Дневник
Удивляет непонимание элементарного: на своей страничке человек - хозяин, а приходящие к нему - гости. Гости должны вести себя как гости, а не как агрессоры. Если же кто забывается, простите, у меня слишком большой стаж работы с людьми - я давно не толерантничаю. И за это решение в своё время я дорого заплатила, так что переубеждать меня бесполезно. Уважайте личное пространство, пожалуйста!
Не доходившие до края принимают своё благополучие за благодатность. Видя человека на пределе, они умничают на тему Бога, не понимая бремени, не зная силы давления пределов. Предъявлять другому претензии, равные требованию от него святости - пошлость. Такого рода претензии приложимы только к себе.
А бывает это потому, что человек познаёт себя, только доходя до своих пределов. Именно на пределе происходит и реальная встреча с Богом.
От самоубийства спасает только! любовь другого человека, но сначала, в голове должен быть"файл" - "это не мое желание, это очень близко ко мне подошел бес".
Прот. Александр Овчаренко
Да. Цветаева тому - пример: не осталось рядом сердца, которому она нужна. Но это верно для нормального, дошедшего до предела человека - минус псих. патологии всякого рода (там этимология другая). И тут другая мысль: отсутствие любящего человека в самый критический момент жизни - не суд ли? А с другой стороны, я точно знаю, бывают обстоятельства, которые по плечу только святым - предадут все по немощи. Вот и думай....
Я не боюсь колючих людей - среди них немало добрых. Боюсь ядовитых (злых), сладких (лживых) и смердящих (подлых). Недолюбливаю дураков, но лишь тех, которые лезут поучать. Умных - люблю, но по-настоящему умные должны быть ещё и добрыми, пусть даже неявно. Скорее всего - неявно.
Важен «бензин» - горючее, на котором работает человек, а не внешнее поведение.
«Бензин» - это либо самость, либо благодать, причём каждый производит то, чем питается. Если кто работает на самостном «топливе», то даже делая доброе дело, в итоге всё сводит к самости.
Когда эмоции старательно выталкивают мысль «за забор», прочь из какого-то пространства, то это значит, что эмоции претендуют на это пространство целиком, как захватчики, т.е. они уже вышли из своих «берегов» и гонят мысль - как врага. Мысль не может мешать ничему здравому, т.к. здравомыслие - это добродетель.
И ещё: мыслящие не «ходят строем», в строю - не мыслят, а исполняют приказы.
В детстве я дружила с тополями, которые росли вдоль дороги-каменки, ведущей к нашему дому возле леса. Почему именно с тополями - не знаю, вокруг было полно других деревьев, но то были просто деревья. И, вероятно, не в тополях дело, ибо дружила я именно с ЭТИМИ тополями. Если бы там росли, например, дубы, ничего бы не изменилось. Деревья, первыми встречавшие на дороге к дому, мне казались чем-то вроде богатырей-братьев из сказки Пушкина (я росла на его дивных сказках). Хотя, может форма кроны тополей напоминала шлемы богатырей, а они (тополя) стояли в ряд по краю дороги - как стража...
И очутятся на бреге,
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы удалые,
Великаны молодые,
Все равны, как на подбор,
С ними дядька Черномор.
Это диво, так уж диво,
Можно молвить справедливо
Когда я вижу, как легко люди рассказывают о слабостях и дурных поступках других людей, смущаюсь и затрудняюсь определить своё отношение. Мне всегда неловко. Что-то мешает поступать так же. Это чувство длится уже много лет. Из нашей омилийской жизни я могла бы столько понарассказать, что волосы зашевелились бы у слушающих, но жевать чужой порок мне кажется чем-то вроде приобщения к нему - пачкаешься.
Я ни о ком не говорю, ни на кого не жалуюсь и всё быстро забываю, прощая. И всё было бы нормально, если б не злопыхатели, коим нет числа и которые нагло клевещут. Получается, что они говорят, а я молчу. Некоторые им верят - мне их жаль. Но даже это не может принудить меня говорить: всё равно каждый сам выбирает, что считать правдой. Выставлять пороки конкретных людей - это приобщаться к порокам: так я чувствую. Допустима только аналитика, абстракции и художественное осмысление. Всё остальное воспринимаю как грязь, от которой надо держаться в стороне. Тем более - от сеющих грязь...
В жизненных испытаниях, под давлением обстоятельств самое важное и самое сложное - оставаться человеком. Но именно поэтому людьми мы становимся в испытаниях. И, может быть, прежде всего потому, что видим насколько мы слабы, насколько плохи, насколько не соответствуем высоким идеалам, которые животворят сердце. Увидев свою слабость, мы становимся добрее и терпеливее к слабостям других.
Расскажу о случаях, которые потрясли меня до глубины души.
1. Когда мы бросили свой дом и стали скитальцами, первым нас приютил ангельский человек по имени Евгений. Приютил совершенно бесплатно, но чем он меня потряс - так это тем, что извинился за отсутствие стиральной машины. И сказал, что может принести свою, но только тогда он будет надоедать тем, что будет приходить стирать.
Провожая нас, он пророчески сказал: теперь вы будете для всех пробным камнем и камнем преткновения. Так и есть...
2. Наша случайная знакомая, узнав, что нам нужны деньги на паломничества по чиновникам, но не имея возможности что-то дать из своего кошелька, предложила: я возьму кредит. Мы конечно отказались, но тот порыв её души, готовность не считаться со своими интересами, потому что другому хуже, до сих пор согревает сердце.
3. Божии люди дали нам приют. Бесплатный, ибо и взять-то с нас нечего. Им хватило благородства не только на то, чтобы преодолеть собственнические негативные эмоции, но даже на то, чтобы приезжать в свой дом, где мы жили, как в гости. И никогда без предупреждения, зная, что незваный гость - это дополнительный стресс. Такая непревзойдённая скромность и тактичность наших хозяев позволили нам жить у них, как дома, не чувствуя себя униженными. А многие ведь даже сдавая жильё за деньги другим людям, ведут себя бестактно, по-варварски, травмируя и себя, и своих постояльцев.
Слава Богу за то, что Он подарил нам встречи с этими чуткими и благородными людьми, без которых мы бы, возможно, бесследно пропали.
Были в нашей жизни и другие люди, о которых стоило бы рассказать как о примерах высокого благородства - столь редкого в наши дни.
Слава Богу за всё, а Его людям - спасиБо!
«Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку». Это - плохо и некрасиво.
«Давайте говорить друг другу комплименты, ведь это всё любви счастливые моменты». Это - хорошо и красиво.
В чём разница?
Внешне - одно и то же, а по сути - противоположное.
Разница в том, что в первом случае явлено абсолютное равнодушие к истине. Корысть и ничего кроме корысти. А во втором случае, наоборот, явлена любовь - высшая истина.
Разница между двумя этими сюжетами суть духовная валюта постмодерна.
Единственное, что я умею - искать и находить истину. Почему умею? Потому что Она меня тоже ищет, и ещё потому что я знаю, что ничего не знаю. Это главное, чему я научилась в своей жизни.
А вот устраиваться в этой самой жизни я совершенно не умею. И не научусь никогда. Как-то так устроено: даётся либо одно, либо другое.
Некоторым, правда, удаётся отчасти совмещать - но это не потому, что они умеют, а потому что им даётся и другое - само. Такова диалектика жизни...
* * *
Единственный способ знать истину - это её не знать, но всегда искать (жаждать, умирать без неё). Всегда - в смысле непрерывно. Истина тоже непрерывна.
Как только перестал искать истину или решил, что сам что-то знаешь, тут же утрачиваешь её.
* * *
Кстати, это как раз суть различия между Западом и Россией: даётся либо то, либо другое. России дано другое. Было дано...
* * *
Кто думает, что он знает что-нибудь, тот ничего еще не знает так, как должно знать (1 Кор. 8:2). (Сократ: я знаю, что ничего не знаю)
Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может (1 Кор. 2:14).
Вот эта картина вполне может быть названа олицетворением органического видения человека и правильного к нему отношения. В этой любящей матери видится идеал России. Понятное дело, идеалу всегда противостоит его антипод, антиидеал (механистическое видение, олицетворением которого может быть Йозеф Менгеле). Зачем России убивающая её механистичность?
Вижу Россию как старушку-мать, над которой глумятся всякие негодяи, а сынов, защищающих её, практически нет. У всякого своя страшно умная и важная причина не быть сыном своей матери.
* * *
Бурьян искушает розу не быть розой, потому что колючки это негуманно. Может даже дикую розу, но в сравнении с бурьяном-то... И роза верит, что её шипы - это страшное зло против человечности.
Запад разоряет славянское единство? Да, но мы-то сами где - вот в чём вопрос. Запад верен себе, а мы? Разве мы не стали стремиться стать Западом? Запад - это Бог наоборот*, он губит нас, но не без нас.
Как говорил свт. Феофан Затворник, «Западом и наказывал и накажет нас Господь, а нам в толк не берётся...» (Письма о христианской жизни).
---
*Бог спасает нас, но не без нас
Самый первый свой День независимости Украина праздновала не 24 августа, а 16 июля 1991 — в память о том, что 16 июля 1990 Верховный совет УССР принял Декларацию о государственном суверенитете Украины. Также 16 июля 1990 года Верховный совет УССР принял постановление «О Дне провозглашения независимости Украины». Соответствующие изменения были внесены и в Кодекс законов о труде УССР, где в перечне праздничных дней появилась запись: «16 июля — День независимости Украины».
Стоило ли всё переиначивать в связи с Актом провозглашения независимости? В тех же США День независимости — это день подписания Декларации. При желании день принятия Акта можно было подогнать к уже назначенному и объявленному государственному празднику. Несолидно как-то избыточно суетиться в таких вопросах.
Эта суета с датами привлекла моё внимание лишь когда я узнала, что именно 24 августа 1914 года в Галиции произошла первая казнь русского, не желающего отрекаться от своей русскости[1].
Для читателей, которые, возможно, не в теме, сообщу, что первые в истории Европы концлагеря были созданы именно для русских, и назывались они «Талергоф» и «Терезин». Сюда попадали люди только за то, что считали себя русскими. По данным составителей «Талергофского альманаха» в результате австро-венгерского антирусского террора на территории Галиции, Буковины и Закарпатья пострадали 120 000 человек. Было убито около 300 униатских священников, заподозренных в симпатиях к православию.
Итак, первая историческая тень, которая падает на дату празднования Дня независимости Украины, весьма актуальна и вполне соответствует антирусскому проекту «Украина».
---
[1] Дата приводится в фильме Алексея Денисова «Трагедия Галицкой Руси».
Фрагмент из моей статьи 2015 года «Двадцать четвёртое августа»
Слова Христа «кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» (Мф. 5: 39) следует понимать не ситуативно, а на уровне структур. То есть, это отказ от присущего животным поведенческого модуля, отказ от стремления к доминированию. Необходимым дополнением являются слова «Больший из вас да будет вам слуга: ибо, кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится» (Мф. 23:11). Таким образом происходит структурное переключение: доминирование сменяется служением, которое вне поведенческого модуля «либо ты - либо тебя».
Мир требует, чтобы человек встал на животные рельсы и стремился к доминантности. Доминантностью вечно озабочены звери. Но Христос предложил иной путь - подставь себя под удар, а не бей: не стремись доминировать.
Этот мир избивает всех, кто не дерётся за доминирование, люди этого мира втаптывают в грязь того, кого принимают за слабака - он не доминирует. Отказ от доминирования - это отказ от животного поведенческого модуля в пользу действительно человеческого.
Люди-звери знают только два статуса: либо ты, либо тебя, потому не чувствуя, что в некоем пространстве есть доминирующий, автоматически, на уровне рефлексов, себя назначают царём. А если не могут сами доминировать, то стараются быть как можно ближе к тому, кто доминирует, стараются сделать себя приближенными.
Играть в доминирование скучно, даже дружба и любовь людей-зверей не выходят за рамки доминантности: либо ты, либо тебя. Это дружбы, построенные на подчинении одного и доминировании другого. Дружить по-настоящему, на равных, без игры в доминирование, способны очень немногие. Они-то и есть - не от мира сего.
Как у человека, так и у страны есть два способа существования: быть и казаться. Быть - это определенный набор действий, которые создают грунт в котором ты сам растешь. А имитаторы этим не озабочены. В итоге - бутафория во всём. Бутафория обречена, ибо она изначально неживая. Кстати, этот принцип применяется сегодня всюду - чтобы вытеснить из жизни, надо подлинное заменить бутафорским. Живая жизнь в бутафорском мире не выживет, умрёт, ибо жизнь - это живые связи и отношения, это взаимообмен жизнью.
Слушаю и вспоминаю как меня крестили (27 лет назад). В лютеранской церкви. Мне тогда лет 20 было (родители неверующие). Вся семья престарелого священника, сын которого меня крестил, создали потрясающую атмосферу. А когда пели Ave Maria - я безудержно рыдала. Это было прикосновение Бога вне всяких сомнений. Голоса у женщин были потрясающие. А потом спустя несколько лет я сознательно пришла в православие. Кстати, на моём свидетельстве о крещении была евангельская цитата «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28:19). Наверное это можно считать первым благословением на тот вид публицистической деятельности, к которому я в итоге пришла.
Фашизм - это, прежде всего, инструмент управления, потому он длится ровно столько, сколько длится заинтересованность в нём. То есть, когда нет заказчиков, фашизм невозможен. Стайка озлобленных болящих - это клиенты больниц или тюрем, не более. Но если они нужны, их начинают воспроизводить, в фашизм начинают рекрутировать под разными красивыми лозунгами и/или за деньги даже сравнительно нормальных людей, которые в процессе приобщения к фашистскому мышлению и деланию перестают быть таковыми.
Важным является осмысление того факта, что оставаться нормальным, здравым человеком, практикуя фашизм в том или ином варианте, невозможно.
