Дневник

Если выпадет случай, когда падать на чужие руки - необходимость, узнаешь людей, на чьи руки  можно падать как на Божьи. И не потому, что они совершенные, нет. Господь ведь и неготовых посылает, и немощных, и далеко не все справляются. Но дело Божье делается их руками - вопреки их немощам. Это ли не чудо?
Но полагаться при этом следует только на Бога.

Действовать можно структурно и ситуативно. Чтобы исправить дурное положение дел, ситуативных действий недостаточно. Более того, они могут быть совершенно бесполезными, а то и вредными, т.к., не изменяя  по сути ничего к лучшему, только укрепляют действием дурные структуры (какие структуры работают, те и укрепляются).

Ситуативное бездействие неопасно, при наличии положительной структурной работы. В отличие от структурного бездействия, результатом которого всегда бывает падение.

Точно так же почти бесполезно пытаться отвечать ситуативными методами на структурную разрушительную деятельность. Структурному разрушению следует противопоставить структурное созидание.

Структуры жизни и стуктуры смерти.  Глупо, выбрав для себя структуры смерти, мечтать о счастье. Вообще странно выбирать смерть.

Выбравший своими структуры жизни, даже умерев, будет жить. Выбравший своими структуры смерти, даже когда живёт, мёртв.

Если не будет вопрошающего, не станет и отвечающего.
Поэзия - это ответ по Цветаевой.

Человек живёт в ситуации двух зовов: райского (вверх) и адского (вниз). Нейтральной ситуация практически не бывает, т.к. даже к нейтральной цели, человек идёт тем или иным путём.

Правда, встречаются такие натуры, которые идут вниз, чтобы потом, оттолкнувшись от дна, стремительно взлететь.

Другие же ищут дна ради дна, они всегда находятся в состоянии поиска ещё  более низкого.

Нормально для человека устремляться вверх, желать Неба как невозможного возможного. В земных границах человек быстро начинает скучать (мертветь).

Можно представить полноценного человека в виде правильно собранного кубика Рубика. Тогда каждый из нас вступает в жизнь с разной конфигурацией недособранности. Что-то собралось само в результате комбинациии генов, в чём-то поработали родители и родственники, далее - среда, всяческие хобби и увлечения,  плоды выбора рода деятельности. Все эти влияния во многом случайны, их можно считать внешними по отношению к личности. Личность возвышается над всем этим набором влияний. До личности ещё надо дорасти (это удаётся далеко не всем, многие так и остаются кубиком Рубика со случайной конфигурацией, принимаемой за свою личность).

Мы стартуем в разных условиях, но уравнивает всех нас в правах и возможностях Христос в нас, которого в данном случае можно сравнить с Кубиком внутри нашего кубика - «идеальный Кубик Рубика», который хранит в себе настройки полноценного кубика. Но он не инертен, не пассивен - он активен. И если наши усилия по собиранию себя актуализируют в нас запрос, Кубик в нас посылает ответ не как идею, но как творческую созидательную энергию. Кубик внутри нас таким образом реально помогает нам собирать свой кубик. Он буквально движет нужные фрагменты в нужное место (как магнит влечет к себе железо), но запрос на это движение даёт наша личность.

Теперь представим, что кто-то по умолчанию является обладателем травмированного кубика, которому буквально не хватает деталей. Это катастрофа? Нет, надо собрать в соответствии с нормой то, что имеется в наличии. Правильно собранный кубик, даже с недостающими фрагментами, восполняется Кубиком внутри. Когда кубик собран, он становится как бы полноценным за счёт своего единения с Кубиком внутри.

Таким образом важнее не изначальная стартовая позиция, не родители и родословная, а направление движения, выбранный путь, жажда сердца. Правильная жажда создаёт ситуацию запроса внутрь, которая необходима для правильного становления.

Сделайте прямыми пути Господу - это значит станьте лучами.

* * *

«Ибо он тот, о котором сказал пророк Исаия: глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему» (Мф. 3:3)

 «Всякий дол да наполнит­ся, и всякая гора и холм да понизят­ся, кривизны выпрямят­ся и неровные пути сделают­ся гладкими; и узрит всякая плоть спасение Божие» (Лк.3:5–6; Ис.40:4).

Бывает зависть и зависть, ревность и ревность... Страсти страстям рознь. Одни - природные, человеческие, другие - уже демонические.

Иногда проще надеть защитные очки и забыть о том, что мир во зле лежит*. Главное, чтобы это забытье длилось недолго, потому что ближний вопиет о своей беде.

---

* не сидит, не стоит, а именно лежит - т.е. беспомощен

Неудачное замужество как своеобразное монашество.

Она говорила: «Я - слабая, боюсь, что мир испортит меня своими соблазнами. Может лучше уйти в монастырь?»

В итоге вышла замуж за негодяя и пытается вдохнуть в его нежизнь свою жизнь. Есть даже какие-то незначительные положительные результаты, достигнутые ценой невероятных душевных усилий и затрат жизненных сил. Стоит ли оно того? Не знаю...

Но теперь она говорит «Я ему нужна... У меня нет другого выхода, как спасаться вдвоём с ним... Я - сильная».

Общение с некоторыми людьми возможно только в режиме подвига.

Я всегда хуже, чем хочу быть, хуже, чем должна быть, хуже, чем могла бы быть. Это значит - я всегда в должниках и всегда виновата. А виновный не может быть обвинителем таких же виноватых. Потому добромыслие и неосуждение других - это природная человеческая святость (доступная каждому), которая осуждая грех, не судит личность.

На алтарь судьбы мы приносим всё своё, всех своих и самих себя. И вдруг оказывается, что алтарь этот - весы. Две чаши, две гирьки, выплавленные одна - из всего-всего, что принесено в жертву, другая - из того, ради чего.

Злом в конечном итоге может оказаться всё, что есть в моих руках жертвой, но не есть я сам.

1) Жертвовать можно только собой. Другими нельзя жертвовать (об этом и Крест Христов);

2) Всё, во что ты не вложил себя (свою душу, свой труд, внимание...) не может быть принесено в жертву (об этом история про Каина и Авеля - только жертва Авеля была Богу угодна).

Вокруг этих двух тезисов может быть сказано много другого, о чём здесь не говорится.

О чём тикают мои часы? О бесправии человека перед бесчеловечностью, о беспомощности человека перед бесчеловечностью. Горе быть человеком в бесчеловечной среде. Великое горе. И только Господь - счастье человека.

Мои туманы - только для меня,
лучи мои, летящие из Сердца,
сквозь сердце в сердце,
может быть, для всех.

Многих конфликтов можно избежать, если относиться к происходящему с долей иронии. Слишком серьезное отношение чаще глупость, чем мудрость. Мы избыточно серьёзны в совершенно незначительных вопросах. Кто первый улыбнётся, тот и победил. Надо только вовремя об этом вспомнить.

Хотя бывает и обратное: где требуется серьёзность, мы избыточно легкомысленны....

Не давай повода ищущим повода. А может наоборот? Ищущий повода изнемогает от жажды вывести тебя на чистую воду. Он давно знает, что ты ряженое ничтожество, он измучен видом твоего мнимого совершенства, помоги же ему - пусть утешится.

И ты  сам, чувствующий в нём недруга, наконец-то обретешь доказательство своей правоты.

Все будут счастливы.

Боготворить собственный вывих, чтобы чувствовать себя несчастным и требовать особого к себе отношения, вместо того, чтобы просто вправить вывих. Костоправ в таком случае - злейший враг, ибо угрожает изменить привычный порядок вещей.

В жизни часто так случается, что окружающим нужно то, что есть у человека, то, что он делает и может дать, но совершенно не нужен сам человек.

Цветаевой был нужен человек. И она сама хотела быть нужной. Но речь идёт, в первую очередь, о внутреннем, а не о внешнем человеке, о том, кто живёт Небом, а не землёй. Речь о Сердце, которое Одно на всех,  о Поэте, который есть в каждом.

Недоброе добро - это когда я, добрый по отношению к другому на внешнем уровне, недобр к его внутреннему человеку, когда я своим добром (приятным и удобным мне) не творю настоящего добра для него, ибо нарушаю границы его внутреннего человека, мешаю ему быть, в том числе быть добрым (пересечение личных границ вызывает внутреннее недовольство и защитную агрессию).

Внешний уровень отношений всегда таков. Но если близкие люди, находящиеся в близких отношениях, не обращают внимания на нужды внутреннего человека другого, такие отношения, даже при внешней добродетельности, нельзя назвать добрыми.

Одно дело - спор ради выяснения истины, другое дело - спор ради победы над другим, ради своего торжества над ним. Но можно и об истине говорить, желая больше своей победы, нежели истины. И тогда спор об истине переходит на иной уровень - вырождается в спор самостный, в обезьянье желание своего доминирования. На столь низком уровне дискуссии истину можно только потерять: самость ударяется о самость, а не вопрошает о торжествующей над самостью благодати истины, не ищет её в другом и с помощью другого.

Низости хотят казаться немощами и рядятся в их одежды, а немощи  могут быть увидены как низости. Различая в себе и другом немощи и низости, можно избежать многих зол. Немощи - это желание должного при недостатке сил, а низости - это желание недолжного.
(Сила, кстати, это как раз степень чистоты - приобщения к чистоте. Святой ведь свят не своей силой, а Христом. Сам по себе и святой немощен)

При этом должное на разных уровнях существования разное. Только райское должное верно для всех, но верно стратегически, а не тактически. На уровне здесь и сейчас много противоречий, которые таковыми являются лишь нашему ограниченному взгляду. Противоречия - неизбежны, а потому любая абсолютизация происходящего на уровне здесь и сейчас лжива по своей сути и опасна.

Смотреть на грешащего человека, даже преступника, нужно не свысока, а с горечью о его прегрешении.

Оставьте людям их право на ошибки. Если даже Бог не отнимает у человека право на ошибку, то кто мы такие друг перед другом, чтобы отнимать его?
Хорошее, которое должно быть, которое всем так нужно, надо требовать с себя, а не с других. Другим надо помогать, поддерживая в них то хорошее, что видно чистому оку. 
У всякого встречного человека есть право не соответствовать моим хотениям, моим ожиданиям, моим предпочтениям.

* * *

Различать ошибки и преступления.