хочу быть. Поэтому покаяние - это перемена ума: я ложный становлюсь собой настоящим, который Христов.

* * *

Торчать напоказ своей подлинностью - грех, если это делается ради самовосхваления, и благо - если ради провокации, ради взывания к подлинности другого, ради его пробуждения («ловля человеков»). Но подлинность в принципе не может торчать напоказ ради самовосхваления, потому таковой она может только казаться кому-то ненастоящему,  но не быть. Настоящее всегда просто есть, без того, чтобы изображать из себя нечто.

Бывает и кажимость небытия, когда бытие как инобытие в здешнем мире, не являет себя, а только рядится - чтобы не нарушать покой небытийствующих, чтобы не возмущать их и не навлекать на себя беды («бисер перед свиньями»).

1
января
2022

Люди играют в какие-то свои игры, порой не приемлемые друг для друга, при этом они награждают всех окружающих ролями в своей игре и страшно сердятся, когда другой в ней не играет по навязанным правилам или вообще отказывается играть.

Правила игр, как и игры, у каждого свои. Разгадать игру, в которую играет человек, - разгадать человека. Разгадать роль, которую человек предлагает другому - лучший способ разгадать его игру.

Однако есть люди, которые не играют, а живут, по крайней мере их игра выходит за рамки предложенных не только Эриком Берном, но вообще здешними вариациями игр. Если они играют, то с чем-то иным и нацелены на нечто совсем другое, чем привычные самостные игры. Приз в этой «игре» - подлинность, потому, когда она наступает, игры прекращаются, и начинается Песня.

В каких отношениях Песня и игры, в которые играют люди? Песня всегда про другое.

А Песня - это игра? Как любовь - не игра, но в любви есть место игре, так и Песня - не игра, но с Песней в сердце играется очень весело.

Песня дарит чистоту,  глубину, настоящесть (искренность) и честность отношениям. Песня освобождает от зависимостей, которые  влекут за собой порабощение и стремление играть в самостные игры вместо того, чтобы жить в простоте счастья и близости Другого (и Бога, и человека). Вне Песни близость недостижима. Холод неподлинности пронизывает всё пространство, находящееся вне Песни.

* * *

Подлинное Я человека - во Христе. Христос дарит человеку свободу, в том числе от себя самого - от своей глупости и ограниченности. Во Христе Христом Я преодолевает свои границы, но не как вор, а как Сын - уподобляется. Точка стояния во Христе у каждого своя, потому во Христе личностные различия не упраздняются, а, наоборот, укореняются. Человек растёт бесконечно в своей бесконечности, вечно в своей вечности, которые укоренены в Бесконечности и Вечности Христовой. Христос укоренён в Отце,  Христом и во Христе и личность каждого укореняется в Отце, получая от Него всё необходимое для Вечной Жизни.

* * *

Свободный - не противостоящий, он свободен от противостояний. Всякий, кто противостоит - не свободен. Созидающий - не противостоит, но созидает во Христе. Самость противостоит самости, свобода - творит, утверждает без противостояния и без противопоставления. При этом земная жизнь всегда вовлечена в какие-то игры противостояний и потому лишена свободы. Но можно обрести Христову свободу и пребывать в мире, пребывая во Христе. Это и есть подлинное христианство, суть - юродство.

* * *

Если я нахожусь в противостоянии, то и другой находится в противостоянии. И если другой находится в противостоянии, он и меня втягивает в противостояние. Люди зависят друг от друга, и требуют прежде от другого прекратить противостояние вместо того, чтобы сами прекратить противостоять. Или же врут себе и другому, имитируя отсутствие противостояния, что ещё дальше от подлинности.

Но можно остановить противостояние в себе, независимо от противостояния других. Это и происходит с человеком, когда он обретает Христа и усваивается Христу.

Кто останавливает противостояние: я или Христос во мне? Может ли сам человек, т.е. самость, остановить противостояние? Вероятно, нет, а потому и требовать этого от других - бессмысленно. А от себя? От себя тоже бессмысленно, от себя следует требовать только одного - подлинности. Жажда подлинности приводит к постоянному Богоискательству. То есть человеку остаётся только всегда искать Христа и всецело Ему отдаваться.

31
декабря
2021

Себя терпеть - такой же труд, как и терпеть другого. 

29
декабря
2021

Правда человеческая - во мне и в другом. Правда человеческая во мне - важна, а правда человеческая в другом? Она важна для него самого, а для меня - нет, для меня, для Бога во мне, важна только моя человеческая правда. Правду Другого для меня реализовал в себе Христос. Так же как и правду мою - только я должна её усвоить себе личным усилием воли и дела.

Отсюда видно, что когда я бьюсь за правду в другом для себя - грешу самостью, но когда бьюсь за правду в другом ради него самого - тогда я стою в правде.

* * *

Рассматриваю в поэтическом созерцании отношения двоих: хорошего человека, хоть и не идеально хорошего, и нехорошего человека, тоже не идеально нехорошего*. Первый смотрит на второго оправдывающим взором и неверно по своему доброму усмотрению (или самостной прихоти) трактует недоброго - считает его хорошим. Ну точно, как в моём стихотворении «Хорошие люди»:

Все люди хорошие — трудно поверить, но правда.
Окутаны злобой, как дымом, томятся порой
хорошие люди. Гонимы недобрым порывом,
обходят к несчастью любовь и добро стороной.

Хорошие люди, они позабыли об этом
и ходят, и бродят, как злые по белому свету,
и ходят, и бродят, как глупые звери иль черти,
но вы им, хорошие люди, почаще не верьте.
22/07/2016

Я задалась вопросом о том, прав ли добрый человек в своём покровительственном заблуждении (и права ли я в приведённом стихотворении)?

Поэтическая правда данного момента, данного созерцания, просто видит доброту одного человека и недоброту другого - бесстрастно. Но я размышляю о том, что вернее с точки зрения Правды Божьей - бесстрастная поэтическая правда или заинтересованная, но обманывающаяся правда другого? Потому Бог дал мне увидеть критерии правильного оценивания. Надо только додумать эту мысль до конца, чтобы получить ответ на свой вопрос. Пока у меня есть только правильное направление для хода мысли. Минное поле, как всегда - самость (и самость участников отношений, и самость смотрящего, при этом в самом созерцании самости нет, но её можно привнести в трактовку увиденного).
Здесь важно уточнить, что оценивая отношения этих двоих, я не оцениванию их, а оцениваю именно алгоритмику поведения - не личность. Я не восхищаю право суда над личностью, но ищу разъяснения своим вопрошаниям, которые всегда обо мне, а не о других. Куда мне себя направлять? Как мне себя корректировать - в какую сторону? Оценивание же хорошести и нехорошести принадлежать не мне, а поэтическому созерцанию, которое смотрит и видит. Безоценочно - просто видит. Это факт - вроде как зелёный или красный цвет.
Отсюда ещё один вывод - о природе поэтического созерцания: оно - не человеческого формата. Отсюда и стиль повествования - не человеческий, во всём сомневающийся, а утвердительный, стиль знающего, что он черпает из первоисточника.

26
декабря
2021

Если большой человек будет общаться с маленьким на равных, ничего, кроме бестактности не выйдет - бестактности с точки зрения маленького, потому что у него очень чувствительная самость. Большие и маленькие люди слишком по-разному относятся к себе*, и то, что неважно для большого, наоборот, слишком важно для маленького.

Отсюда следует простой вывод: тактичность предполагает, что большой будет более трепетно обращаться с маленьким, чем маленький с большим - иначе ничего не получится. А это предполагает некое осознание своего уровня большим. Тем более - великим. Но в чём это осознание? Чего это осознание? Вероятно, большой должен быть более придирчив к себе, в то время как маленький - более придирчив к большому.

Свысока на другого смотрит самость. Но она же и оскорбляется, когда высокое говорит с ней на равных. Высокое недоступно самости и неразличимо для неё с её представлением о «свысока».

* * *

«Больший из вас да будет всем слугой». Но речь ведь не о человекоугодии, следовательно больший неизбежно осознает себя большим - служащим в Боге и Богу. Он и служит Богом в себе - т.е. своей божественностью. Человеческое в нём всецело подчинено божественному в нём.

* * *

Американское «бремя белого человека» - карикатура или пародия на бремя сильного человека. Но ведь известно кто является обезьяной Бога...

---

* Т.е. заоведанное нам «люби ближнего, как самого себя» - про что-то другое, раз любовь в нас настолько разная и может казаться нелюбовью. Следует задаться вопросом «что значит любить себя?».  Это значит желать реализации себя прекрасного, содействовать этой реализации и радоваться возможности такой реализации.

25
декабря
2021

Обиды - всегда детские, они свидетельство незрелого ума. Зрелость не обижается, зрелость прощает. Обижается в нас претензия, а у зрелости нет претензий.

24
декабря
2021