Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Слова — это дырки в решете посюсторонности, сквозные пути туда, куда пути нет.
Антихристом является всякий, кто зарится присвоить себе то, что принадлежит Христу.
В моменте постижения истины быть чистым легко, потому что истина захватывает целиком.
Судить и отрицать высокое другого — это отрицать своё высокое. Высокое неподсудно, его не судят — им и в нём живут.
Наше высокое нас хранит.
Поэзия — не рифмоплётство, не правила стихосложения, а разговор с Бытием. Вопрошающий всегда немножко Иов: дерзающий, имеющий онтологические основания для своего дерзания, святой и грешный в одночасье, и, главное, свято верящий в добродетельность Творца — как Авраам. Интенсивность его вопрошания предельна, и только поэтому он добывает звезду, недоступную другим, не обожжённым жаждой.
Мы все — дураки, потому считающие себя умными — дураки в квадрате. Дурак же, понявший, что он — дурак, уже дурак лишь наполовину, ибо вторая его половина встала на путь ума. Путь ума — это путь не знания, а незнания, бесконечное взыскание ума.
В Боге не умничают, а мудрствуют — т.е. живут и мыслят Богом.
Мир всегда таков, каким его делают люди. А создают они мир устремлениями своих сердец. Куда стремимся, там и оказываемся.
Прокрустово ложе, как правило, законно, а человечность служащих при нём — нет.
Чем отличается мышление от имитации мышления? Местом, где оно осуществляется.
Если наш мозг и компьютер (я имею в виду метафорически), то уж, как минимум, не один, потому что один - алгоритмический, а второй - гештальтный, и в нём лежит вся эта свалка, из квалиа* в частности, из разных метафор; принюхалось, увиделось; нравится, не нравится, холодно, кисло... Вам кисло, а мне сладко, вам холодно, а мне как раз жарко. Вот это всё где-то лежит. Это что алгоритмы что ли?