Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Вечное другого надо встречать вечным в себе, чтобы не согрешить против вечности в себе и в другом.
Дикий человек до человека и дикий человек после человека — не одно и то же.
Единственный способ светить другим — светиться навстречу Свету.
Мысль думают состоянием, а не умом — целым человеком думают. Мысль думают всей своей жизнью.
Без нас истина в мире не сохранится, хранить её — это не вообще как-то абстрактно хранить (в памяти, например), а весьма конкретно, удерживая её в себе, находясь в реальном потоке времени и событий, удерживая её в процессе преодоления вызовов времени — только так истину и можно хранить.
Сребролюбцы — иуды по природе вещей.
Бездарных людей не бывает наверное, но есть пренебрегшие даром, неразвитые, плоские. Ведь дар — это не столько данность, сколько заданность. То есть, человек должен быть устремлённым навстречу дару, жаждать его, должен расти, питаясь вожделенным. Правильная жажда и устремлённость — в основе всего.
Люди правильно не доверяют красивым словам. Вся пошлость красивых слов в том, что за ними, как правило, мы прячем некрасивые дела. Но ирония судьбы в том, что красивые дела тоже существуют и, как правило, без красивых слов. И крайне редко красивые слова и красивые дела встречаются. И все же, так бывает! Потому зря люди так боятся красивых слов.
Мы друг для друга — повод быть, возможность осуществить себя, осуществляя другого. (Не себя осуществлять в другом — вместо другого, а стать пространством для другого, в котором он может осуществить своё становление)
Человек всматривается в Бога, и Бог всматривается в человека — это и есть покаяние.
Иногда, как бы дерзко это ни звучало, Сам Бог попускает нам упасть, ушибиться, пораниться, испытать боль; иногда Он попускает даже грех, чтобы наше сердце смягчилось и стало милосерднее, милостивее по отношению к другим людям, когда они страдают или грешат.
Когда мы излишне беспокоимся и переживаем о происходящем вокруг нас, мы наносим оскорбление нашему Небесному Отцу. Это все равно как если бы мы сказали Ему, что мы больше печемся о том, что происходит, чем Он Сам.
Когда у нас в монастыре бывали большие трудности, мы приходили к своему старцу, отцу Иосифу Ватопедскому, и спрашивали его:
Сердце человека бывает твердым как гранит, и тот, кто молится «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», словно держит молот и бьет по этой скале, чтобы разбить камень сердца. Заполняй свое пустое время молитвой. Идешь, ждешь, едешь – повсюду.
Однажды старцу Паисию принесли кофеварку. У него не было ничего подобного, так как он не занимался приготовлением пищи. Была только банка из-под молока, которую он приспособил для кипячения воды, чтобы заваривать чай для гостей. Увидев, как он готовит чай, ему и принесли кофеварку. Старец Паисий сказал дарителю: «Зачем ты принес мне кофеварку, если мне даже некуда ее поставить?
Когда мы излишне беспокоимся и переживаем о происходящем вокруг нас, мы наносим оскорбление нашему Небесному Отцу. Это все равно как если бы мы сказали Ему, что мы больше печемся о том, что происходит, чем Он Сам.
Помню, когда я был на Святой Горе, однажды приехали к нам с какого-то телеканала. Там запрещено брать телеинтервью, но иногда это делается тайком, как вам известно. И вот какой-то журналист пришел с камерой и взял интервью у самого плохого монаха на Афоне. Как будто специально его искал.