Дневник
Окаменение окаменению рознь. Одно бывает - по причине множества грехов, другое - по причине множества скорбей. И лечение, вероятно, должно быть различным - противоположным.
То, что мы называем эмпатией - следствие природного единства жизни. Единым генетическим алфавитом написана книга жизни - человека, животных и всей природы.
Всё чаще встречаются люди, у которых с иллюзиями и ложью сложились симбиотические отношения, и они просто нежизнеспособны без своих мыльных пузырей. Как нормальный человек задыхается без правды, так эти задыхаются в правде - без лжи. И я даже не уверена, что это лечится.
И вот в чём загвоздка, эти люди иногда оказываются церковными. Какова их молитва в таком случае? Возможна ли молитва в таком состоянии?
---
Симбио́з (греч. συμ-βίωσις — «совместная жизнь»[1] от συμ- — совместно + βίος — жизнь) — форма взаимоотношений, при которой оба партнёра или только один извлекает пользу из другого.
- Человек похож на скворечник - он обретает свой подлинный смысл, лишь когда в нём поселится птица.
- Поющее сердце - высшая правда человека.
- Нужно кормить своих птичек, но их можно кормить, только кормя чужих.
15/06/2017
* * *
Сегодня подумалось, что кормить надо птичек друг друга, а не змей. Людям же привычнее кормить змей - своих и чужих.
27/12/2018
В переписке с подругой допустила опечатку в слове «всегда» и случайно создала новое актуальное слово «ВСЕГАД». Это ВСЕЧЕЛОВЕК наоборот. Антихрист значит... Или, по крайней мере, его человеческая суть.
Змий, живущий в нас.
Вы замечали, что женщины гораздо злее мужчин? Женщина вообще умеет во всем быть превосходной, превосходящей - и в добре, и во зле.
Человека следует сравнивать не с другими людьми, а с самим собой: прежнего себя и нынешнего или, скажем, грядущего.
Эти слова митр. Антония для меня стали одними из главных в жизни.
Ближний, в понимании Евангелия, это тот, кто нуждается в нас.
Митрополит Антоний (Блум). Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия
Живёт себе простой человек, христианин. Живёт как может, как умеет и не умеет. Но ему надо много сил, чтобы жить, иначе не выдержать сопротивление. Жизнь, которая нежизнь, требует: докажи своё право на жизнь или умри. Христиане, которые нехристиане, требуют: докажи, что ты свят или исчезни с траектории. Умные, которые неумные, требуют: докажи, что умён или пресмыкайся. Добрые, которые недобрые, требуют: докажи, что ты добр - терпи нашу ненависть... И так далее и тому подобное.
Более того, многие люди почему-то считают себя вправе запретить жизнь другого. Почему-то они считают, что человек приходит в мир, чтобы что-то доказывать именно им, чтобы обслуживать их прихоти. Какая мания величия однако...
Есть люди, которые умничают, чтобы показать себя умнее других, т.е. они попросту выпендриваются.
Другие хотят, чтобы умными были все вокруг, а потому стараются помогать словом и делом, оказывая поддержку всякому, кто нуждается в ней.
Мастер - это всегда и учитель, даже просто профессионал с человеческим лицом - учитель. Мастерство только для себя, для своей гордыни - это что-то искривлённое, искажённое, недолжное, больное.
С любовью вспоминаю двух корректоров, с которыми довелось работать - они обязательно всем поясняли почему надо так, а не иначе, и люди по ходу дела учились.
Чванящееся мастерство - это не мастерство, т.к. первый продукт мастерства - человек, сам мастер.
Личность должна стремиться к богоподобию, для христианина это неоспоримый факт. Потому спросим себя: аристократичен ли Бог? Или ещё точнее: аристократичен ли Христос?
Новые аристократы не понимают главного, того что понимал, например, Ницше. Его аристократия духа, по крайней мере, имеет смысл. Но когда священник, пастырь Христов по определению, говорит, скажем, что на выборы нельзя допускать всех, выборы - дело элиты, он не аристократ, а раб кошелька. И тут Ницше прав: раб другом быть не может.
Человеку нравится думать о себе, как о принадлежащем к высшей касте - это естественно. Но естественный отбор происходит по денежному принципу, прежде всего. Далее, по образовательному. И если с деньгами всё более-менее понятно, то с образованием совсем плохо. Самость зашкальная, а значит ни о какой аристократии духа речи нет. Подлинный аристократ руководствуется евангельским принципом «больший из вас да будет всем слугою».
Если возможны святые, не получившие образования, и отпетые негодяи, имеющие несколько дипломов, то говорить о низком и высоком следует исходя из каких-то других критериев.
Постмодерн, на мой взгляд, это время, когда Бог своими средствами предоставит каждому возможность явить свою внутреннюю суть, без оглядки на какие-то наши понтовые заморочки. Ни кошелёк, ни диплом, ни титул не помогут тому, кто пусть даже говорит, что любит Бога, а ближнего своего ненавидит.
И что весьма показательно, те же так называемые аристократы, прикладывают все свои силы на злое употребление даров постмодерна. То есть, они только усугубляют свою участь, демонстрируя своё полное пренебрежение к людям, в каждом из которых сокрыт Христос.
----
Замечание одного из философов: Древнегреческий пастух и Аристотель говорили на одном языке (о другом, но хорошо вспомнить).
Может быть самая большая пошлость наших дней заключается в том, чтобы жить так, словно на Донбассе не гибнут люди или если и гибнут, то по причинам, не зависящим от нас, людей, наподобие природного катаклизма.
" В шестьдесят третьем году родился в Донецке, СССР, такой мальчик Витя Артемьев.
Говорят, добродушный был всегда, даже Афган его не сломал, хотя, когда вернулся - выпивать начал время от времени. Была причина: из Афгана приехал на костылях, одна нога не сгибалась, неходячая была практически, с трудом ее собирали. Но не сломался, не сломался. Женился даже. Сын Артем появился на свет. Так и жили, любил рыбалку, сына любил.
Разошлись вроде с женой потом по-тихому, без ссор. Жил с матерью Лидой, мать еще Великую Отечественную застала. Потом началась новая война.
Виктора в ополчение не взяли, ну кто его возьмет, на костылях. А сын Артем пошел. У него к тому времени уже свои дети были. Два года воевал. А потом, в 2016 году, Виктор его хоронил. Артем погиб под Саханкой. Семья его, жена и дети, там, на юге и остались, до сих пор.
Виктор жил с матерью и сестрой. Сестра работала, ездила в командировки то и дело. Виктор и Лидия Владимировна жили на две свои пенсии.
Командировка Любу и спасла. Вчера она уехала в Торез. А ночью начали бомбить Трудовские.
Погреб у Виктора и Лидии Владимировны находился в летней кухне. Там, на пороге кухни, сосед Роман его и нашел сегодня утром. Вместе с костылями. А Лидия Владимировна лежала в коридоре, у порога. С палочкой. Восемьдесят лет ей было, не ахти какой бегун.Розы во дворе цветут. Собака одинокая ждет. И лежат эти костыли Викторовы окровавленные.
Я, чтобы не реветь, пытаюсь думать, что где-то там - он без костылей теперь ходит. И сын у него рядом, живой. И мама без палочки.
Если так думать, то получается не свихнуться от тоски и непонимания, что происходит в мире."Анна Долгарева
Когда человек встаёт на путь христианского делания, он немало вредит себе тем, что перестаёт беречь себя. И, порой, его может посетить мысль: а прав ли я? Особенно если немощь будет сильно одолевать. Тогда надо сказать себе: немощь - это следствие грехов, а не самоотдачи. Если бы ты был не крив, а прям, горел бы как факел Христов. А если горишь малой свечечкой, и то с большим трудом, то дело не в самоотдаче, а в изначальной порче, которую преодолевать приходится всю жизнь.
Один из преподобных сильно заболел, беседуя с посетителем - простыл. Он, хоть и чуял роковое для себя действие сквозняка, не посмел огорчить ищущего у него утешения. Самосохранение оказалось менее значимо, чем охранение ближнего.
Значит, модуль жертвенного поведения верен, как верен и Бог, обещающий покрывать наши немощи Своей силой. Обессиливший да не усомнится!
Недопустимо отрицание другого (чужого) пути - это путь другого. Отрицание годится только для грехов, и то с оговоркой: человек имеет право на свои ошибки. Недопустим разбой в отношении других, а в отношении себя человек волен действовать по своей воле. Но можно быть рядом с идущим по острию бритвы и помогать ему реализовывать себя на выбранном им опасном пути, поддерживать его в трудные минуты.
Навязывать человеку своё видение - всегда ошибка. Можно предложить своё в качестве примера, в качестве языка для общения, но лишь сильному, ибо такое поведение по отношению к немощному - агрессивно, с ним лучше говорить на его языке. Немощного надо звать, увлекать, приглашать. Навязывать же своё как единственно верное тому кто сам умеет ходить - нелепость.
Самое трудное любить не врагов, а друзей, которые друзья в зависимости от того, что скажут о тебе авторитеты. Друзья лицемерные, друзья по случаю успеха, которые любят купаться в лучах чужой славы и благополучия, которые отскакивают при поражении... А ведь и таких надо не презирать, а любить, и благодарить за то, что они смогли дать и/или взять.
У меня стихотворение есть - «Ноль», написанное в 2011 году. Всё последующее - жизнь после нуля. Интересный опыт, когда тебя почти нет. Всё, что хорошее - само, а слабое и кривое - моё и от меня. Это совершенно очевидно.
С тех пор, как меня почти нет, нет и цензора. Я не вижу, что пишу. Тем более, что оно само пишется. Только шедеврики вижу (а к ним я мало отношусь - они всегда сами), но всё не может быть шедеврами. Среднее (как раз моё) не могу правильно оценить.
Как только решила, что нашла наконец-то себе духовника, пришло искушение. Ему, прежде всего. И я стала смотреть, победит или не победит мой избранник самого себя, явит себя заботливым пастырем или наоборот. Подруга советовала «не пугать» его, я же мыслю иначе: если из пугливых - не мой.
Бывают люди, общающиеся с другими лишь своей одёжкой, т.е. они едва соприкасаются с другими и мало тратятся на других. Бывают такие, что общаются кожей. Есть и такие, кто общается на уровне скелета. А есть общающиеся на уровне сердца (самый затратный уровень). На уровне ума общение тоже бывает - в идее, например, но это чуть иное, мне кажется (похоже на общение скелетами).
Разумеется, всякому общению своё время и место, но беда, когда встречаются двое, один из которых принимает другого на уровне сердца, а тот, другой, общается лишь на уровне одёжки. И винить тут некого, каждый по-своему живёт, однако ж взаимопонимание при таком разноуровневом общении недостижимо. И горе сердечному, принявшему внешнюю овчинку за внутреннюю сердцевинку.
Цветаева ждала и встречала всех на уровне сердца (и скелета, возможно).
В служении ближним есть свои искушения. Например, можно впасть в человекоугодничество и перепутать грешное с праведным. Потому и в служении ближним мы должны служить Богу, направляя усилия на дела богоугодные, а не человекоугодные, т. к. на путях человекоугодничества бродит не только тень христопродавца Иуды, но и многие предтечи Антихристовы.
Будем вразумляться мудростью свт. Иоанна Златоустого, сказавшего: «Мы весьма блаженны были бы, если бы для Бога делали хотя бы столько же, сколько делаем для людей из тщеславия, страха или уважения». Оказывается, даже из уважения к человеку можно согрешить, если угождать не Богу, а человеку.
Первосвященник же спросил Иисуса об учениках Его и об учении Его. Иисус отвечал ему: Я говорил явно миру; Я всегда учил в синагоге и в храме, где всегда Иудеи сходятся, и тайно не говорил ничего. Что спрашиваешь Меня? спроси слышавших, что Я говорил им; вот, они знают, что Я говорил. Когда Он сказал это, один из служителей, стоявший близко, ударил Иисуса по щеке, сказав: так отвечаешь Ты первосвященнику? Иисус отвечал ему: если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьёшь Меня?
Ин. 18:19-23
Очевидно, что Христос вёл себя подобно «идиоту» Достоевского — обращаясь не к титулу, а к человеку, вне социальных шаблонов. За это его ударили: мол, что за манеры? Помни кто ты есть и с кем разговариваешь!
Идиот — от др.-греч. ἰδιώτης — «частное лицо» в противоположность официальному лицу, т. е. тот, кто никем не уполномочен, кто не представляет какой-либо социальный институт, организацию, государство, пр.
Причиной выгорания порой является запредельная усталость, физическая изношенность. Перегрузки вечно не могут длиться, а человек, пока не слёг, думает, что ресурс бесконечен. Блажен, кто может себе позволить длительный отдых и восстановительную терапию. Таких, наверное, меньшинство.
Машина по имени человек едет на двух видах бензина: материальном и нематериальном, и причины проблем бывают не только в качестве последнего. Другими словами, порой просто железо износилось, а вовсе не софт (мышление). Работа на износ - изнашивает. Бывает степень нервного истощения так велика, что человеку необходима медицинская помощь.
Рада публикации двух своих стихотворений - из лучших, посвящённых М. Цветаевой и А. Платонову. Я вообще рада тому, что они написались - прежде всего. Ну, а хорошая вещь должна быть опубликована по определению, ибо должна быть прочитана. Хорошие вещи пишутся лишь потому, что кому-то нужны.

Первое слово Бога, обращённое ко мне, которое я расслышала в душе и на которое ответила поступком, было: Защити беззащитного, встань на сторону обидимого! Мне тогда было около пяти лет.
Второе слово: Ищи истину, ищи правду жизни! Мне тогда было около 17.
С тех пор, как я нашла истину, наша беседа не прекращается.
Сейчас Он мне говорит: Не бойся!
Эти три слова (импульса) - ключевые в моей жизни, на них она натянута, как стихотворение (по Блоку), которое суть «покрывало, растянутое на остриях нескольких слов. Эти слова светятся, как звёзды...».
Следует уточнить, что говорил Бог не словами, а обстоятельствами жизни, и внутренним слухом я ощущала зов - потребность поступить так, а не иначе.