Стихи

Письмо без текста

Ю.Г.

Звёзды в твоих глазах, 
а кажется небо усеяно ими —
весны подарок не ярок. 
Гнездится нежность
в забытых кем-то словах.

Молчим, как песни,
которые будут петься ещё не скоро.

Раскроем старый конверт, 
прогоним печаль забот —
улыбка ветра наполнит парус
потоком снов — письмо без текста
лежит в надежде, что будет спето.

Затравленный зверёк

Затравленный зверёк не верил в рок —
сопротивлялся, победить стремился,
но вскоре в уголок забился
и от тоски душевной занемог.
Затравленный зверёк поверил в рок.

Как больно, Господи...

Как больно, Господи, и трудно
Твоим сынам!
Отныне  почести  иудам
и ордена.
Предатели, вас покарает
любовь отцов!
Изменою вы изловчились
увлечь слепцов.
Надеждою святой на Бога
народ спасён,
и праведник над вами будет
превознесён.

Уходя, помашу рукой

Уходя, помашу рукой
всем, кому не дорог покой,
упокоенный взаперти.
Ухожу — я могу идти.

Дольше длится согретый миг,
выше взмах у того, кто цел.                
Ухожу от слов и от дел
в торжествующий тайно лик.

Разве рыцарь уже пришёл?
Или город опять погиб,
раз измят всесердечный шёлк,
и святой поделом избит?..

Спасибо за границу — повод думать...

Спасибо за границу — повод думать
и, говоря, поменьше говорить.
Моих заборов нулевая сумма —
для всех дорог связующая нить.

Мой райский сон разгадан лишь отчасти,
никто не брал того, что взять не мог.
Как непогода, трудное всевластье
тех снов и слов, которым автор Бог.

Ты шла, как все пустынными местами
и говорила хором с суетой...

Я ваша радуга, а вы моя гроза...

Я ваша радуга, а вы моя гроза —
глядите в землю хмуро ради грома.
Я начинаю с неба исчезать,
и путь мой вновь, как молния изломан.
Сверкнуть бы разом — в искре веселей,
земля глядится мокрыми глазами.
Как молния я в сотни раз смелей,
но вы лишь эхо ждёте под часами.

Своих узнаём по глазам

Своих узнаём по глазам:
их радость — подруга слезам,
их жребий — охапками высь,
в них правда мгновения — «Длись!»

Не верю беспамятству глаз,
что тычут любовь напоказ — 
такие ни мне, ни себе...
Смотрю лишь в глаза голубей —

в них многие тайны живут
как верные спутники утр.
Не знаю прекраснее глаз,
чем небо цветущее в нас.

Медвежье

Не гляди на меня - я устала от звуков и взглядов.
Мне не нужен оркестр, я кузнечиков слушаю чаще.
Можешь тихо урчать, словно кошка, лежащая рядом,
или сонно сопеть, как младенец доверчиво спящий.

Если я говорю, можно слушать, как шепчет дорога,
или зависть колёс проверяет на прочность кювет.
Я порой наполняюсь весной, как медвежья берлога,
чтобы солнцу рычать по-медвежьи голодный «Привет!».

Этот призрачный мир одолеет все песни на свете,
кроме той, что живёт вопреки безнадёжным словам.
Отпускаю стихи - птицы их до рассвета в запрете,
но струится соблазн по забывчиво сонным холмам.

Поэт гнездится в небесах подвижных

Поэт гнездится в небесах подвижных,
где птичьи гнёзда звёздами летают.
Стихи слагаются в местах некнижных,
где горизонт всегда бескраен.

Пути разметка не коснётся слова —
оно иначе движется, без тени.
Поэт небесный вечным избалован,
и вдох его свободой ценен.

Хранят не жизнь, а бытие

Хранят не жизнь, а бытие,
найдя его в чужой беде,
поймав как воздух ртом голодным,
согрев того, кто был холодным.
Весь мир — прозяб! Никто не греет?
Пожар Христов в нас еле тлеет...

Душа отвалится... У вас болит душа?

Душа отвалится... У вас болит душа?
Раз не болит, то может отвалилась...
В парах порока не смогла дышать,
утратив направление на милость.

Душа — как птица, хочет воспарить,
а не влачиться по канавам сточным.
Она — творец и хочет натворить
какой-то рай, пусть капельку неточный.

Цвести и петь — дорога через полночь:
куда поёшь, там может стать светлей.
Мираж души, луна, небесных волн дочь —
из слёз моря бывали солоней.