Дневник
Что может сделать маленький человек, которого все бросили и предали? Кажется, что от него лично ничего не зависит. Это не так, каждый маленький человек может:
1. Хранить в себе человека. Не опускаться, не озлобляться, не оскотиниваться, не возноситься над другими. Помогать близким и встречным людям хранить в себе человека. Облегчать, а не омрачать жизнь ближних. Поддерживать, а не втаптывать в грязь более слабых и менее успешных. Не набрасываться стаей на одного (даже в словесных драках). Стараться понять другого, быть внимательным к другому. Уважать чуждые себе нужды другого. Не становиться прислужником зла против добра. Не забывать прислушиваться к своему сердцу, к голосу совести. Не ставить в ранг высшего блага свои хотелки. И т.п.
2. При условии выполнения первого пункта можно перейти ко второму: постараться быть полезным обществу. Не сильным против слабых, а обществу в целом - т.е. его гармонизации, устроению, формированию направленности на добро против зла.
3. Хорошим основанием для выполнения двух первых пунктов является третий, базовый. Всякий маленький человек, желающий достичь успеха в исполнении озвученных выше пунктов, может обратиться за поддержкой к Богу. Он может напрямую поговорить с Богом, если сердце его исполнено жажд, угодных Богу. Можно даже прямо пожаловаться Богу, но лучше не на другого, а на себя - что ты настолько мал, что не в силах противодействовать злу, потому что в себе зла слишком много, а зло злом не победить. Надо просить Бога о помощи не вообще, а в частности: когда Бог видит, что человек участлив в судьбе ближнего, он охотно откликается и помогает в творении добра. Бог не раб наш, не исполнитель наших прихотей, а помощник тем, кто творит Его волю на земле. Он помогает делающим, а не не делающим. Надо так сильно желать добра ближним, чтобы наши собственные немощи на фоне этой жажды казались не значащими.
4. Помнить о своих грехах: грешнику легко простить другого грешника. И только забывший о своём собственном несовершенстве может нападать на другого с претензиями. Помогать ближнему, а не хулить его. Прощать несовершенство других людей, не быть злобным ригористом.
5. Мы все - маленькие, глупые, грешные, но некоторым удаётся что-то хорошее делать, не благодаря своей хорошести, а вопреки своей плохости - по милости Божьей. Потому, если что-то удаётся, не надо считать себя достойным всяческих похвал. Не стоит приписывать себе заслуги, пусть это сделает сам Господь, если сочтёт нужным. Потому что как только ты посчитал себя лучше другого, ты перестал быть Господним, и, как минимум, стал своим собственным - маленьким. Маленького великим, могущим всё, делает не он сам, а Господь, который в нас (в нас всех вместе).
Это всё было и раньше важно, но теперь либо это, либо смерть. Причем духовная - более страшная...
Песня сердца - это не то, что я делаю, а то, что во мне делается при определённых внутренних условиях. В этом суть поэзии, и потому поэт как поэт всегда больше себя как человека.
* * *
Согласие бывает внешнее и внутреннее. Мы можем толерантничать, уступать другу другу, хвалить друг друга или, наоборот, подчинять друг друга не в истине, а в самости - ради достижения тех или иных корыстных результатов. Согласие Отцов - это согласие внутреннее, в истине, о котором сказано: «где двое или трое во Имя Моё, там я посреди них». Главное здесь - во имя*...
* * *
Истина - не то, что мы делаем, а то, что случается с нами. Как любовь.
---
* Во имя не в смысле имябожников, а в смысле цели и смысла: во имя чего, кого, с какой целью? Во имя Христово, т.е. не праздно, не во имя своё, а во имя Спасителя, единящего всех воедино.
Песня сердца - наш камертон, без которого мы ничего не в состоянии понимать. У др.греков была Агора, а у нас - Христос в нас. Только во Христе мы и можем понимать что-либо или договариваться друг с другом.
Песня сердца - главный враг нынешних искривляющих душу технологий, против неё они и воюют.
Согласие Отцов Церкви - это не суммарное, а качественное понятие. Согласие не в чём-то, а в ком-то - во Христе (согласие в чём-то признак Присутствия). Согласиться можно только в Песне, т.е. во Христе в нас. Согласованное в песне сердца - настоящее и общее для всех.
Чем дальше мы от Бога, тем больше в нашей среде разногласий. И дело не в том, как мы называемся или что делаем, а в ком делаем - где наше сердце.
* * *
Согласие бывает внешнее и внутреннее. Мы можем толерантничать, уступать другу другу или, наоборот, подчинять друг друга не в истине, а в самости - ради достижения тех или иных корыстных результатов. Согласие Отцов - это согласие в истине, о котором сказано: «где двое или трое во Имя Моё, там я посреди них». Главное здесь - во имя...
Не столь важно, что человек делает, важнее из какого своего центра он это делает: самостного (ветхого) или духовного во Христе. Правильность дела определяется именно этим показателем, ибо центр определяет и смысл, и конечный результат действия.
Духовность, конечно, бывает и отрицательная, демоническая, но она прилипает к нашей ветхости и на ней паразитирует.
* * *
Даже доброе с виду дело, если делается оно из ветхого центра, стремится к самостным целям и увенчается самостным финалом: нет праведного ни одного.
Русского человека хлебом не корми, только дай за правду посражаться. Почему же из-за правды все перессорились? Может не с теми правдами носимся?
Если правда у каждого своя, то за ту ли правду сражаемся? Конечно нет. Настоящая правда роднит, а не ссорит. Настоящая правда будет явлена в уважительном отношении к другом - носителю образа Божия. Не в себе она хранится, не в своих понятиях и представлениях, не в своих выгодах и интересах, а в Боге. Осталась самая малость - понять что сие значит.
Скакать - горе накликать. Будем учиться мыслить и любить, иначе - конец....
Сформулировать вопрос - это искусство. Точность ответа зависит от точности вопроса. Точный вопрос уже содержит в себе потенцию ответа.
Тот, кто умеет формулировать точные вопросы, и есть мудрец, ответы к нему приходят сами.
* * *
Ответы ищут своих вопрошающих (это и есть поэзия), им можно довериться. Но степень напряжения вопрошающего должна быть максимальной, ответ должен быть нужен как воздух. Производите на свет свои вопросо-ответы, и кому они нужны - придут за ними сами.
* * *
Вопрос - это жажда. Как и ответ, впрочем. Жажда по имени любовь.
Когда я говорю, то приглашаю собеседника войти в мой поток. Когда слушаю, а говорит собеседник, я вхожу в его поток, но слушаю говорящего из себя и своего потока. Язык чужих потоков мне понятен, потому я не требую, чтобы собеседник встал в мою позицию. Мне достаточно того, что он говорит, чтобы понять его.
В свой поток тащить - крайняя мера, которая имеет смысл только, если другой стоит не в своём потоке, а во лжи, т.е. обманут и солган («где я согнут — я солган» Рильке. Часослов). Из ложного положения я могу его вытянуть только в свой собственный свет, а свет, по большому счету, всегда один. Если человек проявит добрую волю, если в нём доминирует жажда истины, а не желание самоутвердиться, то в моём потоке ему несложно будет обрести свой свет и настроиться на свой поток. Самостную натуру спасти не может даже Бог.
Если же человек в целом адекватен, но ошибается в чём-то второстепенном, его не обязательно переубеждать. Рано или поздно он сам всё поймёт. Правда, иногда лучше быть рядом с ним. Просто быть...
* * *
Когда Цветаева говорит «Если мне, через свою живую душу, удастся провести вас в Душу...» , она имеет в виду то же самое.
Читая М.Бахтина
Чтобы состоялось целое, хотя бы и незавершенное, нужны какие-то завершающие моменты.
Это зависит от того, в каких отношениях находятся Один и Другой.
Бахтин указывает на три типа отношений. Когда Один завладевает Другим, Другой завладевает Одним, и когда Один и есть Другой.
Для чего?
Для искомого совпадения. Нет совпадения – нет любовности.
А тут начинаются «трудности перевода» для Одного.
Заданность нужно перевести в прекрасную данность и начать…любоваться Другим. (Слово «любоваться», а потом и часто используемое слово «любовно» Бахтин употребляет в паре со словом «напряжённо».)
Введение к статье Бахтин заканчивает совершенно поразительной мыслью. Перекладывая на наш язык, это звучит так: если Один и Другой совпадают, то, во-первых, это событие, во-вторых…прекрасно, а в-третьих, нравственно. А когда Другого нет, то им становится Бог и состоится религиозное событие.
Это сорт интуиции любовной, работа написана в 1924 году, тогда этими вопросами в философии никто не занимался...
*
Я – Один. Ты – Другой.
У тебя есть душа. Это твой ВНУТРЕННИЙ человек.
И у меня есть душа.
Да, та самая, которая ДАР. Так говорит Бахтин.
Душа сочетается с жизненной направленностью и наполненностью.
Всматриваясь друг в друга, а мы можем совпасть только на пределе внимания друг к другу, наши души видят отражения друг друга.
Бахтин считает, что то, что видит ДУША и есть ДУХ.
То есть душа, видимая извне, и есть дух.
И далее, он утверждает (и не подлежит сомнению!), что проблема бессмертия касается души, а не духа; души, понятой как ценностное целое и протекающей во времени внутренней жизни.
И вот тут невероятная вещь! Наше время п р о в о д и т Другой. Т.е. он является его проводником.
В нас самих время не ощутимо.
В присутствии Другого душа нисходит, «как благодать на грешника, как дар, незаслуженный и нежданный».
*
Один и Другой – не одно и то же.
Но когда происходит проникновение, оно всё же необъяснимо в частичных категориях. Оно не обосновывается. Бахтин называет это "инкарнацией смысла бытию". То есть, возвращение.
Тогда получается, что совершая некую почти природную (а творчество имеет природу, так?) работу, верша её, карабкаясь на вершину, Один и Другой начинают путь друг к другу, путь к целому и целостности. Это ведЕние к источнику и вЕдение его. И это возвращение. И это оживление бытия смыслом творчества, что мы и делаем каждодневно (хотелось бы надеяться).
Татьяна Осинцева
Напряженно, видимо, в смысле актуализированности, живости. А совпадение, вероятно, встречается только в любви. В том смысле, что любовь (Бог) - первичное условие совпадения, а не наоборот. Мы в Боге совпадаем.
Люблю добрых подранков - за их стремительную жажду добра. Они щедры душой и искренни, потому что каждый миллиграмм добра в их сердце оплачен ими лично. Их кривизна порой прямее ровности тех, которые ничем не заплатили за свою ровность, которым всё досталось даром, в наследство.
Мне по душе люди, жаждущие творить добро. Они просто задыхаются без доброделания. Им Бог необходим не вообще, а для жизни здесь и сейчас, сию секунду (без кислорода долго не живут).
Нищие духом - это именно такие, богатые жаждой любви натуры.
Чем меньше человек делает сам, тем больше склонен предъявлять претензии к другим. Верно и обратное. Делающий знает цену деланию, а не делающий судит из абстрактного представления о наилучшем, однако не понимает, откуда оно берётся.
Не делающие и малого обычно судят делающих за то, что они что-то не так делают. Легко быть правым и правильным, ничего не делая.
Системное милосердие - это совсем не то, что разовое, время от времени. Настоящее доброделание, которое не предполагает оплаты за свои услуги, а является чистым актом дарения, всегда сопряжено с нападением на дарителя, т.к. он на системном уровне вмешивается в пространство мира сего, лежащего во зле.
Люди растерзают своего дарителя тем вероятнее, чем более бескорыстен поступок. Где задействована самость - всё проще. Но именно желание сделать милость - наказуемо со стороны тех, кому милость оказывается. Я иногда думаю: не профилактика ли это? Не защита ли от вероятной гордости? Снести поругание от того, кого одарил - великая польза для души, всегда склонной к самовозношению. И наверное только то и будет добром, что сделаешь вопреки. Все порывы сдуваются, но каждое усилие, потраченное на преодоление своего недовольства - это победа над самостью. Остается крайне мало, но зато настоящее.
Как должна выбирать женщина себе мужчину: по любви или по расчёту? По любви удачно реже, потому что любовь надо создавать, а молодожены об этом не думают. Женятся и выходят замуж по влюблённости, а потом начинаются претензии, и семьи распадаются. Браки по расчету более крепкие, но пока кто-то из супругов не встретит свою любовь и не плюнет на все расчеты. То есть, выгоднее все же по любви и трудиться сообща после свадьбы над созданием волшебного, совместного МЫ, когда 2+2=3.
На одну и ту же тему с разными людьми говорим о разном. Глубина и направление взгляда больше определяется не мной, а собеседником. Но не прямо, а косвенно, т.е. собеседник как бы находится в роли вопрошающего. Я становлюсь в предложенную им позицию и говорю о том, что важно для него - говорю из себя, но больше для него, чем для себя. Однако при этом и сама для себя узнаю новое.
Вероятно, и я для него - вопрошающий. Так мы и создаём друг друга...
Мысль - это великое дело. Родивший мысль знает Слово. Мысль рождается в Слове и Словом при участии человека, который выступает в роли вопрошающего. Рождение мысли всегда - событие, совместное бытие Слова и человека.
Мысль следует отличать от повторения чужих мыслей и от «бла-бла-бла».
* * *
Мысль - поют, и только из личного опыта её можно спеть, а болтать можно о чём угодно.
