Он купался в свете
Радость — свет
Достоинство моё не во мне, не в том, что я делаю, а в подключенности к целому, к истине. Истина есть и телесная, и душевная и духовная, так же и достоинство. Моё включение в единую сеть мироздания — это и достоинство, и счастье, выключение из неё — недостоинство и несчастье.
Любить Другого — это не пошленькое человекоугодие, не слюнявое потакание прихотям, не поедание Другого и не использование Другого. Любить — это видеть Христа в Другом Христом в себе и служить Христу (во мне и в Другом — один и тот же Христос).
Психика человека — это как струны у скрипки: если их задеть, они зазвучат. Как зазвучат? Смотря как задеть.
Вместо того, чтобы поливать окружающих грязной водой своего человеческого, слишком человеческого, лучше бы стремиться осветить их светом своего божественного — и тогда отношения были бы прекрасными. Несбыточное...
Крылатый никогда не одинок —
Всегда с ним рядом многокрылый Бог.
Всегда с ним рядом многокрылый Бог.
Речь — как нить Ариадны в лабиринте обыденности. Об этом слова Цветаевой «поэт издалека заводит речь, поэта далеко заводит речь». Поэт держит в руках эту ниточку и может потянуть за неё, приобщаясь и приобщая к её сообщениям. Поэт прыгает в «воду» слов, увязанных между собой законами цельности, и, перебирая слова, как бусины на чётках, мыслит не от себя, а от речи — от Слова.
Речь поэта — беседа со Словом посредством слов.
Речь поэта — беседа со Словом посредством слов.
Все ищут места себе в другом, но мало кто ищет место другому в себе, мало кто готовит себя для другого.
Женщина — как букет, она непременно кому-то должна себя подарить.
Догматы указывают точку стояния внутри, из которой виден Бог.
Полёт дороже птицы — для птицы, это и делает птицу птицей...
