Дневник
У меня на прежней работе в службе судебных приставов был коллега – средних лет мужчина, подверженный частым сменам настроения. Придет он бывало на службу, настроение плохое, все плохо, жизни нет. Мрачнее тучи.
У него постоянно были какие-то конфликты с женой и тещей. И вот поругается он с кем-то из них или со всеми сразу, а может и просто с похмелья – и начинает «восстанавливаться». А восстанавливался он так.
Брал пачку производств со злостными неплательщиками по алиментам. Открывал первую папку и набирал телефон горе-папаши. Холодно интересовался успехами уклониста. Выслушивал очередные отговорки. И начинал воспитательную беседу. Как сам он это называл - отводил душу.
Он угрожал, требовал, учил и снова угрожал. «Не устроишься на работу – будешь зону топтать, алкаш, я тебе обещаю! Уже три месяца переводов по алиментам нет, а у самого бутылки под кроватью катаются. Смотри, последнее тебе предупреждение, больше разговаривать не буду!»
Иногда, когда душа требовала, переходил на доступный большинству должников простонародный бытовой язык.
Закончив с одним, открывал следующее производство. Снова набирал номер. И все повторялось.
Когда, спустя время, душа его начинала приходить в гармонию с окружающим – он уже просто мирно беседовал с должниками почти «за жизнь», и убеждал, что детей забывать нельзя и надо стараться платить вовремя…
Облегчив, наконец, таким образом душу, он спокойно продолжал работать дальше.
А на следующий день ему частенько звонили удивленные мамочки и с радостью сообщали, что у их горе-папаши вдруг неожиданно проснулась совесть и он уже перевел какие-то деньги в счет долга по алиментам. Или просто поговорил с сыном…
Один раз после такого «разбора» должник был так напуган, что пришел к ребенку, которого не видел почти три года, да так и остался в семье…
Мой коллега спокойно выслушивал эти взволнованные радостные сообщения и благодарности в свой адрес. Все это было привычно и он, не разделяя энтузиазма, просто сухо отвечал: «не за что, это наша работа». Благодарность не имела значения. Имела значение только коричневая папка со злостными неплательщиками, которая стояла всегда на подоконнике, стоило только протянуть руку…
Начальство было им очень довольно. Плохое настроение у него было часто, а значит и показатели выполнения плана были стабильно выше, чем у коллег…
Но ничто не продолжается вечно и внезапно все закончилось самым неожиданным образом.
Спустя год после его перевода к нам, коллега, наконец, развелся с женой, и доводившая его теща осталась лишь в страшных воспоминаниях.
А еще через год он женился второй раз и, по-видимому, был счастлив в браке, судя по общему приподнятому настроению…
Женился, кстати, на одной из тех женщин, которые радостно благодарили его за «профессиональное отношение к делу», приходя в приемное время и отстаивая немаленькую очередь чтобы только еще раз сказать спасибо…
Благополучная личная жизнь пристава привела к полному краху дел в подразделении. Показатели работы по алиментным обязательствам снизились катастрофически и начальство уныло капало корвалол в стакан после разносов на аппаратных совещаниях, ненавидя и эти планы, и эту службу, и наличие личной жизни у приставов…
Предпринимались все меры и все - безуспешно.
План не выполнялся.
Пристав по-прежнему весь светился радостью.
А потом и вовсе уволился.
Сказал, что перерос эту работу…
И еще долго после его ухода, приходившие в службу за различными справками мамаши вспоминали теплым словом «такого хорошего человека», который один мог заставить их бессовестных бывших мужей вспомнить о детях…
Сидели на приеме, смотрели на сменившую нашего героя молодую растерянную девушку и понимали, что теперь-то уже никто не «вправит мозги» их бывшим.
И только уже пустая знаменитая коричневая папка со стертой надписью все также стояла на подоконнике - в память о прежнем времени.
Мы ее оставили.
Вдруг у нашего знакомого что- то не заладится.
Василий Бурандасов
Твори терпение во всем, вспоминай Христа, Которого хулили, заушали, бичевали и, наконец, распяли на Кресте. Помысли о том, что Он претерпел это ради нас, что должны и мы подобное претерпеть ради Его любви, а также и для того, чтобы спастись нам, имеющим столько грехов.
Помышляй о том, что каждое злое слово, сказанное о тебе,— это золотой венец. Хотя и больно человеку, когда его ругают или скажут ему тяжелое слово, но боль эта становится целительным бальзамом для страстей, для душевных ран. Никакая добродетель так не очищает от страстей гордости и блуда, как оскорбления и презрение, если мы терпим и молчим.
Архимандрит Ефрем Святогорец
Послал Господь Своих Ангелов, чтобы они принесли Ему то лучшее, что увидят они на Земле. И каждый Ангел принес с Земли дар Богу. Не было лишь одного Ангела. Но вот явился и он и сказал Господу: «Я принес Тебе в дар слезу грешника. Я увидел, как ночью грешник, презираемый всем миром, один горько плакал о грехах своих и молился о прощении. Я взял его слезу и принес Тебе». И Господь сказал: «Это самый лучший дар. Слеза кающегося грешника – драгоценный дар для Меня!»
Не обращай внимания на то, что сын иногда спорит с тобой и грубит. Мальчик и сам не хочет так себя вести, но в тот момент он не может говорить иначе. Однако спустя какое-то время он уже раскаивается в своих словах. Если же мы начнем раздражаться и негодовать, то будем поступать по воле сатаны и все вместе попадем в его сети
Когда ты видишь, как диавол хватает за горло твоего ребенка, ты, вместо того чтобы гневаться на своего сына за то, что он сбился с правого пути, обратись к Богу. Научитесь обращаться к Богу с молитвой о своих детях. Вместо того чтобы ругать их, поведайте Богу о своих проблемах с детьми.
Преподобный Порфирий Кавсокаливит.
Однажды некий священник спросил преподобного старца Симеона Псково-Печерского:
— Я замечаю в себе, что часто впадаю в осуждение. Как победить мне сей злой порок, хотя мне и приходилось читать предсказание преподобного Нила Афонского, что люди XX в. очень будут осуждать других?
Отец Симеон на это отвечал:
— Добрый человек всех людей видит добрыми, а злой и лукавый не только криво, но и прямо ходящих подозревает, укоряет, осуждает и злословит.
Осуждаем же мы наших ближних оттого, что не стараемся познать самих себя. Кто занят познанием самого себя, своими недостатками, грехами, страстями, тому некогда замечать за другими. Помня собственные грехи, о чужих мы никогда не подумаем. Безумно оставить своего мертвеца, свою душу, и идти плакать над мертвецом ближнего.
Осуждая порочных людей, мы сами себя осуждаем, потому что и мы не свободны от грехов. Ко гда мы покроем согрешение брата своего, тогда и Бог покроет наши согрешения, а когда мы обнаружим грех брата, и Бог объявит согрешения наши.
Язык осуждающего злее ада: даже ад возьмет только злых, а язык пожирает и злых и добрых. Строгий суд о ближнем показывает не доброжелательство, а ненависть к человеку. «Кто говорит клевету, — сказал некто, — и кто слушает ее — оба имеют диавола: один — на языке, а другой — в ушах». Если бы ты был добр, то не стал бы говорить худо о другом. Даже и явных грехов нам оглашать не должно. Будем лучше замечать в других добродетели, а в себе находить грехи. Чтобы не осуждать, мы должны заниматься своею душою, узнавать свои душевные болезни, свою нищету.
Узнать самого себя — самое трудное и самое полезное знание. Сподобившийся увидеть себя, говорят отцы, выше сподобившегося увидеть Ангелов.
Облекитесь во все оружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских, потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против миродержителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных (Еф. 6:10-12).
Не сказал: против сражений, против войн, но: «Против козней». Враг наш не прост и не открыто воюет с нами, но с коварством. Что такое – козни (μεδοδεία)? Строить козни (μεδοδεϋσαι) значит обольстить и одолеть хитростью: это бывает и в искусствах, и в словах, и в делах, и в борьбе, когда нам случается иметь дела с обманщиками. Скажу для примера: (враг) никогда не предлагает явных грехов, не называет идолослужения, но, по своему коварству, устраивает это иначе, именно: пользуется предлогами, выставляет уважительную причину. Итак, (апостол) уже и этим ободрил воинов и заставил их трезвиться, когда научил и убедил, что у нас борьба с врагом опытным в воинских делах, что эта война против нас производится не просто и не открыто, но с великой хитростью. Сначала указанием на свойства и многочисленность врага – он побуждает учеников своих к осторожности. Он хочет не ослабить воинов, которые противостоят врагу (дьяволу), но ободрить их и подвинуть их против него. Сказав об ухищрениях врага, этим он научает трезвенности. Если бы он указал им только на силу врагов и на этом и остановился, то привел бы их в уныние. Напротив, он и прежде и после этого показывает, что возможно одолеть врага, и тем самым особенно ободряет их. Чем более мы разъясняем своим сообщникам силу наших неприятелей, тем более побуждаем их к осторожности.
Свт. Иоанн Златоуст. Гомилии на Послание к Ефесянам.
Что такое смерть? Смерть — это совсем не гроб, не балдахин, не черная повязка на руке, не могила в глине. Смерть — это, когда росток жизни нашей вылезет на поверхность земли и станет под прямые лучи Божьего солнца. Умереть и прорасти зерно жизни должно еще здесь, в земле. Это так называемое в Евангелии «рождение духом», «второе рождение» человека. Смерть же тела есть оставление ростком земли, выход из земли. Всякого человека, получившего хотя бы самую маленькую духовную закваску, хотя бы самую незначительную евангельскую жемчужину «внутрь себя», ожидает совсем не смерть, и даже — далеко не смерть.
Архиепископ Иоанн (Шаховской)
Существует и некая градация грехов. Например, Иоанн Богослов говорит о грехах «к смерти» и «не к смерти» (см.1Ин.5,16-17). А еще Писание упоминает об особой группе беззаконий – те, которые вопиют к небу. Согласно Библии, их три: братоубийство, противоестественный разврат, и ограбление простого народа.
О первом грехе Бог говорит Каину: «голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли» (Быт.4,10). Растление похотью Бог обличает в разговоре с Авраамом о Содоме и Гоморре: «сойду и посмотрю, точно ли они поступают так, каков вопль на них, восходящий ко Мне» (Быт.18,21). О третьем грехе упоминает апостол Иаков, обращаясь в своем послании к нечестивым богачам: «плата, удержанная вами у работников, пожавших поля ваши, вопиет, и вопли жнецов дошли до слуха Господа Саваофа» (Иак.5,4).
Итак, вот три греха, особенно ненавистные Богу – убийство, разврат, грабительство. Грехи, о которых восходит к небу вопль, не могущий остаться неуслышанным.
Сергей Комаров. Ждать ли мира на Украине?
Большинство злодеяний в Европе оказывались оправданными уже современниками. Терпимость европейцев к своим грехам объясняется в том числе доминированием правового чувства: совесть молчит, когда по «закону» можно вешать бродяг при Генрихе VIII или отправлять на гильотину детей в годы Великой французской революции.
Для русских закон не самоценен, нравственное чувство и идеалы выше формального закона. Царь Иоанн IV именуется Грозным и считается тираном из-за бесчинств опричнины и развязанного им террора, хотя масштабы его кровопролития были несравнимы с тем, что творилось тогда в Европе, а государственная идеология того времени трактовала волеизъявление царя как единственный источник законности. Грозный через несколько лет покаялся в своих преступлениях и передал в монастыри огромные деньги для вечного поминовения невинно убиенных. Подобные муки совести невозможно представить в европейской истории.
Виктор Аксючиц
Ты - Храм Божий, не ищи места для молитвы, нужно только душевное расположение; молись в умывальнице, в дороге, в постели, и где бы ты ни был - молись. Иеремия молился в яме, Даниил - во рве львином, три отрока - в пещи, разбойник - на кресте, Иов - на гноище, Моисей - у моря, Иона - во чреве китовом; и Бог внимал им.
Святитель Иоанн Златоуст.
Человек, озлобленный против нас, есть человек больной; надо приложить пластырь к сердцу его — любовь; надо приласкать его, поговорить с ним с лаской, с любовью, — и если в нем не закоренелая против нас злоба, а только временная вспышка, — посмотрите, как сердце его или злоба его растает от нашей ласки и любви, как добро победит зло. Христианину нужно быть всегда благим, мудрым на то, чтобы благим побеждать злое.
Святой праведный Иоанн (Сергиев) Кронштадтский
