Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Матрица образов может удерживать мир от падения.
Матрица образов — но не пыльных музейных трофеев, а актуальных, актуализированных в опыте, живых — как живы ответы неба на вопрошание сердца....
Конец мира — это развод с истиной. Без брачных отношений с ложью конец мира невозможен.
У истины есть потрясающее свойство — выходить навстречу своему соискателю. Возможно, что именно это свойство истины и позволяет её безошибочно находить, когда жажда истины неложна.
Встреча двоих — это всегда акт творения.
Слово — путь, куда оно увлекает разум, там он и оказывается.
Время — это стиль. Его надевают как одежду и/или носят внутри как истину. Время рядит людей в себя извне и изнутри.
Есть вечность как время, есть время как вечность. И есть Вечность. В чём их отличие? Возможно в том, кто их несёт в себе.
Когда критичный взгляд на другого более критичен, чем взгляд на себя, истину невозможно увидеть и правду сотворить невозможно.
Моё Слово всегда к Богу и от Бога. В этом ключевая разница между Словом и словами.
Слова тоже бывают мои и не мои, но по-настоящему они всегда ничьи, потому что по-настоящему своё — Слово, а не слова.
Человек — не функция, а бытие.
Крылья всегда рождают крылья. Крылья — главный орган всех зачатий и рождений.
Соборы
92-е правило Стоглавого собора (1551 г.) гласит:
«Пятьдесятое правило собора сего возбраняет играти всем и причетником, и мирским человеком зернью и шахматы, и тавлеями, и влириями, рекше костьми, и прочими таковыми играми».
Стоглав ссылается на 50-е правило Шестого Вселенского Собора, вот оно по тексту иосифовской Кормчей (л. 194): «Ни мирским человеком играти не подобно». Это правило, в свою очередь, повторяет предписания 42-го и 43-го правил святых апостолов:
«Игрец и пияница святитель, аще не останется, тогда да извержется. Толкование. Аще который епископ, или пресвитер, или диакон играет и глумится, и люди глумит, и упивается, аще не останется того, да извержется. Иподьякон, или певец или чтец, или мирскии человек таковая же и подобная тем творя, аще не останется того, да отлучится (л. 12 об.)».
Канонист епископ Никодим (Милаш) пишет так: «Под игрой, упомянутой в этих правилах и обозначенной в оригинале словом χύβοις (alea), нужно разуметь всякого рода азартную игру (в наше время преимущественно игра в карты), при которой вообще человек стремится отнять от другого как можно больше денег, или же сам обрекает на гибель как свое имущество, так и имущество своей семьи. Это своего рода кража, и как за кражу 25-е Ап. правило предписывает извержение духовного лица, уличенного в ней, так точно и 42-е Ап. правило предписывает извержение всякого наклонного к азартной игре». В принципе на деньги играть нельзя и в бирюлки, и в казаки-разбойники.