Медведь-спаситель
Митрополита Кирилла (Смирнова), Казанского и Свияжского, везли в ссылку. В одну глухую ночь он был выброшен из вагона на полном ходу поезда.
Дикий человек до человека и дикий человек после человека — не одно и то же.
Есть такой субъективный опыт, который объективнее всего на свете. И, кстати, в этом субъективном опыте встречались Данте и Вергилий. Вечность — измерение истины, там все встречаются в истине, а не в субъективности. Если субъективность истинна — счастье, если нет, если она чужда истине — несчастье.
Главное в каждом человеке то, что можно в нём любить. И это то в нём, что Христово.
Поэзия — не рифмоплётство, не правила стихосложения, а разговор с Бытием. Вопрошающий всегда немножко Иов: дерзающий, имеющий онтологические основания для своего дерзания, святой и грешный в одночасье, и, главное, свято верящий в добродетельность Творца — как Авраам. Интенсивность его вопрошания предельна, и только поэтому он добывает звезду, недоступную другим, не обожжённым жаждой.
Я не может появиться вне общения с Ты. Я тем и определяется, как и с каким Ты оно общается.
Любить врагов — высокое искусство,
а недругов любить не так уж сложно.
а недругов любить не так уж сложно.
Идущий верным путём, как только встанет на него, найдёт своих исторических попутчиков.
В сумасшедшем мире нормальный человек выглядит сумасшедшим, а сумасшедший — нормальным.
Человека ничто так не характеризует, как контекст, в который он погружает другого при встрече.
Есть информация, которая как мусор засоряет мозги своей бесполезностью. Приняв в себя ненужное, человек отнимает место в голове у важного и крайне необходимого.
