Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
На каком этаже человека живут мысли? На всех этажах. Важнее спросить в каком мире, а не на каком этаже. Мысли живут на небесах. И на каждом этаже человека своё небо.
Мысли живут в Мысли.
Заяц, встречаясь с волком, дрожит от страха.
Волк при встрече с зайцем дрожать не станет.
Чужой правильный ответ без правильно поставленного своего вопроса — это неправильный ответ, несмотря на внешнюю правду.
Мы выходим из ада мира во Христа, чтобы действовать во Христе. Сила Христова даётся для осуществления в себе любви. И через себя — в мире. Вера без дел мертва потому, что веру мы вполне обретаем только если вселится в нас Христос, а Христос бездействующим не бывает.
Богу от нас ничего не нужно, кроме того, чтобы мы были.
Горе — от знания горнего, целого, от возможности тосковать по небу (горе возводит горе́). Горе как горе исчезнет для тех, кто забудет высшее — останется лишь беда, пустое страдание, без отношения к небу.
Мы стоим, благодаря многим подпоркам, которые суть — самообман, самолюбие. Если их отбросить, стоять мало кто сможет, а с этими подпорками мы принимаем и все подмены.
Не верится не только в исчезновение «я», но в равной мере и в исчезновение «ты» не верится. Ты — не умирает.
Мы прекрасны, когда высматриваем друг в друге прекрасное.
Широко улыбающиеся дальним часто стреляют в спину ближним.
Жизнь - это дар, а условие принятия дара - благодарность. Это не моральные правила, а закон жизни, онтология присутствия. В жизнь, в присутствие, неблагодарный не может войти по онтологическим своим свойствам, а не по причине каких-то запретительных мер. Неблагодарный сам себя не пускает в присутствие.
И Ницше, и Фрейд разделяли идею, что справедливость как равенство основывается на зависти — на зависти к Другому, который имеет то, чего нет у нас, и который наслаждается этим. Требование справедливости, таким образом, в конечном итоге является требованием такого сокращения избыточного наслаждения Другого, при котором все получают равный доступ к jouissance.
Проблема человеческого желания состоит в том, что, по выражению Лакана, оно всегда является «желанием Другого» во всех смыслах этого слова: желание Другого, желание быть желанным Другим и особенно желание того, что желает Другой, - зависть, таким образом, лежит в основе человеческого желания, о чем прекрасно знал уже Августин - вспомним отрывок из «Исповеди», часто цитируемый Лаканом, сцену с р
«Рабочий класс станет биологически другой расой»
Славой Жижек
Словенский философ Славой Жижек в разговоре с шеф-редактором TheQuestion Рустамом Юлбарисовым нарисовал мрачный образ будущего: революции не будет, потому что некому бунтовать, а из трудящихся правящий класс выведет новую расу.