Вход Господень в Иерусалим
Тимур Кибиров
Только впустив в сердце другого, можно войти и самому. Потому и сказано: кто говорит, что любит Бога, а ближнего своего ненавидит, тот — лжец.
Дары даются не за что-то, а ради чего-то, потому человек не является собственником своего дара.
Любить Бога надо в ближнем — живом, который рядом. Тогда открывается Христос как жизнь, а не только как истина.
Счастье — это свобода от низменного: не свобода приходит от счастья, а счастье — от свободы.
Поэзия — не рифмоплётство, не правила стихосложения, а разговор с Бытием. Вопрошающий всегда немножко Иов: дерзающий, имеющий онтологические основания для своего дерзания, святой и грешный в одночасье, и, главное, свято верящий в добродетельность Творца — как Авраам. Интенсивность его вопрошания предельна, и только поэтому он добывает звезду, недоступную другим, не обожжённым жаждой.
Мир стоит, пока существуют чудаки. Когда останутся только умники — мир рухнет.
Беречь Христа в себе — это беречь Христа в другом.
Кто выбрал неподлинность как своё бытие, тот выбрал некрасоту небытия, т.е. некрасоту и небытие.
Пути Господни нам неведомы, но если есть путь, он себя явит.
Крайняя степень доминанты на другом — юродство.
