От автора

Дорогие друзья, рада приветствовать вас на своём сайте.
Вы пришли в гости — значит, мой дом в интернете может стать отчасти и вашим, добрых гостей здесь всегда ждут. Оставить отзыв или написать мне сообщение вы можете и без регистрации. Желающие бывать здесь регулярно могут для своего удобства зарегистрироваться.

Последние материалы

Не выходи из Бога

Не выходи из Бога, не выходи -
пускай судьба жестока: иди один.
Дорога-лежебока в который раз
отстала ненароком. Житейский пазл
сложился с опозданьем, ведь скорость - свет,
и ты как небожитель в светы одет.

Мужество поэта

Мужество поэта и мужество обычного человека - не одно и то же. Поэт живёт в ином мире, у него нет нужной мускулатуры для жизни в этом. Обычный человек не имеет нужной мускулатуры для жизни в ином мире. То есть, трудно им - разное, и боятся они разного.
Всякий человек боится, прежде всего, выпадения из своего мира, из своей обычной системы координат, к которой он приобщён, приноровлен не только по личным причинам, но и по дарованиям свыше...

Я примерила эти крылья...

Я примерила эти крылья,
мне к лицу оказались перья.
Хоть крылата ими теперь я, 
всё равно остаюсь пылью.
Разве глина иначе летает?
Я песком в кулаке сжата.
Глина глине напоминает,
что сама во всём виновата.
Взгляд воды рубежом дальше -
льдом покрыла она строчки,
чтобы не было в них фальши.
Жизнь давно перешла прочерк.
Заходи, небеса просят
подышать на ладошки чуда.
Не гляди на свою проседь -
мы в лучах танцевать будем.

Птицей становится птица

С птицами будешь птицей, 
с лисами станешь лисом...
Жадный до компромиссов
и до пустых амбиций
с птицей не станет птицей.
Каждый своим струится, 
каждый к своим стремится.
Птицей взлетает - птица.

Я гляжу на тебя розами...

Я гляжу на тебя розами:
так цвести как ты - наслаждение.
Я гляжу на тебя грозами:
всем продрогшим ты - утешение.
Погляжу на тебя ветрами
да тоски немой километрами,
чтоб услышать голос твой: «Элохим»
и остаться эхом надолго с ним.
Вторит голос мой небесам твоим,
наслаждаясь именем «Элохим».

Христианин - это не человек своей толпы, а Христов человек

В этом мире не бывает толпы, идущей в рай, даже если эта толпа марширует с иконами и крестами. Каждый, кто ищет такую топу, заблуждается и оказывается в плену своих иллюзий. В конечном итоге дьявол соберёт все возможные толпы под свои знамёна, в том числе марширующих с иконами и крестами - они-то и будут, вероятно, убивать святых, думая что тем служат Богу. Потому христианам важно не превращаться в толпу с какими-то СВОИМИ интересами, несмотря на то, что именно в это состояние всех гонят политтехнологи. Христианин - это не человек своей толпы, своей тусовки, а Христов человек.

Музы не молчат

Inter anna silent Musae*

Музы не молчат,
а бьют по пушкам —
чувством, словом,
вздохом, тишиной.
Музы равнодушны
к заварушкам,
но не умолкают
за спиной.

Правду петь,
когда болит другому,
музы не обучены
никем —
слёзы льют,
и другу дорогому
дарят горсть
своих мифологем.

Такова жизнь

...Единственное, что у него хорошо получалось - скандал. Вот закатит концерт на несколько часов и, глядишь, чувствует себя живым. Жена пришла с работы, устала, ребёнок орёт о переутомления - неважно, потому что такова жизнь. Не зря же от неё  умирают.

Прот. Николай Агафонов: «Писателем я себя почувствовал, когда мне было лет пять-шесть»

17 июня 2019 года, на 65-м году жизни от рака умер православный писатель, клирик Самарской епархии протоиерей Николай Агафонов. Он ушёл в Духов день, второй день праздника Троицы, что некоторым образом утешает всех, кто скорбит о кончине доброго человека и пастыря. Предлагаем читателям сокращённую версию интервью 2008 года, которое прот. Николай дал Светлане Коппел-Ковтун

Так вытоптать чужого сердца землю...

Так вытоптать чужого сердца землю
способен лишь ослепший человек —
ад производится глупцом издревле,
он плод и вопль, он смрадный пот калек.

Ободранные лозы винограда
стоят пред небом — ждут последний суд.
Путь листьев ветром верно предугадан —
они толпе свои дары несут.

Распад, разрыв, раздоры разрушений —
процесс пошёл, их не остановить.
Гниёт листва, гниёт без сокрушений,
терзая тленом Ариадны нить.

Тайна становления богом

Человек смертен потому, что не выбирает бессмертие, т.е. Бога. А что значит выбрать Бога не на словах, а на деле? Как минимум, надо перестать желать урвать что-то только для себя. Все мы делаем это - заботимся о себе, о своей безопасности, и потому хотим хорошее и лучшее присвоить себе, и желательно так, чтобы ТОЛЬКО себе - это повышает статусность. Богу это несвойственно. Бог - богат и щедро делится всем, что имеет, Он может потому и богат, что не присваивает ТОЛЬКО себе ничего. Другое дело, что взять у Бога божье можно только богоподобием своим - т.е. не всем дано взять то, что даёт Бог (но всем дана возможность стать таким)...

Как ласточка

Взлетая, падаю и падая, взлетаю — 
таков закон, придуманный не нами.
Дорога — словно лестница витая,
пропитанная мужеством и снами.

Как ласточка, в падении взлетаю,
как облачко дождливое, рыдаю.
В падении под небом вырастаю
и постигаю сердцем свою стаю.

Нет способа удачней стать другим,
чем покаяние: слезой взлетаю,
чтоб стать святому другом дорогим —
витая лестница к другому кольцевая...

Последние обновления сайта

Избранное

На ладошке — солнечный лучик...

На ладошке — солнечный лучик,
протяну его — не пугайся:
он не жжёт ладони, приручен;
вместе с ним за здешних сражайся.

Если тьма похитит — не бойся:
мрак его боится и струсит.
Просто песней утренней пойся
посреди тревожащих русел.

Откуда знать вам...

Откуда знать вам, 
сколько писем
не написала я, 
пока страдала льдами:
заворожённая 
снегами и ветрами — 
молчала тайной, 
а не вами.
Ждала весны, 
чтоб вылупились песни —
мои птенцы,
мои гонцы за правдой.
Слова к словам —
лишь в том моя отрада,
моя награда
за мученья адом.

Когда ругают — притворюсь, что любят...

Когда ругают — притворюсь, что любят;
когда ударят — притворюсь, голубят;
не понимают  — не замечу просто:
непонимание полезнее для роста.
Лжеобвинения приму, не обвиняя:
нелюбящим как знать, кто я такая?
А любящие — Божии сыны,
мы с ними протоскуем до весны.

Душевная контузия

На вопросы отвечает православный психолог Константин Яцкевич.
Этот засевший и хронизировавшийся в душе ужас, пожалуй, самое страшное, что может случиться с душой. Это безутешность и безысходность нескончаемого страдания. Это по существу ад в душе при жизни во всей его полноте. Такое возможно именно в том случае, когда у души нет никакой внутренней надежды и связи с Богом и Святым Духом (Утешителем).

Рай — повсюду, как пыльца на травах...

Рай — повсюду, как пыльца на травах:
он и на земле — на небесах.
Если судите других неправо,
строите свой раек на песках.
Рай всегда потерянный? Неправда:
он всегда со мной, всегда внутри.
Рай, быть может, иногда растерянный
из-за ряда встроенных интриг.
Собирать по крохам, словно пчелы,
рай свой можем — для чужой услады.
Мёд выходит, как вино, весёлый,
если за него не ждёшь расплаты.

Зачем человеку две руки

У каждого человека неспроста две руки. Одна из них щедрая, а другая — жадная. Вот бывает махнёт человек щедрой рукой и осчастливит кого-то. Но тут же скажет себе: какой я дурак — никто этого не делает, я один, осёл! И так замашет жадной рукой, что всю щедрость его души, как ветром сдует. Большинство людей такие, потому и мир таков, как есть. Люди боятся своей щедрости. Уж лучше бы жадности боялись...

Зачем?

От себя спасения нет,
земным притяжением бед
прикрываюсь
от чувства вины.
Неужто разорены
мои
райские
кущи?!
Давлюсь хлебом
насущным.
Слёзы реками
льются,
беды камнями
падают...
Зачем?
Что им надобно?
Бога.

Другая

Я разучилась быть не тем, что есть,
но каждый давит: «Будь другой, не этой!».
Нужна, как воздух, здешним только лесть,
мне если песней быть, то ими спетой.

Нас разлучила света полоса:
теперь я там, где солнце не садится.
Слова мои согреют небеса,
а голос разнесут по миру птицы.

Я разучилась быть не тем, что есть,
отныне я не ваша, я — другая.
Звучит во мне надежды вышней песнь,
пути мои от лжи оберегая.

Она

В какой-то день, заведомо ненастный,
придёт она и спросит невзначай:
Зачем ты жил? Была ль звезда напрасной?
Кому послать остывшее «Прощай!»?

Не слёзы — дождь — покажется знакомым,
до боли близким, словно давний друг.
И жизни прожитой беспечные разломы
сплетутся в косы — миг замкнётся в круг.

Взмахнёт крылом забытое благое,
потащит в дом, который стал твоим —
и жизнь начнёт хлебать своё запоем...

На той горе

На той горе, на той горе,
где ужас посетил меня,
живу я, словно зверь в норе,
священное в себе храня.

На той горе, на той горе,
где ангел Божий ждёт меня,
молюсь всегда, как в алтаре,
и в рост идёт моя броня.

И каждый звук, и каждый взгляд
мне посылают сотни стрел,
за то, что я и рай, и ад
на той горе открыть посмел.

Кто такой слонёнок Со?

У Мамы-Слонихи родились два сыночка, похожих друг на друга, словно две капельки росы. Одного звали Бо, другого Со. Пока они были маленькими и не задумывались о важных вопросах, им жилось весело. Повзрослев, Со стал всё чаще уходить в себя и грустить. Бо играл, как прежде, с другими слонятами, удивляясь странностям брата, а Со, казалось, что-то ищет и не находит. Его неудовлетворённость наконец стала заметна Маме-Слонихе.
- У тебя что-то болит? - спросила она у Со?..
- Я хочу понять, кто я такой, - сказал Со!
- Тебе мало знать, что ты мой сын, что ты - слонёнок?..

Мой свет

Мой свет, уж ночь, а всё равно светло.
Луна как будто в отпуск отпросилась,
трава росой привычно оросилась,
но светит не Луна, а ты. В ночи
ужасно громки песни саранчи.
Мой свет! Уж ночь, а всё равно светло...