Дневник
Если учёный говорит, что морально-этические аспекты последствий его работы - это не вопросы науки, он говорит правду, но лукавит, потому что таким образом уходит от своей человеческой ответственности. Ведь учёный не перестаёт быть человеком, и на нём лежит человеческая ответственность за человека и перед человеком, ответственность за соблюдение принципа «наука для человека, а не человек для науки» (кто кому средство). Когда же учёный снимает с себя эту ответственность, он уже близок к тому, чтобы снять с себя и человечность.
Нормы межличностных отношений в социуме хорошо видны в так называемых ток-шоу*: что можно, что нельзя по отношению к другому, что является нормой, что отклонением. С экранов в массы идут такие образцы поведения, что нормальному человеку даже со стороны смотреть тошно, не то что участвовать в гнусном балагане. А ведь участвуют! И даже выставляют напоказ личные судьбы...
В помине нет того, что мы могли бы назвать человеческим достоинством, уважением к личности. Жуткое, дикое, бесцеремонное хамство. Естественная человеческая брезгливость по отношению к низости уже даже непонятна. И при этом кто-то всерьёз думает, говорит о возможном хорошем будущем?
* * *
Ток-шоу - это способ разжигания страстей в коллективном бессознательном.
--
* Я не смотрю ТВ, тем более ток-шоу, но раз в год, два провожу для себя экскурсию по чуждым мне мирам, чтобы поглядеть, что там происходит, и каждый раз ужасаюсь всё больше и больше. С ужасом думаю, что такие люди живут рядом со мной. Не дай Бог оказаться плечом к плечу с такими в трудных жизненных обстоятельствах.
Почему один человек открыт и откровенен, а другой наглухо закрыт? Помимо психологических особенностей, есть ещё один момент, который обычно ускользает от внимания: открыто говорят о себе, как правило, те люди, кто занимается самопознанием и исследует себя как объект своего познания. Другие люди - лишь случайные свидетели, разговаривает такой исследователь себя не с ними, а, прежде всего, с собой. Тот же человек, кто занят каким-то другим видом деятельности, никак не связанным с самоанализом, может быть так же углублён в своё дело и откровенничать о нём, только это выглядит несколько иначе. А по сути особой разницы - нет.
К каждому, кто не травмирует, испытываешь благодарность. А кто не травмирует? Тот, кто тактичен, причём такт его не показной, а природный, живой, хотя человек может и не задумываться об этом - он просто так устроен.
А кто травмирует? Тот, кто покалечен, но этого не осознаёт и потому свою травму налагает на всё вокруг. Таких людей надо либо выравнивать (исцелять), либо оставлять (уходить от них), либо всё время терпеть. Но последнее может привести к тому, что травмированный будет травмировать всё пространство вокруг себя и снова и снова воспроизводить то, что его покалечило, в других, подверженных такому же искривлению, людях. Именно поэтому чья-то проблема - это общая проблема всех: помогая одному, сообщество людей помогает сообществу в целом.
Свои ошибки мышления люди часто называют особенностями вкуса или спецификой точки смотрения. Это лукавство мешает исправлять недостаток и улучшать ситуацию с мышлением.
Плохое мышление - это плохое мышление*, а не особая точка зрения. Кто может быть к себе достаточно жестоким для того, чтобы поймать себя на подлоге, тот имеет шанс вырасти в мыслителя.
--
* Недостаточная ясность видения, понимания, не достаточное различение, в том числе структурное, склонность принимать желаемое за действительное и пр. Все люди склонны ошибаться и ошибаются, даже мудрецы...
Губительная алгоритмизация мышления, поведения людей осуществляется примерно как вписывание в ложный, заранее заданный социальный контекст, когда контекст поглощает свободу, навязывая человеку алгоритмику поведения и мышления. По сути, алгоритмы поведения - это наше желание вести себя тем или иным образом. Это подсознательная мотивация человека на те или иные поступки. Но извне навязанную алгоритмику надо ещё принять как свою, согласиться с ней - воспринять как свою, начать в ней осуществлять себя - посчитать её благом (без исследования глубин, без проверки на подлинность - потому что, кажется, что в этом нет необходимости).
Примерно то же самое произошло у тараканов, принявших за своего подселенного к ним искусственного - таракана-робота. Они его не только приняли в группу (во дают учёные!), но и стали воспринимать его сообщения, как нечто своё, а в итоге усвоили вредные для себя поведенческие стандарты - по указке лжетаракана они стали прятаться не в труднодоступных, как раньше, а в легко доступных для борьбы с ними местах. Так и хочется спросить - почему они послушались? И разве не возможно так же внушить нечто вредное социальным группам людей?
Зачем нужна алгоритмизация? Чтобы проще управлять: постепенно человек утрачивает способность действовать и мыслить вне заданных алгоритмов - образцов. Он даже перестаёт понимать, воспринимать что-либо, не известное по образцам. Это одновременно и ослепление (не видит ничего, кроме заранее заданного), и оглупление - перестаёт мыслить вне шаблонов.
* * *
Сегодня, как никогда прежде, надо следить при общении за контекстом, в который тебя вписывает другой. Вы может говорить настолько в разных контекстах, что поняв контекст собеседника, вам захочется немедленно прекратить общение - настолько он будет для вас неприемлем - хотя в тексте его ничего «такого» вроде нет.
Любого хорошего, стремящегося навстречу другому, человека можно поместить в контекст, в котором он окажется (вне всяких сомнений для немыслящего) негодяем, потому что теперь далеко не всякий другой погружает своего собеседника в человеческий (гуманистический) контекст. Всё чаще встречается контекст бесчеловечный (это бросается в глаза в ток-шоу), и те, кто его осуществляет посредством принятия его за норму, не всегда понимают, что делают и в каком глобальном процессе участвуют (если бы поняли, возможно, не стали бы участвовать, но, приняв условия и подчинившись, люди меняются по образу принятого ими контекста).
* * *
Особенно неприятно обнаружить вписывание в ложный контекст со стороны тех, кого считал друзьями. Такие отношения не стоит поддерживать, не стоит и выяснять отношения - в этом нет смысла. Где стал возможен ложный, бесчеловечный контекст, там и прежде не было подлинных отношений. Именно в этом смысле надо понимать слова «любовь никогда не перестаёт» - если перестаёт, то это не любовь (отсутствие настоящего, бытийного, измерения отношений).
* * *
Стать и быть собой можно только вписав себя в правильный контекст*. Понять себя, понять, кто я есть, можно только исследовав своё мировоззрение как практический контекст в котором я живу и в который я погружаю всякого другого, независимо от его социального положения и статуса. Мой контекст - это тот мир, который я вольно и невольно строю, участвуя в тех или иных отношениях.
---
*Для меня это христианский гуманизм.
Наткнулась на красивое высказывание:
Образование может быть и средним,
но воспитание должно быть высшим...
Сначала согласилась, а потом засомневалась: о воспитании ли это должно быть сказано? А что делать тому, кому не повезло с воспитателями?
Я верю только в то, что человек может взять и сам, если ему не повезло. Истинные ценности не могут делать человека рабом обстоятельств и/или других людей.
То есть, это высказывание должно быть о культуре поведения, об отношении к другому - что-то в этом роде. Хочется найти верное слово....
Примерила на себя, как шаль, чужое высказывание: «Потеря равновесия от счастья - важная часть равновесия жизни», и поняла - нет. Счастье только добавляет равновесия, укореняет в нём. Мне кажется, что от счастья потеря равновесия невозможна, и если она происходит, то не от счастья, а от чего-то сопутствующего - например, долгого ожидания...
Или же речь не о счастье, а о чём-то другом (о каком-то другом счастье, которое не совсем счастье - меньше)...
Истиной нельзя владеть, как вещью, но можно позволить ей владеть собой. Для этого жажда истины должна быть первостепенной жаждой, ведущей жаждой, необходимой не вообще, а очень даже в частности - для дыхания ею.
Это не значит, что ты станешь во всём истинным, это значит, что ты сроднишься с истиной и будешь стараться угодить ей, а не себе или кому-то ещё. Истина начнёт тебя переделывать, и надо согласиться на умирание того, кем ты был прежде.
Не двигаться вперёд - невозможно. Даже если человеку страшно отрешиться от всего, даже если он решит притормозить, потоком времени его понесёт вперёд. Лучше не мешать себе «сбрасывать старую кожу», потому что она всё равно слезет, и тот, кто появится потом - будет ближе ко мне настоящему, чем я нынешний. Стремящийся в будущее, а не в прошлое, легче проходит такого рода трансформацию. Наше будущее - Христос.
Если человек, неравнодушный к истине, ищущий истину, встречается с ней в словах ли, в делах ли - он её безошибочно узнаёт. Главное условие для безошибочности - неравнодушие, потому что главный помощник в этом деле - жажда. Именно жажда научает различать, где настоящая истина, а где подлог - подлог не утоляет жажду, когда сам искатель действительно ищет истину. Настоящий искатель не может удовлетвориться суррогатом.
Если ваша жажда истинна, она вас приведёт к Источнику. Если вы обманываетесь насчет жажды своего сердца и хотите не истины, а какого-то самоудовлетворения, если вам надо меньше, чем истину, вы примите предложенный технологами суррогат.
Если присмотреться, в основе многих* зол, пороков, преступлений - неблагодарность. Возможно, праведность начинается именно с благодарности, когда в человеке доминирует не претензия (мне все должны!), а восторг (мне что-то дали! ты - есть! я есть! здравствуй, Бытие - спасибо!). Состояние нескончаемой благодарности рождается в душе, когда центральная точка личности находится в правильном месте - где ей положено пребывать, чтобы быть вполне собой, т.е. счастливой (обретшей себя как часть Целого).
Способность видеть себя одаренным встречей с другим есть у тех, кто имеет непрерывный опыт Встречи.
---
* Многих, а может и всех...
====================
Вопрос: А что в основе неблагодарности.. и других зол? Может, - невежество? Думаю, что ключ - в таких словах Христа: 'не ведают, что творят'...
Мой ответ: Смотря что понимать под невежеством. И смотря что слышать за словами Христа. Речь не о невежестве в привычном смысле, а о незнании Бога, который внутри. То есть, это невежество, которое больше похоже на бессовестность - когда человек не слышит свою совесть. Мыслительный акт и совестный - близнецы-братья. А благодарность родится в сердце смиренном - т.е. объективно оценивающем себя и мир в целом.
- Хватит затворничать, - сказала мне приятельница, - надо тебе выходить в люди, общаться. Ты можешь так много интересного рассказать...
- Меня лучше просто читать, - ответила я, - на людях в последнее время я сильно робею*. И знаю я очень мало, энциклопедией не являюсь.
- Не придуривайся!
- Я умна только в Луче, а не сама по себе. А говорить в Луче - это говорить от сердца к сердцу, т.е. не всем и не всегда это дано. Но если и правда есть сердечный интерес, и разговор пойдёт о насущном, о том, что действительно волнует сердце - можно и поговорить. Только я слишком сильно завишу от подлинности вопрошающего, т.е. если не будет вопрошающего, я, скорее всего, не справлюсь. Я не конвейерный говорун, а очень эксклюзивный - для некоторых (и не всегда).
--
* Робею, слыша глухоту сердца, понимая не способность воспринимать информацию на том уровне, на котором я только и могу жить и общаться. Какое-то сущностное расслоение людей происходит сейчас, и общение с людьми структурно иного внутреннего содержания становится почти невозможным, во всяком случае требует избыточного вмешательства в структуры другого человека (а это непозволительно) или слишком длительного этапа подготовки к встрече (зачастую это невозможно) - иначе общение невозможно. Со всем этим надо что-то делать, и желательно что-то правильное, а для этого надо внятно понять: что именно? И в каждый новый момент снова и снова отвечать на этот вопрос: что делать? Самое простое решение - уклониться от общения, но и это решение надо принять, ответив на вопросы Зачем? Почему? Для чего? И ещё Как? Много вопросов, слишком много для принятия правильного решения. Это говорит о неготовности к нему. Трудно принять решение не общаться тому, кто уже принял решение всегда быть открытым другому, чтобы тот не был одинок. И трудно оставаться открытым тому, кто уже достаточно пострадал из-за этого своего решения и должен хотя бы «зализать раны». Правильно открываться и правильно закрываться - высокое искусство, которое не только не всем дано, но и не всем надо (неумение - это часто занятость другим), не всем должно быть дано - некоторые отрабатывают совсем другие пути, потому что их тоже надо кому-то отрабатывать. В этом смысле нормы для всех различны, и понять свою норму, причем не вообще, а именно теперь, в данный момент и в данных обстоятельствах - тоже не такая простая задача.
Мужественность - то, что хранит женственность (и весь её космос). Женственность - то, что хранит мужественность (и весь его космос). В космосах друг друга они встречаются, чтобы создавать единый совместный космос.
Женщина и жизнь - это хрусталь и наковальня... Обычно - вдребезги. Женская суть слишком нежна и хрупка для жизни. А личность в трудностях, наоборот, растёт и закаляется. Когда личность сильнее женщины в женщине, она покровительствует своему женскому началу, прикрывает его, как может. Она же - хрупкая, ранимая, легко уязвимая - говорит себе женщина о женщине в себе, - она и так едва жива.
Кто делает покупки в магазинах: человек/личность или женщина? По делу - совместно соображают, а если с излишеством, во имя чего-то прекрасного, а не жизненно необходимого - женщина. Транжирит деньги тоже не личность, а женское начало в ней. Женщина, как и душа - избыток. Для её расцвета нужен некий избыток возможного (тепла, света, заботы - питание), иначе женское начало гаснет, чахнет - цветок вянет и сохнет. Именно поэтому по женщине судят о мужчине - сберёг или нет, сберёг/взрастил или убил. И, по большому счёту, далеко не каждый мужчина заслуживает женщину. Она по определению прекрасна (именно в смысле - избыток, бонус к обыденности, гарантия присутствия прекрасного в жизни, а также «предмет» для упражнения в прекрасном, и уже поэтому - не предмет, тем более не предмет потребления). И, разумеется, не всякая женщина достойна стать спутницей настоящего, хранящего женственность, мужчины. Смысл именно в том, как они хранят друг друга, т.е. любят, а не пользуют. Потребительство - это слово из того мира, где нет прекрасного. Но служения женского начала и мужского начала - различны, как и суть женская, и суть мужская - две большие разницы.
* * *
Мужественность - то, что хранит женственность (и весь её космос). Женственность - то, что хранит мужественность (и весь его космос). В космосах друг друга они встречаются, чтобы создавать единый совместный космос.
Безжалостно не время, а люди.
Главное - всегда ускользает. А если ты его ухватил, то за ним откроется другое главное - не пойманное.
Глупец сказал: Я видел мудреца.
Спросить бы надо: А с того ль конца?
На свете нет ничего поэтичнее Христа, и Страшный Суд - это будет суд поэтический, судить будут нас за непоэтичность жизни, поступков и устремлений. Не христианство, как набор умственно представляемых истин, будет судить поэзию, а воплощённая Поэзия (Христос) - христианство.
И вот что важно: идеалы - это устремления, зовы, а также живые движения любящего сердца; а стандарты - это претензии, там нет места любви. Потому, когда христианство сводят к набору стандартов, его убивают.
Благополучники судят из своего благополучия о том, что сказано* из-под колёс судьбы. Но под колёсами совсем не так, как в мягком кресле. Счастлив, кому удалось прокричать не только ругательства или нечленораздельные вопли. Если Бог сулил прокричать из-под колёс хоть что-то настоящее - это помогает пересилить ужас жизни. Несколько строк - и то счастье, а несколько стихов - великое счастье: так Бог в нас побеждает смерть.
А если кричит что-то умирающее, кричит навстречу новой жизни - и это порой полезно выслушать (если только кричит навстречу свету)...
---
* Сказано жизнью и словом. Жизнью. И словом.
Как странно вышло: поэзия стала мерилом всего. Не христианство (которое утрачивает свою поэтичность на практике*), как думала я раньше, а поэзия. Не христианство судит поэзию, а поэзия - христианство (христианство, утратившее поэтичность, перестаёт быть собой). И Страшный Суд - это будет суд поэтический (действительно - страшно). Кто пройдёт сквозь поэтический фильтр, кто обнаружит в себе действующие поэтические структуры (не те, что напоказ, а все, особенно тайные), тот и спасён.
Говорю я, конечно, не о поверхностном рифмоплётстве, а о глубинном предстоянии перед Творцом, о взаимодействии с Творцом, об усвоении Его творческих энергий на структурном уровне.
Святость - это всегда поэтичность. А поэтичность - святость? Вопрос ошеломляет. Скорее нет, чем да. Но... Очевидно, для святости нужен ещё какой-то компонент. Какой? (сердце в Сердце + Сердце в сердце**!)
Наверное, поэтичность поэтичности рознь. Но это скорее поэтическое предсказание, чем знание. Я этого пока не вижу, не понимаю. Некий тупичок, за которым прячется не одна, а несколько дверей.
* * *
Какой катастрофой в таком случае является утрата людьми способности воспринимать поэзию, утрата поэтического измерения души. Это и есть обесчеловечивание. Антихрист - не только не поэтичен, он - антипоэтичен. Надёжный признак для опознания его структур, которыми полон мiр и его люди.
Особенно печально видеть обескрыленную русскость, которая и русскостью-то перестаёт быть в случае утраты поэтического измерения. Американизация русских - это их убийство.
* * *
Поэтичнее Христа нет ничего на свете. Он - воплощённая поэзия.
* * *
Главное - всегда ускользает. А если ты его ухватил, то за ним откроется другое главное - не пойманное.
----
* Хранить следует не только теорию, но и практику, иначе лжепрактика сломает и теорию - примеров тому в истории множество. Бог живёт только в практикующем христианство сердце.
** Да, секрет, вероятно, именно в том, что Сердце должно открыться в сердце - это будет святостью. А поэзия - это сердце погружённое в Сердце. Тогда поэзия - максимальное человеческое, допрыгнувшее до Бога, сумевшее собрать Его небесные цветы для своего букета, а недостает ей того букета, что вручит Сам Господь.
(Поэзия и вера - это разные способы и разные уровни взаимодействия с Творцом)
Духовное и структурное многие люди воспринимают (понимают) как психологическое* - неприятное заблуждение. И эту липкую ложь они наклеивают, как ярлыки, буквально на всё, всё их пространство - липкое. Само общение с такими людьми вне липкого круга психологизмов оказывается невозможным. Особенно неприятно ощущать на себе их липкие прикосновения/представления - они же начинают оперировать с другим человеком, как объектом из липкого мира псевдостей...
На ум приходит образ мух, тонущих в варенье. Думаю, сладость психологизмов, бессмысленное смакования всяческих эмоциональных переживаний действительно манит людей, как варенье. И они тонут в сладких мнимостях, вместо того, чтобы двигаться навстречу гораздо более высоким - настоящим - духовным «сладостям» (состояниям).
Да, это о душевности и духовности. Душевность на месте духовности - омерзительна.
Кстати, Элиот, когда говорил, что поэзия - побег от эмоций, вероятно имел в виду именно побег от липкостей мнимо сладкой душевности.
---
* На этой подмене паразитируют многие секты.
Мы внутри значительно больше, чем снаружи, и это можно доказать научными методами. Так, Татьяна Черниговская в одной из своих программ серии «Встреча на вершине» (№6) говорит: «Если вытянуть в одну линию спираль ДНК одной клетки, то это будет 2 метра, а клеток этих у нас триллионы». Два метра умножить на триллионы - это ж какая будет размерность....
«В прошлом опасность состояла в том, что люди становились рабами. Опасность будущего в том, что люди могут стать роботами» (Эрих Фромм).
Добавим, что и рабами - роботами-рабами и недолюдьми-рабами (как у Хаксли в «Дивном новом мире»).
Как бывает абсолютный музыкальный слух, точно так же бывает абсолютный душевно-духовный слух - и те, и другие слухачи испытывают немало страданий из-за того, что слышат малейшую фальшь.
* * *
И, конечно же, фальшь - это вовсе не неумение общаться, а, наоборот, «умение не общаться» - не быть искренним и что-то имитировать при этом, выдавать желаемое за действительное.
* * *
Фальшивое от нефальшивого отличается отсутствием измерения Песни.
