Дневник
Ведь мы — одна листва да кожура
а смерть великая есть плод нутра,
и в нас он — долгожданная нужда.
Его лишь ради девушка встает
из арфы деревом, его лишь ради
мужает мальчик, женщина берет
девичьи страхи на себя, что клади.
Его лишь ради вечным предстает
все то, что жило некогда во взгляде,
и остается вечностью, а тот,
кто строил и ваял, в своей ограде
самовселенской держит плод, и, гладя
его, — как ветер, солнце он и лед.
В него вошла вся теплота густая,
ума и сердца жар, как жар звезды.
Но ангелов Твоих примчалась стая,
когда еще не вызрели плоды.
Рильке. Часослов. Книга о нищете и смерти
Истинная молитва всегда есть борьба со смертью и отрицание смерти.
Истинная молитва всегда – борьба за жизнь и утверждение жизни.
Какова же истинная молитва? Та, которая делает тебя сильнее смерти, которая побеждает страх и ужас смерти. Если, встав с молитвы и заглянув в себя, ты почувствуешь прежний страх смерти, знай: молитва твоя не была настоящей. Если же, встав с молитвы и заглянув в себя, ты почувствуешь равнодушие к смерти, знай: молитва твоя истинна. Когда, встав с молитвы, ты почувствуешь желание как можно скорее соединиться с истинной жизнью, знай: молитва твоя была победительной.
Прежде чем взойти на Крест, Спаситель уже победил смерть, когда молился в Гефсиманском саду.
Гефсиманская молитва суть единственный образ совершенной и победительной молитвы, когда-либо явленный и завещанный роду человеческому.
Свт. Николай Сербский
— Вообрази, что ты – белая лебедь и сидишь на берегу пруда.
— Нет. Белой лебедью я не могу, это мне трудно представить. Я могу… могу представить, что я стая белых лебедей…
— Прекрасно, ты стая белых лебедей на берегу пруда. И ...
— Ну я, конечно, разлетаюсь… кто куда…
Венечка Ерофеев. Вальпургиева ночь
Человеческое лицо есть иероглиф, который не только допускает дешифрирование, но и готовая азбука для которого имеется в нас самих. Лицо человека говорит даже больше и более интересные вещи, чем его уста, ибо оно представляет компендиум всего того, что он когда-либо скажет, будучи монограммою всех мыслей и стремлений этого человека. Уста высказывают опять-таки только мысль человека, лицо — мысль природы.
Дурные помыслы и недостойные стремления постепенно оставляют свои следы на лице и в глазах. Спрашивается, каких же ожидать физиономий у тех, внутри которых во всю их долгую жизнь чрезвычайно редко всплывало что-либо иное, кроме мелочных, низких, жалких мыслей и пошлых, своекорыстных, завистливых, гадких и злостных желаний. Каждая из этих мыслей и желаний на время своего присутствия налагала на лицо своё выражение: все эти следы, вследствие многих повторений, глубоко врезались с течением времени и, как говорится, наторили свой путь на физиономии. Потому-то большинство людей таковы по своему внешнему виду, что ужасаешься при первом на них взгляде и только мало-по-малу привыкаешь к их лицу, т. е. так притупляешься к производимому ими впечатлению, что оно более не действует.
Все безмолвно исходят из того положения, что всякий таков, каков он по виду и наружности, и положение это также справедливо; но трудность заключается в разгадывании, способность к которому частью врождённая, частью приобретается опытом; но вполне ею никто не владеет, даже самые опытные могут ещё впасть в заблуждение; и, однако же, лицо (физиономия) не лжёт, что бы там ни говорили, хотя мы часто читаем не то, что на нём написано. Во всяком случае дешифрирование лица есть великое и трудное искусство.
Чтобы глубоко и ясно охватить физиономию человека, следует наблюдать его тогда, когда он сидит одиноко, вполне предоставленный самому себе. Всякое общество и разговор его с другим уже бросают на него постороннее отражение большею частью в его пользу, проводя его путём воздействия и реакции в деятельное состояние, что всегда возвышает человека. Напротив того, одинокий и предоставленный самому себе, в кипении собственных мыслей и ощущений — только тут человек является вполне самим собою. Тогда глубоко проницательный взгляд может в общих чертах и сразу схватить всю его сущность. Ибо на его лице проходит основной тон всех его мыслей и стремлений и запечатлён arret irrevocable (непреложный приговор) того, чем он имеет быть и что он только тогда вполне чувствует, когда бывает наедине с самим собою.
Артур Шопенгауэр
Многие христианские понятия нужно расчищать от неверного, зачастую карикатурного понимания и возвращать им истинный смысл. Смирение — состояние мира с Богом, собой и творением, способность этот мир нести; послушание — живое и активное вслушивание в голос Творца и творения и готовность к действию; целомудрие — мудрая целостность человека; кротость — доброта, сдерживающая силу...
Сергей Сабсай
«Это настоящая война — поднять голову, когда всё вокруг этому препятствует.
Как в притче об орле, выросшем в курятнике.
Хозяин говорит орлу: "Ты — курица; живи с опущенной головой, ковыряйся в земле и довольствуйся насущным червяком, потому что, если ты поднимешь голову, вдруг тебе случится увидеть орла — и когда ты его увидишь, ты со своим орлиным сердцем перестанешь что бы то ни было понимать. Или же, наконец, поймёшь, что тебе суждено летать — и тогда ты наворотишь дел".
Поднимать голову опасно, это жест, направленный против хозяина курятника, потому что, увидев других орлов, ты поймёшь, что и ты орёл, и рано или поздно взлетишь… и прощай, курятник!
Так подними же голову, ты призван смотреть ввысь: и вся «Божественная комедия», как мы многократно повторяли, — это такой взгляд ввысь.
Жизнь, как временную, так и вечную, определяет то, на что мы смотрим».
Франко Нембрини. Данте, поэт желания. Комментарии к «Божественной комедии». Рай
Все лучшие писатели знамениты тем, что говорили правду. Ни больше ни меньше — только правду. В двадцатом веке этого достаточно для того, чтобы прославиться. Ложь стала естественной, как воздух. Правда сделалась исключительной, парадоксальной, остроумной, таинственной, поэтической, из ряда вон выходящей. Говорите правду, и вы будете оригинальны.
Александр Вампилов
1 И было ко мне слово Господне:
2 сын человеческий! скажи начальствующему в Тире: так говорит Господь Бог: за то, что вознеслось сердце твое и ты говоришь: "я бог, восседаю на седалище божием, в сердце морей ", и будучи человеком, а не Богом, ставишь ум твой наравне с умом Божиим, -
3 вот, ты премудрее Даниила, нет тайны, сокрытой от тебя;
4 твоею мудростью и твоим разумом ты приобрел себе богатство и в сокровищницы твои собрал золота и серебра;
5 большою мудростью твоею, посредством торговли твоей, ты умножил богатство твое, и ум твой возгордился богатством твоим, -
6 за то так говорит Господь Бог: так как ты ум твой ставишь наравне с умом Божиим,
7 вот, Я приведу на тебя иноземцев, лютейших из народов, и они обнажат мечи свои против красы твоей мудрости и помрачат блеск твой;
8 низведут тебя в могилу, и умрешь в сердце морей смертью убитых.
9 Скажешь ли тогда перед твоим убийцею: "я бог ", тогда как в руке поражающего тебя ты будешь человек, а не бог?
10 Ты умрешь от руки иноземцев смертью необрезанных; ибо Я сказал это, говорит Господь Бог.
11 И было ко мне слово Господне:
12 сын человеческий! плачь о царе Тирском и скажи ему: так говорит Господь Бог: ты печать совершенства, полнота мудрости и венец красоты.
13 Ты находился в Едеме, в саду Божием; твои одежды были украшены всякими драгоценными камнями; рубин, топаз и алмаз, хризолит, оникс, яспис, сапфир, карбункул и изумруд и золото, все, искусно усаженное у тебя в гнездышках и нанизанное на тебе, приготовлено было в день сотворения твоего.
14 Ты был помазанным херувимом, чтобы осенять, и Я поставил тебя на то; ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней.
15 Ты совершен был в путях твоих со дня сотворения твоего, доколе не нашлось в тебе беззакония.
16 От обширности торговли твоей внутреннее твое исполнилось неправды, и ты согрешил; и Я низвергнул тебя, как нечистого, с горы Божией, изгнал тебя, херувим осеняющий, из среды огнистых камней.
17 От красоты твоей возгордилось сердце твое, от тщеславия твоего ты погубил мудрость твою; за то Я повергну тебя на землю, перед царями отдам тебя на позор.
18 Множеством беззаконий твоих в неправедной торговле твоей ты осквернил святилища твои; и Я извлеку из среды тебя огонь, который и пожрет тебя: и Я превращу тебя в пепел на земле перед глазами всех, видящих тебя.
19 Все, знавшие тебя среди народов, изумятся о тебе; ты сделаешься ужасом, и не будет тебя во веки.
20 И было ко мне слово Господне:
21 сын человеческий! обрати лице твое к Сидону и изреки на него пророчество,
22 и скажи: вот, Я - на тебя, Сидон, и прославлюсь среди тебя, и узнают, что Я Господь, когда произведу суд над ним и явлю в нем святость Мою;
23 и пошлю на него моровую язву и кровопролитие на улицы его, и падут среди него убитые мечом, пожирающим его отовсюду; и узнают, что Я Господь.
24 И не будет он впредь для дома Израилева колючим терном и причиняющим боль волчцом, более всех соседей зложелательствующим ему, и узнают, что Я Господь Бог.
25 Так говорит Господь Бог: когда Я соберу дом Израилев из народов, между которыми они рассеяны, и явлю в них святость Мою перед глазами племен, и они будут жить на земле своей, которую Я дал рабу Моему Иакову:
26 тогда они будут жить на ней безопасно, и построят домы, и насадят виноградники, и будут жить в безопасности, потому что Я произведу суд над всеми зложелателями их вокруг них, и узнают, что Я Господь Бог их.
Теперь повсюду ненавидят христианство. Оно для них бремя, мешающее жить вольно, свободно творить грех.
Еще Гёте один раз выразился про христианство так: «Только две вещи ненавижу я: клопов и христианство!» Смотрите, какая насмешка, какое кощунство...
Когда он умирал, то закричал: «Света больше! Света!» Страшные слова. Значит, на него уже надвигалась адская тьма. Вот так и теперь ненавидят христианство и по смерти идут на дно адово.
Преподобный Варсонофий Оптинский (Плиханков)
...невозможно совсем не любить того, кого изучаешь. Начинаешь его понимать, его мотивацию, глубинные матричные структуры сознания, метафизическую неопределённость в глубине немецкой души. Фауста почитайте, все сразу становится понятно. Всегда думала, а если немцы такие внешне рациональные, а внутри у них такая метафизическая неопределённость, метания и ужас, то у нас-то 100% наоборот! У нас снаружи иррациональность, а внутри у нас все в порядке с метафизикой. Мы в своей тарелке. Позитив – негатив у нас такой. Где у них выпуклость, у нас впуклость, и наоборот.
Карине Александровна Геворгян
