И когда человек заснул, он начал выпускать из себя свой внутренний мир
У Бёме была идея, что Бог, творя человека, поместил в него мир. И когда человек заснул, он начал выпускать из себя этот мир. Сначала Ева появилась, потом всё остальное...
Молитва — это стояние в Боге. Молиться о ком-то — это стоять в Боге, удерживая в себе образ этого человека,и желать ему от сердца спасения во Христе. Молящийся не злопамятен, потому что стоять в Боге, злобствуя, невозможно (злобствовать — стоять во зле, а не в Боге).
Здравомыслие — это совесть, а не интеллект. Движение к здравомыслию — это путь очищения совести.
Любим мы подлинного, глубинного человека (подлинным в себе — если любовь настоящая, неизбывная), а ругаемся с ситуативным, поверхностным. Если наше поверхностное нападёт (подлинное никогда не нападает) на чужое подлинное как на ситуативное, то страшно согрешит. Так бывает, когда другой — подлинный, а я сам ситуативный. Принимая свои грёзы за истину, наше поверхностное обычно приписывает свои собственные грехи другому, потому удобнее всего диагностировать себя по своим же претензиям к другому.
Христос в нас, а не во мне. Во мне отдельного от других Христа быть не может.
Только у народа без будущего можно отнять его прошлое.
Слово — путь, куда оно увлекает разум, там он и оказывается.
Любовь — единственный надёжный дом.
Дурной вкус — это начало дурного человека.
Молчание — это полнота Слова (всех слов), как белый свет — полнота Цвета-Света (всех цветов).
Христианин — это не человек своей толпы, своей тусовки, а Христов человек.
