Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Творческий акт заключается в том, чтобы внутреннее событие зарисовать доступными внешнему восприятию средствами и тем застолбить вход в пережитое состояние (чтобы можно было вернуться), а также сделать его доступным для других.
Стоит абсолютизировать любую относительную истину, как она тут же превращается в ложную идею.
Человека ничто так не характеризует, как контекст, в который он погружает другого при встрече. Особенно, если этот другой по-настоящему другой — т.е. непохожий, не из близкого и знакомого круга людей, живущих в том же контексте.
В этом смысле русскость — это как раз положительный контекст для другого (у тех же англосаксов всё с точностью до наоборот).
Соль мира должна солить, а не лежать, наслаждаясь своей солёностью только для себя.
Сделай человеку добро — и узнаешь, кто он.
Любить Бога и уважать свободу другого суть одно.
Счастье — это свобода от низменного: не свобода приходит от счастья, а счастье — от свободы.
Хранить память — не значит хранить пепел. Хранить память — это поддерживать огонь. А огонь — это жажда. Жажда подлинного...
Мы стоим, благодаря многим подпоркам, которые суть — самообман, самолюбие. Если их отбросить, стоять мало кто сможет, а с этими подпорками мы принимаем и все подмены.
Жизнь — это нескончаемый бой за жизнь. И чем больше в тебе жизни, тем больше — бой.
Трурль и Клапауций были учениками великого Цереброна Эмдеэртия, который целые сорок лет излагал в Высшей Школе Небытия Общую Теорию Драконов. Как известно, драконов не существует.
Каждый из нас знает, что он — существо материальное, подчиняющееся законам физиологии и физики, и что, даже собрав воедино силы всех наших чувств, мы не можем бороться с этими законами, можем лишь их ненавидеть.
Когда говорят, что я нетерпим к дуракам, я обычно отвечаю, что был бы совершенно к ним равнодушен, если бы они жили в среде, ими же созданной. Но – нет. Они живут в среде, созданной интеллектом, и, при этом, живут так, что эту среду разрушают.
Запрещенные мысли могут обращаться втайне, но что прикажете делать, если значимый факт тонет в половодье фальсификатов, а голос истины — в оглушительном гаме и, хотя звучит он свободно, услышать его нельзя? Развитие информационной техники привело лишь к тому, что лучше всех слышен самый трескучий голос, пусть даже и самый лживый.
Станислав Лем. «Глас Господа» (1968)
Увы, людей нельзя принудить быть моральными. Или счастливыми. Вот в Польше сегодня все католики. Церковь призывает всех руководствоваться христианскими ценностями, но главная ценность сейчас — это деньги, в том числе и для самой церкви. Поэтому у нас огромное количество бродяг, нищих. Люди крадут, совершают преступления.