Дневник
Соприкосновение с Россией приобретает для Рильке также более интимный творческий смысл. В России он открывает самого себя. Вряд ли можно усмотреть в книге «О монашеской жизни» подлинную православную религиозность или распознать в монашестве Рильке настоящее русское монашество.
* * *
Русский философ Фёдор Степун в своей статье «Трагедия мистического сознания» высказывает сомнение, Бог ли это «в прекрасной книге Райнера Марии Рильке»: «Так его синтез кончается, в сущности, уничтожением Бога в религиозной жизни человека, как жизни подлинно религиозной» (Логос, 1911 - 1912, Мусагетъ. С.140). Но философ допускает при этом характерную ошибку. Он выводит поэзию Рильке из мистической традиции, тогда как мистический опыт, наоборот, выводится в данном случае из поэзии Рильке. Очевидно, Степун воспринял книгу Рильке в духе русского богостроительства по Горькому или по Богданову. Для богостроительства Бога нет, пока его не построят, а у Рильке тот строит Бог, кого строит Бог. Бог - антипод монаха и его alter ego. Снова вспоминается Ангел Силезский:
Я знаю: Божеству грозит исчезновенье.
Бог тоже умер бы со мной в одно мгновенье.
Монаха нет без Бога, но и Бога нет без монаха, ибо существование того и другого в их соотнесённости.
Монашество в книге Рильке - влечение к вещи, так как в ней Бог, и отречение от вещи, так как Бог не только в ней, но и в других вещах.
Владимир Микушевич. Жизнь и поэзия Рильке
Псевдоправославие считает, что озаботиться чужой бедой - это чуть ли не оскверниться. Все так святы, что понятное даже оленям, стало непонятно христианам? Но ведь если додумать эту позицию до конца, так и победа в Великой Отечественной станет грехом...
Народа - нет, есть только своя задница, так выходит?
Говорят, мы на Индию равняемся...
«Огромная масса индийцев привыкли жить в бедности... Достаточно сказать, что 732 млн индийцев (54% населения) - это официальные цифры, которые в индийской статистике - у них нет доступа к туалетам. Ни к каким: ни к общественным, ни к частным. В Китае эта цифра 25% (т.е 340 млн). В таких странах как Эфиопия - 93%».
При этом разрыв между богатыми и бедными в России больше, чем в кастовой Индии.
«По такому показателю как концентрация богатств в руках 1% населения - у России этот показатель 1 к 71.Следом за нами идёт Индия - 1 к 49.Среднемировой - 1/46».
Андрей Фурсов
Сербы называют встречу радостью, потому что всякая встреча от Бога, потому что всякая встреча — это мгновение, когда люди оказываются лицом к лицу иногда на очень короткое мгновение, а вместе с тем и навсегда, ибо, раз встретившись сердцем, верой, любовью, общей надеждой, под сенью общего креста, под сиянием общего грядущего победного воскресения, уже расстаться нельзя, расстояния земли людей не разлучают. Мы все это знаем: жизнь далеко разводит близких, родных, а сердца остаются соединенные неразлучно такою любовью, которая только на небе может расцвести полной радостью и воссиять полной своей славой.
Все мы молимся о том же: молимся, чтобы радость пришла на землю; слышим из десятилетия в десятилетие слова Исайи, которые он сказал именем Господним: "Утешайте, утешайте народ Мой!". Бог знает, какая скорбь настигла наш современный мир везде, — скорбь охладевающей любви, скорбь разъединенных семейств, скорбь войн, скорбь ненависти, многие, многие скорби. Он это знает, и вместе с тем Он зовет нас не только не унывать, но надеяться еще ярче, еще пламеннее. Вспомните Его слова в Евангелии: когда вы услышите обо всем, о чем Я говорил (а говорил Он о приближении страшного конца Иерусалима), когда вы услышите о войнах, о слухах брани, и о голоде, и о бедах — восклонитесь, то есть поднимите голову, потому что спасение близко... И это спасение все ближе и ближе. И это спасение выражается двояко: когда постепенно обнищание наше становится по-человечески все безнадежнее, то все шире и шире, все глубже раскрывается перед нами возможность познать Царствие Небесное.
Митрополит Антоний (Блум). Любовь всепобеждающая
В Литургии святого Василия Великого есть такие слова: "Благих благими сохрани, а злых благими сотвори Твоею благостию". И вот мы живем в мире, где есть добрые и злые. Дай Бог, чтобы мы были среди добрых, среди Христовых, среди тех, которым Господь сказал: Как Меня послал Отец, так и Я вас посылаю... Можно прибавить из другого места евангельского: как овец среди волков. Войти в мир кротостью, любовью, беззащитностью, готовностью все отдать, чтобы другой обогатился надеждой, чтобы поверил он в любовь, — вот к чему мы призваны. Сила Божия в немощи совершается , а сила человеческая всегда может разбиться о большую силу. Только простота голубиная, только любовь неодолимы ничем, но лишь настоящая любовь, любовь, о которой говорил апостол Павел: не пристрастная, не та любовь, которой мы выбираем любимых и откидываем нежеланных, а та любовь, которая, как солнце Божие, светит и на добрых и на злых, потому что хочет добра злым, желает и им стать детьми Царствия Божия, а не погибнуть во тьме кромешной.
Митрополит Антоний (Блум). Любовь всепобеждающая
Что значит сказанное Апостолом: «воля Божия благая и угодная и совершенная» ? (Рим.12:2). Все бывающее бывает или по благоволению Божию, или попустительно, как сказано у Пророка: «Аз Господь Бог, устроивый свет и сотворивый тму» (Ис.45:7). И еще: «или будет зло во граде, еже Господь не сотвори» (Ам.3:6). Злом здесь названо всё, что отягощает нас, т. е. всё скорбное, бывающее к наказанию нашему за порочность нашу, как то: голод, мор, землетрясение, бездождие, болезни, брани – всё сие бывает не по благоволению Божию, но попустительно, когда Бог попускает этому находить на нас для нашей пользы. Но Бог не хочет, чтобы мы сего желали или сему содействовали. Например, как я сказал, бывает попустительная воля Божия на то, чтобы город был разорён, но Бог не хочет, чтобы мы – поелику есть Его воля на разорение города – сами положили огонь и подожгли оный, или чтобы мы взяли топоры и стали разрушать его. Также Бог попускает, чтобы кто-нибудь находился в печали или в болезни, но хотя воля Божия и такова, чтобы он печалился, но Бог не хочет, чтобы и мы опечаливали его, или чтобы сказали: так как есть воля Божия на то, чтобы он был болен, то не будем жалеть его. Этого Бог не хочет; не хочет, чтобы мы служили таковой Его воле. Он желает, напротив, видеть нас столь благими, чтобы мы не хотели того, что Он делает попустительно."
Прп. Авва Дорофей
Письмо Иммануила Канта к императрице Елизавете Петровне (1758)
«Всесветлейшая, великодержавнейшая императрица, самодержица всех россиян, всемилостивейшая императрица и великая жена!
С кончиной блаженной памяти доктора и профессора Кипке освободился пост ординарного профессора логики и метафизики Кенигсбергской академии, который он занимал. Эти науки всегда были предпочтительным предметом моих исследований.
С тех пор как я стал доцентом университета, я читал каждое полугодие по этим наукам приватные лекции. Я защитил публично по этим наукам 2 диссертации, кроме того, 4 статьи в Кенигсбергских ученых записках, 3 программы и 3 других философских трактата дают некоторое представление о моих занятиях.
Лестная надежда, что я доказал свою пригодность к академическому служению этим наукам, но более всего всемилостивейшее расположение Вашего Импер. Величества оказывать наукам высочайшее покровительство и благосклонное попечительство побуждают меня верноподданнейше просить Ваше Имп. Величество соблаговолить милостиво определить меня на вакантный пост ординарного профессора, уповая на то, что академический сенат в рассуждении наличия у меня необходимых к сему способностей сопроводит мою верноподданнейшую просьбу благоприятными свидетельствами. Умолкаю в глубочайшем уничижении,
Вашего Импер. Величества верноподданнейший раб Иммануил Кант
Кенигсберг
14 декабря 1758 г.»
Цит. по: Гулыга А. В. Кант. М., "Молодая гвардия", 1977. (Жизнь замечат. людей. Серия биографий. Вып. 7 (570).
Татьяна Касаткина:
Вот у меня вопрос: хотелось бы мне, чтобы со мной имели дело только потому, что меня не поняли? Нет, совсем не хотелось бы. Пусть лучше понимают - и не имеют. Точно так же,как не хотелось бы, чтобы меня полюбили "за красоту" в макияже. Поэтому никогда в жизни не красилась.
Olga Meerson:
Очень-очень стараюсь, чтобы меня поняли, а когда не понимают, считаю, что это оттого, что я не донесла. Это такая американская установка письма и речи: за то, чтобы тебя поняли, отвечаешь ты, а не собеседник или читатель.
Поэтому я бы, возможно, аналогию с макияжем употребила в другом смысле. Он мне на письме, как раз, нужен. Вот когда я с друзьями, поймут и «в неглиже».
Татьяна Касаткина:
Для меня ясность - это... обнажение, а не макияж :) Когда я пытаюсь быть предельно понятной (почти всегдашняя моя задача :) ) - я проговариваю мысль до тех пор, пока она полностью непрояснится во всех своих нюансах, пока не снимется вся шелуха и возможная "украшенность".
И - да - уже отсюда ясно, что речь тут ни в коем случае не о "так хорошо"/"так плохо". Позиция человеческая может быть разной, речь человеческая может строиться по-разному - и это прекрасно.
Olga Meerson:
Макияж тут метафора, просто разная у меня и у тебя. Умелые его пользовательницы подчёркивают то, что хотят донести из имеющегося. Это как театр: там всё утрировано, но он хорош тогда, когда утрировано «правильное». Возражать против этого можно, но получается глуповато— как в «Что такое искусство» у Толстого. Впрочем, у него у самого очень интересно и противоречиво про искусственное и естественное, правда вот именно что в искусстве, а не в программных статьях.
В общем, в метафору макияжа можно вложить разный смысл. Для меня главное в ней то, что донести смысл и не отвлечь на второстепенное и на издержки собственного характера — усилие, и сделать его должна я, а не воспринимающий.
Церковь является тем странным, непостижимым извне обществом, которое состоит из нас, людей, грешных, хрупких, слабых, недостойных не только Бога, но и себя самих, и друг друга, и одновременно — тем местом, где Бог и человек встречаются, соединяются в любви, делаются одним обществом, тем, что, кажется, Хомяков называл “организмом любви”.
Митрополит Антоний (Блум)
В американском штате Колорадо олениха пришла в магазин на автозаправке и, получив шоколадку, вернулась туда за добавкой с другими оленями. Об этом сообщает CBS Denver.
Продавщица Лори Джонс (Lori Jones) утверждает, что не раз видела животных на улице перед магазином, но в этот раз олениха осмелела и вошла внутрь. «Она совершенно не обращала на меня внимания, — рассказывает Джонс. — Сначала разглядывала солнечные очки, потом мороженое и чипсы».
Чтобы выпроводить олениху, продавщице пришлось отдать ей шоколадку. Она вернулась к работе, однако через несколько минут снова увидела в магазине животное. Перед ней стояла та же олениха, а в дверь магазина заглядывали ее детеныши.
Джонс пришлось пожертвовать еще одной шоколадкой. Теперь она считает, что это было ошибкой. «Нельзя кормить оленей, иначе они так и будут возвращаться», — говорит продавщица.
Помимо уже знакомой ей оленихи с оленятами, в магазин стали наведываться другие самки, а иногда приходят и самцы.
Навеяло некоторыми коментариями о женской независимости:
Мария Ивановна Арбатова встала утром, села в автомобиль, придуманный и собранный мужчинами, сделанный из металла, вылитого мужчинами из руды, добытой мужчинами; налила бензин из нефти, добытой и переработанной мужчинами; поехала по дороге, построенной мужчинами; зашла в дом, построенный мужчинами из бетона, залитого мужчинами и кирпича, положенного мужчинами, отапливаемый котельной, построенной мужчинами; поднялась на лифте, смонтированном мужчинами; включила свет от сети, проложенной мужчинами от электростанции, построенной мужчинами; залила кипятком, подогретом на газе, добытом мужчинами и полученном из водопровода, проложенного мужчинами, кофе, привезенный мужчинами самолетом, изобретенном и построенном мужчинами, выращенный на плантациях, обрабатываемых мужчинами; взяла булочку из пшеницы, посаженной и собранной мужчинами, привезенной мужчинами в магазин, построенный мужчинами; нажала на кнопку компьютера, изобретенного и собранного мужчинами; открыла программы, созданные мужчинами; зашла в Интернет, созданный мужчинами и написала буквами из алфавита, созданного мужчинами:
«Я – независимая женщина. Зачем мне эти алкоголики?»
Irina Brovin
Мы должны помнить, что всякий человек, кого мы встретим в течение нашей жизни, даже случайно, даже находясь в метро, в автобусе, на улице, на кого мы посмотрели с сочувствием, с серьезностью, с чистотой, даже не сказав ни слова, может в одно мгновение получить надежду и силу жить.
Есть люди, которые проходят через годы, никем не опознанные, проходят через годы, будто они ни для кого не существуют. И вдруг они оказались перед лицом неизвестного им человека, который на них посмотрел с глубиной, для которого этот человек, отверженный, забытый, несуществующий — существует. И это начало новой жизни. Об этом мы должны помнить.
Митрополит Антоний Сурожский
«Русь родилась на Куликовом поле», — писал Василий Ключевский. «На Куликово поле пришли москвичи, владимирцы и так далее, в том числе и литовцы, а вернулись с Куликова поля русские», — напомнил Лев Гумилев.
Впереди нам столько всего предстоит, что пережить это мы сможем, только став русскими.
Роман Носиков
Слово о непогибели земли Русской
О ДОРЕВОЛЮЦИОННОМ УРОВНЕ ГРАМОТНОСТИ В РОССИИ
«Россия старая, дореволюционная Россия, славилась своей темнотой и неграмотностью. К этой горькой славе так привыкли, что уже начинали ею кокетничать (из года в год печатая в календарях резко контрастные цифры о грамотности в Германии, в Бельгии и у нас). Констатировать нашу темноту сделалось чуть ли не хорошим тоном. После революции 1905 г. таким же хорошим тоном считалось помечтать о повышении грамотности, и такая мечта стала необходимым признаком либерального мышления. В Государственной думе не только кадеты, но и октябристы произносили горячие речи о необходимости поднять народную грамотность и на таких речах зарабатывали и добрую славу, и прогрессивное лицо.
В этих мечтаниях сказывалось не только ханжество. Для русской буржуазии действительно необходим был более грамотный рабочий, в своих речах она в иные исторические периоды была искренней. Искренность была и в пределах мечты: добивались или пытались добиваться именно грамотности, а не чего-либо большего. Рабочий, умеющий читать и писать, — приятный и практически приемлемый идеал, позволяющий надеяться на подъем промышленности, а следовательно, и на подъем кривых прибылей и накоплений. Правда, даже этот грамотный рабочий заключал в себе большие опасности: грамотность позволяет человеку читать не только деловые записки и чертежи, но и революционные газеты и прокламации, она приносит ему расширение кругозора, которое угрожает прежде всего прибылям и накоплениям. Широкое народное образование нечто большее, чем простая грамотность, и оно тем более не могло увлекать ни русское правительство, ни русскую буржуазию.
Цели царского просветительного ведомства не могли идти дальше осторожного распространения техники чтения и письма. При этом всегда подразумевалось стремление сохранить по возможности патриархальную темноту и прославленную непосредственность русского мужика. Но даже такая программа вызывала бешеное сопротивление дворянских и дворцовых кругов, курских, волынских и иных зубров, князей Мещерских, газеты «Новое время», всей романовской фамильной коллекции ничтожеств. Темнота и мракобесие были стилем последнего Романова. Недаром курсом его царствования была распутинщина — дикая и темная возня с прощелыгой, возведенным в звание пророка.
Неудивительно потому, что даже та первоначальная грамотность, о которой мечтали либеральные ораторы, находилась в очень печальном состоянии. Она достигалась при помощи самых дешевых казенных способов и в подавляющем большинстве случаев не превышала того, что теперь мы обычно называем полуграмотностью. «Статистическое» убожество русского императорского просвещения, само по себе достаточно выразительное, открыто для всех дополнялось качественной его примитивностью.
Октябрьская революция получила в наследство весьма жалкое «просвещение» народа — результат многолетней позорной и преступной политики Романовых и их клики. Толчки к просвещению, проделанные Петром Первым в начале 18 в., не выросли в большое государственное дело, и на протяжении двух столетий они были заторможены на удивление однообразной, на удивление тупой политикой охранения, охранения народа от крамолы и, разумеется, от знания.
Образовательный «актив» царской России, если не выходить за пределы цифр, был такой:
учащихся во всех школах, не считая высшей — 7 800 600
Вот это и все, что было достигнуто за триста лет романовского царствования, — 7 миллионов детей в школах. Чему учились эти дети, какое они получили образование? Об образовании можно и не говорить — они получали ту самую грамотность, необходимость которой так красноречиво обосновывали в своих речах кадеты и октябристы. Если спросить, сколько же из этих 7 миллионов детей не пошли дальше начальной школы, ответ в круглых цифрах останется тот же: 7 миллионов. Более точный ответ очень незначительно изменяет картину:
всего учащихся — 7 800 600,
в том числе в начальных школах — 7 015 000.
Следовательно, в начальной школе получали законченное образование 90 процентов всего учащихся. В этом и заключалась политика «грамотности». Так говорят голые цифры.
Еще выразительнее язык исторических воспоминаний. Добрая половина начальных школ была школами церковноприходскими — одно из самых «светлых» достижений последних Романовых, — гениальное творчество знаменитого Победоносцева. Эти школы меньше всего беспокоились о грамотности, перед ними стояла более высокая цель — воспитание народа в духе православия. На наше счастье, даже на достижение такой светлой цели царское правительство жалело средств — оно было поручено ленивым и невежественным людям: попам, псаломщикам и дешевым малограмотным учителям.
Воспитать в школах христианские доблести и главную из них — долготерпение так и не удалось, но зато, промучившись три года за изучением мертвого церковнославянского языка, ученик из этой школы выходил таким же темным, каким и входил в нее. Та незначительная грамотность, которую он уносил с собой из школы и которая позволяла статистикам что-то показывать в сравнительных таблицах, эта «грамотность» обречена была на медленное умирание.
Преобладающее в стране крестьянское население, а впрочем, и вообще все население провинции жило без книг и газет. Этим грамотным «статистам» читать было нечего. В этом «организационном моменте» крылись корни явления, которое нашими публицистами именовалось столь выразительно — «рецидив». Через несколько лет по окончании школы «грамотный» еле-еле умел брести по печатной странице, а потом вовсе терял эту способность.
Единственное знание, которое у него оставалось, — это умение нацарапать свою фамилию в случаях официальных. Подобная грамотность в подавляющем большинстве случаев была тем особым видом косноязычия, комических и жалких потуг выражаться по-книжному, которое еще так недавно привлекало внимание наших юмористов. Но и таких «ученых» людей было немного. Большинство же даже в официальных случаях ставило кресты — обычай поистине христианский».
А.С. Макаренко
Воспитание детей начинается с того возраста, когда никакие логические доказательства и предъявление общественных прав вообще невозможны, а между тем без авторитета невозможен воспитатель.
Наконец, самый смысл авторитета в том и заключается, что он не требует никаких доказательств, что он принимается как несомненное достоинство старшего, как его сила и ценность, видимая, так сказать, простым детским глазом.
Отец и мать в глазах ребёнка должны иметь этот авторитет. Часто приходится слышать вопрос: что делать с ребёнком, если он не слушается? Вот это самое «не слушается» и есть признак того, что родители в его глазах не имеют авторитета.
Откуда берётся родительский авторитет, как он организуется?
Те родители, у которых дети «не слушаются», склонны иногда думать, что авторитет даётся от природы, что это ─ особый талант. Если таланта нет, то и поделать ничего нельзя, остаётся только позавидовать тому, у которого такой талант есть. Эти #родители ошибаются. Авторитет может быть организован в каждой семье, и это даже не очень трудное дело.
К сожалению, встречаются родители, которые организуют такой авторитет на ложных основаниях. Они стремятся к тому, чтобы дети их слушались, это составляет их цель. А на самом деле это ошибка. Авторитет и послушание не могут быть целью. Цель может быть только одна: правильное воспитание. Только к этой одной цели и нужно стремиться. Детское послушание может быть только одним из путей к этой цели. Как раз те родители, которые о настоящих целях воспитания не думают, добиваются послушания для самого послушания. Если дети послушны, родителям живётся спокойнее. Вот это самое спокойствие и является их настоящей целью. На поверку всегда выходит, что ни спокойствие, ни послушание не сохраняются долго. Авторитет, построенный на ложных основаниях, только на очень короткое время помогает, скоро всё разрушается, не остаётся ни авторитета, ни послушания. Бывает и так, что родители добиваются послушания, но зато все остальные цели воспитываются в загоне: вырастают, правда, послушные, но слабые дети. Есть много сортов такого ложного авторитета.
Антон Семенович Макаренко
