Дневник

"Лев, ехидна, змея более великодушны и кротки в сравнении с дурными епископами, исполненными гордости и не имеющими и искры любви. Посмотри – и ты сквозь овечью кожу увидишь волка; если же он не волк, то пусть убеждает меня в этом не словами, а делом; я не ценю учение, которое противоречит жизни…
Пастыри по отношению к слабым как львы, а по отношению к сильным как собаки, всюду сующие свой нос и пресмыкающиеся чаще у дверей людей влиятельных, нежели у дверей людей мудрых. Один из них хвалится своим благородством, другой – красноречием, третий – богатством, четвертый – своими связями, а те, кто не могут похвалиться чем-нибудь подобным, хвастаются пороками.
Не бойтесь ни льва, ни благородного леопарда, даже страшную змею можно обратить в бегство. Лишь одно страшно, поверьте, — плохие епископы! 
Не трепещите перед высотами сана. Ибо многие облечены саном, да не все имеют благодать.
Христиане губят принадлежащее Христу более врагов и неприятелей..."

Свт. Григорий Богослов (IV век)

Есть один грех, о котором сегодня напоминает нам апостол Павел - и которого нет ни в одном из многочисленных пособий по исповеди. Правда, в этих книгах каких только экзотических и невообразимых грехов ни встретишь - но этого - точно нет. Это грех - духовного сладкоречия. Обычно после такой "сладкоречивой" проповеди прихожане говорят: ох, как же говорил батюшка, как же хорошо он говорил! Но стоит спросить - а о чем? - в ответ услышишь: о высоком, о божественном! Кроме сладенького послевкусия - ни в голове, ни в сердце ничего не осталось.
Апостол сегодня обращает внимание своих слушателей, что их слово о Христе всегда должно быть... соленым, а не сладким: потому что только такое, приправленное благодатью слово и может достичь человеческого сердца и произвести в нем важные перемены.
У Марины Цветаевой есть такой стих:

Радость - что сахар,
Нету - и охаешь,
А завелся как - 
Через часочек:
Сладко, да тошно!
Горе ты горе, - соленое море!
Ты и накормишь,
Ты и напоишь,
Ты и закружишь,
Ты и отслужишь!

Художественная интуиция поэтессы безошибочно подсказала ей: житейская сладость приятна, но в больших количествах - тошнотворна. К слову сказать, конечно, и на одной соли тоже далеко не уедешь. Соль - не пища, а именно приправа, вкусовая минеральная добавка - которая хороша, когда есть, что посолить. Перед нами выстраивается весьма примечательная пара: сахар - сам по себе питателен, но только в умеренных количествах; соль - сама по себе - вредна, и требуется организму только в очень маленькой дозировке, не будучи продуктом питания, а лишь минеральной добавкой. Если продолжить аналогию со словом о Христе, получается, что "сладкоречие" - подобно сахару - создает ощущение быстрого насыщения - правда, также быстро и расходуется. А вот "подсоленное" слово, даже горьковатое немного - возбуждает здоровый аппетит и требует полноценного насыщения, а не перебивания голода конфеткой.
Вот мы и получили четкий критерий благодатности слова или только "симуляции": если услышанное живет в душе, зудит, пробуждает духовную жажду, не позволяет успокоиться "сладенькой газировкой" - значит, в этом слове точно есть действие живого Духа Божия!

Прот. Павел Великанов

Густав Яноух:

Название книги, написанное золотыми буквами на кожаном корешке, Гютлинг прочитал вслух :
- "Дарвин - происхождение видов", - и вздохнул, - так-так, наш граф ищет своих предков среди обезьян. - И подмигнул при этом Кафке, явно ожидая услышать его одобрение. Но Кафка энергично покачал головой и сказал без лишней выразительности :
-Мне кажется, что сейчас это уже не столь актуально. Сейчас речь идёт не о предках, а о потомках.
-Что вы хотите этим сказать? - Гютлинг положил книгу на стол. - Тремл - холостяк.
-Я имел в виду не Тремля, а человечество, - ответил Кафка и скрестил свои костлявые пальцы на груди. - Если дела и дальше так пойдут, то в самом недалёком будущем мир будут населять роботы, способные размножаться серийно .

«Разговоры с Кафкой»

Для получения ложки меда 200 пчел должны собирать нектар в течение целого дня. Примерно столько же пчел должны заниматься приемом нектара и обработкой его в улье.

Ученые с помощью биофизических приборов зафиксировавших энергетический обмен между деревьями и людьми, выяснили, что мужчину лучше всего "понимает " дуб, женщину - липа, а юных барышень- береза. 

* * *

Был проведен эксперимент- ученые измельчили листья березы, тополя, дуба и иголки сосны, положили на предметное стекло, капнули немного водопроводной воды и наблюдали под микро скопом, что будет с копошащимися в ней микробами. Сначала они перестала ли двигаться, а затем и вовсе погибли! Оказалось, что фитонциды березы и тополя убивают бактерии через 20-25 минут, а сосны и дуба- через 10-15 минут, поэтому в зеленом массиве в 2-3 раза меньше микробов, чем на опушке. Чем ближе к кронам, тем воздух стерильнее. В одном его кубометре на высоте нашего роста в кедровом лесу обнаруживается всего 700 микробных клеток- как в операционной! Неудивительно, что живущие в парковой зоне болеют на 15-20% реже, чем жители районов, где мало зелени.
А еще умные ученые, с помощью биофизических приборов, зафиксировавших энергетический обмен между деревьями и людьми, выяснили, что мужчину лучше всего "понимает " дуб, женщину - липа, а юных барышень- береза. У отдельно стоящего дерева биополе имеет форму кольца, у двух, растущих бок о бок , кольца сплющиваются, отталкиваясь друг от друга.
При плохом настроении, повышенной утомляемости, упадке сил, затянувшихся заболеваниях- организму нужна энергетическая "подзарядка". Ее обеспечивают "горячие " деревья- доноры, которые отдают свою силу, подпитывая ослабевший организм: дуб, береза, сосна, акация, клен, рябина, яблоня, каштан, ясень, липа.
А при стрессе, раздражительности, бессонице, повышенном давлении, просто в жару помогут "холодные " деревья - реципиенты, отводящие избыток отрицательной энергии- это осина, тополь, ель, пихта, можжевельник, черемуха, ива, ольха.
Остальные породы деревьев считаются нейтральными.

У нас в России люди не достигают зрелости - они либо гниют, либо засыхают.

Пушкин. Письмо Вяземскому

Сам Шостакович маленький человечек, издали будто гимназист шестого класса, капризное дитя современности, вместивший в себя весь ад жизни с мечтой о выходе в рай.

Пришвин, дневники

Владимир Михайлович Кириллин:

Реплика на стихотворение Е. Евтушенко.

ДАЙ БОГ
"Дай бог слепцам глаза вернуть
и спины выпрямить горбатым.
Дай бог быть богом хоть чуть-чуть,
но быть нельзя чуть-чуть распятым".

А я говорю:
Зрячие, да не ослепнете!
И прямостойкие да не горбитесь!
И оставайтесь человеками,
когда вам хочется обожествиться,
и, будучи таковыми,
не позволяйте себя распинать!

********************************************************************

Реплика на стихотворение Е. Евтушенко.
ДАЙ БОГ
"Дай бог слепцам глаза вернуть
и спины выпрямить горбатым.
Дай бог быть богом хоть чуть-чуть,
но быть нельзя чуть-чуть распятым".

А я говорю:
Зрячие, да не ослепнете!
И прямостойкие да не горбитесь!
И оставайтесь человеками,
когда вам хочется обожествиться,
и, будучи таковыми,
не позволяйте себя распинать!

"Дай бог не вляпаться во власть
и не геройствовать подложно,
и быть богатым — но не красть,
конечно, если так возможно".

А я говорю:
Достигнув власти, научитесь
собою жертвовать
ради простых людей!
Причём не как герои
или владельцы преизлишков,
а как люди, для которых
важны понятия:
брат, мама, друг, сосед
или земляк.

"Дай бог быть тертым калачом,
не сожранным ничьею шайкой,
ни жертвой быть, ни палачом,
ни барином, ни попрошайкой".

А я говорю:
Не приведи Господь, нам опыт обрести -
бороться с нечистью и злом,
как барин или попрошайка,
и их карая, стать их жертвой!
Где царствуют и честь и благородство,
там места нет мерзавцам.

"Дай бог поменьше рваных ран,
когда идет большая драка.
Дай бог побольше разных стран,
не потеряв своей, однако".

А я говорю:
Прошу Тебя, Господь,
Пошли нам много ран
хоть в самой малой драке,
чтоб в слепоте страданий
мы прозрели!
И пусть моя страна
такой окажется
средь недругов враждебных,
когда достоинство её
они признАют.

"Дай бог, чтобы твоя страна
тебя не пнула сапожищем.
Дай бог, чтобы твоя жена
тебя любила даже нищим".

А я говорю:
Господь, растоптаны
мы все нашей страной!
Ею возвышены и вместе с тем убиты.
Но живы мы лишь потому,
что наши женщины своих мужей любили,
а мужчины своих не предавали жён.

"Дай бог лжецам замкнуть уста,
глас божий слыша в детском крике.
Дай бог живым узреть Христа,
пусть не в мужском, так в женском лике".

А я говорю:
Все слышавшие плач
своих детей, отцы и матери,
его беспомощного зова не забывайте,
будто бы того, что лично
Спаситель молвил вам,
когда вы слов Его не ожидали.

"Не крест — бескрестье мы несем,
а как сгибаемся убого.
Чтоб не извериться во всем,
Дай бог ну хоть немного Бога!"

А я говорю:
Нет, все мы неизбежно крест несём,
хоть горделиво, хоть согбенно.
Но он для каждого из нас -
и нехристей, и христиан, -
по нашей вере лишь. А мера
этому кресту - Господь.

"Дай бог всего, всего, всего
и сразу всем — чтоб не обидно…
Дай бог всего, но лишь того,
за что потом не станет стыдно".

А я говорю:
Моя молитва – тишина
и молчаливая надежда
на то, что милосердье Божье
дарует мне уверенность,
что грех бесстыдства,
обезличивший людей,
рассыплется когда-нибудь
сургучною печатью покаянья
в знак вечности весёлой.

Владимир Кириллин

ВК автора

Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся. Таковых удаляйся.

2 Тим. 3:1-5

* * *

Все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы. Злые же люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь.

2 Тим. 3:12-13

* * *

Не случайно у Данте сказано: «Оставь надежду всяк сюда входящий». То есть всякий, кто вошёл сюда, увидит свой ад, если оставит надежду, которая не позволяет нам увидеть Ад. То, что есть на самом деле. Мы очень часто гонимся за надеждой и не знаем, что она самый большой враг человека. Дом разваливается, а мы его чиним - почему? Мы надеемся, что он будет хороший. Вместо того, чтобы оставить надежду и построить другой дом.
Надежда - как пучок сена перед мордой осла, что вечно идёт за пучком... Я хочу подчеркнуть очень простую мысль: надежда есть то, что мешает нам увидеть, мешает понять и мешает, если снова воспользоваться образом путешествия, начать движение в колодец души. Данте, если вы помните, говорит о «воронке». Но спускаясь в колодец, нужно иметь способность и мужество видеть - выдержать зрелище, которое перед тобой открывается. В нашей жизни мы не видим разрушенного дома, потому что надеемся, что завтра его отремонтируем. И вот появляется причудливое сооружение, которое состоит из пристроенных окон, каких-то балок, и всё это держится на ложной хрупкой ниточке надежды. Кстати, в христианстве, одной из грамотных религий, единственно допустимая надежда всегда замкнута на Бога, а не на человека или что-то им созданное.

Мераб Мамардашвили «Лекции о Прусте»

Смысл жизни в том, на что она потрачена.

Экзюпери. Цитадель

Очевидность всегда кажется незыблемой. Обжившись на корабле, люди не замечают моря. Оно для них рама, что обрамляет их корабль. Такова особенность человеческого рассудка. Ему свойственно верить, что море создано для корабля.

Антуан де Сент-Экзюпери. Цитадель

Вы делаете эту планету чуть более обитаемой. Это ведь я так собираю себе приемную семью – из тех, кто меня никогда не обманывал…

Антуан де Сент-Экзюпери

* * *

Не пишите мне сюда:
завтра я уезжаю из Лиона
Гранд-Отель, Лион

Милая С...,

Возвращаясь из долгого путешествия, я оказался проездом в Лионе, здесь меня ждала почта за целый месяц, которую надо было как-то сбыть с рук. Но вот передо мной ваши письма — и они принесли мне куда больше радости, чем вы можете себе представить...
Одно дело — толпа народу, совсем другое — те, с кем хочешь свидеться снова. Их не так много — но как же они рассеяны! Мои друзья покоряют мир: один в Чили, другой в Сайгоне, третий в Нью-Йорке... Вот теперь и Йена, ничего не говорившая моему сердцу, всего лишь имя на карте — обретает свое лицо. Милая С..., Вы делаете эту планету чуть более обитаемой. Это ведь я так собираю себе приемную семью — из тех, кто меня никогда не обманывал...
Конечно, встретить человека — это подарок судьбы. Но люди не встречаются — они обретают друг друга. Обретают мало-помалу, как потерявшийся в детстве ребенок по одному отыскивает разбросанных по свету родных... Если бы люди тратили чуть больше сил на то, чтобы искать и открывать то, что их объединяет, а не умножать то, что их разделяет, — быть может, нам удалось бы жить в мире. Как-то мне довелось в Мексике ужинать вместе с моими попутчиками, которых я впервые видел. И оказалось, что мы думаем одинаково — о жизни, об искусстве, о свершениях... Мне поначалу это показалось совершенно естественным, а потом я вдруг почувствовал, что это — чудо. Мы воспитывались за десять тысяч километров друг от друга, в таком разном окружении, мы наследовали таким несходным цивилизациям, усваивали столь различные предрассудки, — и тем не менее мы были так похожи, как будто нас вскормила одна мать. Таинственная мать, о которой у нас не осталось воспоминаний...
Никогда я не сдамся пресыщению. Со мной всегда будет эта тайная, и бьющая через край, и такая необъяснимая радость, как тогда за ужином, как тогда при встрече в Брюсселе, в те мгновения, выпавшие почти случайно, — я снова буду переживать то согласие, созвучие без лишних слов, то восхитительное ощущение человеческого присутствия. Это выше всяких границ — и дает надежду. С..., Вы мне чуточку помогли — и теперь я верю в чудо. Как бы ни грохотали пушки — я не могу разувериться в человеке. Я Вас видел всего два раза, но Вы — друг. И мы совсем недалеко друг от друга.
Знаете, есть один образ — мне кажется, он очень вдохновляет.
Лодочники курсируют в сплошном тумане, каждый на борту своего суденышка. Каждый затерян в белой пустыне, ничего не видно за двадцать метров, можно поверить, что ты один на свете. Но время от времени кто-то из них окликает: «Эгей!» И другие лодочники отвечают ему тем же. И каждый ободрен и обнадежен живым дружеским присутствием. Нет больше ни тумана, ни одиночества. Эгей! — летят навстречу друг другу чудесные оклики. Каждому лодочнику принадлежит богатство — эти перекликающиеся возгласы, и когда среди них возникает, доносится откуда-то из глубины тумана новый голос, а значит — там, в тумане, рождается новое чудо человеческого присутствия, — тогда лодочник налегает на весла с сердцем, полным тепла.

— Я хочу, чтобы мы свиделись снова.
Ваш друг,
Антуан де Сент-Экзюпери
04.05.1939 г.

Это письмо было написано Антуаном де Сент-Экзюпери одной знакомой женщине, бельгийке. Их знакомство произошло в Брюсселе, затем она вышла замуж за немца и уехала с ним в Йену, где Сент-Экзюпери снова встретился с ней во время своей поездки по Германии в начале 1939-го (германские власти пригласили известного писателя и летчика в пропагандистских целях; результат, как известно, был обратный: Сент-Экзюпери окончательно уяснил себе бесчеловечный облик фашизма и оборвал поездку). Письмо было отправлено с оказией, в одном конверте с несколькими любительскими фотографиями и засушенным цветком... После войны оно долго странствовало из рук в руки — и только сейчас опубликовано на официальном сайте Фонда Сент-Экзюпери племянником писателя и президентом Фонда Фредериком д'Аге.

Одна моя замечательная студентка написала мне своё огорчение:
«Прихожане сказали, что когда мой трёхлетний сын плачет в храме, другие не могу исповедоваться...»
– О нет, – моя дорогая леди, – ответил я ей. Исповедоваться они могут, и будут делать это ещё 10000 раз. Они могут исповедаться, но они не могут покаяться… И в этом уже не виновны ни вы, ни ваш сын, ни Бог…

Артём Перлик 

Беда наша часто в том, что мы свое зло приписываем другому.
Св. праведный Иоанн Кронштадтский

"Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им; ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвёртого рода, ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои".

Набоков в стихотворении "Слава":

"Не доверясь соблазнам дороги большой
или снам, освященным веками,
остаюсь я безбожником с вольной душой
в этом мире, кишащем богами".

Не о том ли и Симона Вейль в Тетрадях :

"Мы хотим блага ("хотеть" и "хотеть блага" есть одно и то же), но его в этом мире не существует. А искать его вне этого мира нам не под силу. Но если оно само придет овладеть нами, мы позволим ему это лишь при условии, что тщетно искали его сами здесь, на земле. Если же мы обманем себя, поверив, что обрели его в этом мире, то не отдадим себя Тому, Кто придет за нами из-за пределов этого мира. Самое ужасное, что то ложное благо, в которое мы по собственному нерадению уговариваем себя поверить, можно запросто именовать Богом. Бог страдает оттого, что мы присваиваем Его имя чему угодно".

Сергей Круглов

Азы логики и гносеологии. Когда-то в СССР. Урок физики

Вот скажи мне, Ваня, когда родился Тютчев?
— Ну.. эээ
— Правильно, Ваня, 1803 год. А когда умер? Тишина в классе. Отвечать будет мальчик в окулярах!
— Если честно, понятия не имею
— А зря, а зря... А между тем 1873 год. А теперь скажите мне, ребятишки (это в 10-м классе), вот Тютчев прожил всего 70 лет, а самая обычная японка живёт почти сто! Вот что это значит?
— Ну... В Японии сейчас условия жизни лучше, чем в те годы
— Да ни хрена ж подобного оно не значит! Оно значит лишь, что Тютчев — не японка!

Да! Прекрасно. Правда, тут возникает ещё один ракурс смотрения. Можно ведь тщеславясь это признавать - только для того, чтобы быть рядом с великим и тереться о его «золотые» бока. Так что вопрос о том, что значит видеть кого-то умнее не вполне раскрыт.

Сергей ШМИДТ:

"Я уже сто раз писал и тысячу раз говорил, что секрет «правильного» существования довольно прост – стараться побольше общаться с теми, кто умнее и талантливее тебя. И стараться никогда не портить отношения с теми, кто умнее и талантливее тебя. Это не всегда получается, но идти на разрыв отношений с теми, кто умнее и талантливее, следует только в самом крайнем случае.
Вот собственно и все. Весь секрет. Все эти умные и талантливые вокруг будут развивать тебя, и ты будешь становиться умнее (талант – дело врожденное, за него молчу), совершенно не напрягаясь. И жить будет всегда интересно.
Так вот добавлю к сказанному.
Выяснил тут, что некоторые боятся такой модели существования, поскольку боятся, что впадут в заниженную самооценку и самоуничижение – еще бы, ведь кого-то надо признавать умнее и талантливее себя. Вот это полная фигня.
Человек, признающий, что кто-то умнее его – не может быть дураком в принципе. Если вы кого-то признали более умным и талантливым, чем вы – можете быть уверены в себе, можете радоваться и нарциссировать в полный рост. Это вернейшее свидетельство того, что вы умны (за талант опять же ничего не скажу по причине, которую обозначил выше).
Ум это способность видеть потолок, а не пол. Способность осязать то, что выше, а не то, что ниже. Если вы чувствуете, что кто-то глупее вас, это ничего не значит. Да, большинство людей именно это и принимают за свидетельство собственного ума –  факты того, что кто-то глупее их. 
Но на самом деле все не так. Только если вы чувствуете и понимаете, что кто-то умнее вас, вот это да. То самое. Это действительно свидетельство (чуть ли не единственное) того, что вы умны".

Тщеславие, если его тронуть пальцем, кричит: кожу дерут.
Прп. Амвросий Оптинский

Не умею я жить. Не умею я жить.
Все №№ жизни, как №№ сапог на ногу, все для меня неподходящи. Я — недомерок. «Недомерочных» размеров жизни, особенно при «стандартизации» ее, в продаже нет. А сам я бессилен соткать на себя недомерочную одежду, сшить недомерочные сапоги на свои ноги — и ношу что попало: все не по плечу, не по ноге: то велико, то жмет. Моя биография — глупая. История последовательных глупостей. Недомерок.
Меня любили недомерочные люди, но большие, не мне чета, наделенные силою быть недомерками: Василий Васильевич, Перцов, Нестеров. Эти — особенно последний — сами сшили на себя и одежду и обувь, и не пытаясь найти ее в продаже.
Сил ли у меня не было, или времени слишком мало, но я одежды и обуви себе не сшил, а ничья готовая мне не впору...
Мерочные люди — и большие и малые, и больше меня, и меньше меня — мне были близки до той поры, пока считали меня, а я считал их, что мы — одной мерки; как только оказывалось, что я — недомерок, наша близость исчезала, и выходило, что Я изменял и многому и многим, Я покидал в час битвы знамена.
Но я не изменял, я не покидал... Я просто оказывался недомерком. Сколько боли причинил я людям моей' недомерочностью!
И сколько раз я сам хотел заплакать оттого, что я недомерок.
Нет. Пусть так. Это — тоже дар.

С.Н. Дурылин "В своем углу"

Путь нашего мира — не радиусы, по которым, рано или поздно, доберешься до центра. Что ни час, нас поджидает развилка, и приходится делать выбор.
Даже на биологическом уровне жизнь подобна дереву, а не реке. Она движется не к единству, а от единства, живые существа тем более разнятся, чем они совершеннее. Созревая, каждое благо всё сильнее отличается не только от зла, но и от другого блага.

Клайв Стейплз Льюис

Мысль без действия становится формальной и следовательно перестаёт быть мыслью.
Мысль без действия - не мысль.

Георгий Петрович Щедровицкий

О традиционности и профанности наук

В действительности не существует полностью «профанической сферы», которую можно было бы с полным основанием противопоставить «сфере сакральной»; существуют лишь: «позиция профана», «точка зрения профана», «метод профана», которые совпадают, в сущности, с простым невежеством и отсутствием каких бы то ни было знаний. Чтобы убедиться в этом, достаточно обратить внимание на следующий факт: космогония, одна из самых сакральных наук, включенная в большинство Священных Писаний, в том числе и в Библию, в современном мире становится областью, где «профаны» одну за одной выдвигают самые фантастические гипотезы. Сфера исследования в обоих случаях — одна и та же, метод же совершенно иной. Именно по этой причине «наука для профанов» может быть вполне правомерно «знанием невежд», знанием самого низкого уровня, ограниченным самым низким уровнем реальности при полном неведении относительно того, что лежит за пределами этого уровня. У этой науки нет никакой высшей цели и никакого высшего принципа, которые были бы достаточным основанием для того, чтобы отвести ей пусть самое скромное, но занимаемое по праву место в общей иерархии истинного знания. Замкнутая в относительной и узкой области, в которой она стремится объявить себя независимой и поэтому обрывает все связи с трансцендентной истиной и высшим знанием, эта наука обладает лишь разного рода иллюзорными представлениями, которые никуда не ведут и ни на чем не основаны.

Рене Генон. "Наука сакральная и наука для профанов"

Неграмотными в 21 веке будут не те, кто не умеет читать и писать, а те  кто принимает информацию за знание,  кто не способен отличить фальш и ложь от истины,  кто лишился чувствительности и  вкуса прекрасного.

Алеся Мелентьева