Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Прелесть — это подчинение жизни ложным мнениям и представлениям.
Не верится не только в исчезновение «я», но в равной мере и в исчезновение «ты» не верится. Ты — не умирает.
Падать можно по-разному, и стоять можно по-разному. Ни то, ни другое само по себе ни о чём не говорит.
Мы своими действиями или бездействием создаём реальность, в которой живём. На самом деле реальностей много, побеждает в итоге та, носители которой наиболее активны.
Спасён тот, кто смотрит на другого вечными глазами, ибо в таком поселилась Вечность.
С ангелом поведёшься, от ангела наберёшься.
Мысль поёт нас, а мы поём её.
Овнешнение человека — плата за грех нехранения внутреннего.
Чужая душа никому не нужна только потому, что и своя собственная не нужна.
Все на свете крылья, которыми крылаты люди — это суть одни и те же крылья (общие — всеобщие). Их всего два: Божье и человеческое, все мы летаем на этих двух, но без первого второе немощно. Любить свои крылья, ненавидя чужие, невозможно — это одни и те же крылья. Тот, кто завидует крылатым, отсекает себя от крыльев — завистью, вместо того, чтобы полюбить чужие крылья как свои собственные и стать крылатым, приобщившись.
Славянский всечеловек. Его высший идеал, а в нём его главная тайна: всечеловеческое братство людей в Богочеловеке Христе. Во всех идеях и во всей деятельности славянского всечеловека можно усмотреть одну движущую силу: евангельскую любовь — вселюбовь. Ибо эта любовь по сути единственная сила, которая людей претворяет в братьев и соединяет их во всечеловеческое братство.
«Всечеловек — Распятый Бог во всем, — пишет свт. Николай Сербский. — Все, что есть на земле, — это кресты Распятого Бога. Всечеловек — то, что во лжеце не лживо, не воровато в воре, не поджигательно в поджигателе, что не разрушительно в завоевателе, и не блудно в блуднике, и не пугливо в запуганном, и не жадно в жадном, и не боязливо в умирающем. Это Всечеловек»