Я не спрашиваю раненого, как он себя чувствует. Я сам становлюсь раненым
Я не спрашиваю раненого, как он себя чувствует. Я сам становлюсь раненым.
Уолт Уитмен
Спасён тот, кто смотрит на другого вечными глазами, ибо в таком поселилась Вечность.
Жизнь короче, чем я.
Прокрустово ложе, как правило, законно, а человечность служащих при нём — нет.
Грех осуждения другого — это грех неразличения природного и личного в человеке.
Просто потому, что молчишь, Бог, конечно, не начнёт говорить. Самость в нас должна замолчать — для Бога и ради Бога, ради бога в другом и в себе, ради Бога в нас.
Человек — не функция, а бытие.
«Не делайтесь рабами человеков» — это значит и не делайтесь рабами своего «человеческого, слишком человеческого» — только человеческого. Именно поэтому быть рабом Божьим — освобождение. Подлинная свобода — божественна, её нельзя достичь в рамках ограниченного человеческим. Подлинная человечность — божественна.
Посадив у реки черенок,
ты успеешь о нём позабыть.
Но однажды услышишь, как Бог
просит жажду его утолить.
ты успеешь о нём позабыть.
Но однажды услышишь, как Бог
просит жажду его утолить.
Любовь — это состояние творения жизни из ничего.
Какова реальность, в которой мы живём? Реальностей много, побеждает в итоге та, носители которой наиболее активны.
Лучше плохо делать, чем хорошо не делать. Усилие, рывок, стремление — тоже вклад.
Мы становимся тем, что делаем. Мир становится тем, что мы делаем.
Лучше плохо делать, чем хорошо не делать. Усилие, рывок, стремление — тоже вклад.
Мы становимся тем, что делаем. Мир становится тем, что мы делаем.
