Татьяна Касаткина: Для меня ясность - это... обнажение, а не макияж

Татьяна Касаткина: 
Вот у меня вопрос: хотелось бы мне, чтобы со мной имели дело только потому, что меня не поняли? Нет, совсем не хотелось бы. Пусть лучше понимают - и не имеют. Точно так же,как не хотелось бы, чтобы меня полюбили "за красоту" в макияже. Поэтому никогда в жизни не красилась.

Olga Meerson:
Очень-очень стараюсь, чтобы меня поняли, а когда не понимают, считаю, что это оттого, что я не донесла. Это такая американская установка письма и речи: за то, чтобы тебя поняли, отвечаешь ты, а не собеседник или читатель. 
Поэтому я бы, возможно, аналогию с макияжем употребила в другом смысле. Он мне на письме, как раз, нужен. Вот когда я с друзьями, поймут и «в неглиже».

Татьяна Касаткина:
Для меня ясность - это... обнажение, а не макияж :) Когда я пытаюсь быть предельно понятной (почти всегдашняя моя задача :) ) - я проговариваю мысль до тех пор, пока она полностью непрояснится во всех своих нюансах, пока не снимется вся шелуха и возможная "украшенность".
И - да - уже отсюда ясно, что речь тут ни в коем случае не о "так хорошо"/"так плохо". Позиция человеческая может быть разной, речь человеческая может строиться по-разному - и это прекрасно.

Olga Meerson:
Макияж тут метафора, просто разная у меня и у тебя. Умелые его пользовательницы подчёркивают то, что хотят донести из имеющегося. Это как театр: там всё утрировано, но он хорош тогда, когда утрировано «правильное». Возражать против этого можно, но получается глуповато— как в «Что такое искусство» у Толстого. Впрочем, у него у самого очень интересно и противоречиво про искусственное и естественное, правда вот именно что в искусстве, а не в программных статьях. 
В общем, в метафору макияжа можно вложить разный смысл. Для меня главное в ней то, что донести смысл и не отвлечь на второстепенное и на издержки собственного характера — усилие, и сделать его должна я, а не воспринимающий. 

Сайт Светланы Анатольевны Коппел-Ковтун

Комментарии

Profile picture for user Светлана Коппел-Ковтун

Глубочайшая тема, интереснейшая. Дойти до самой сути - это обнажать. Как игла Кощея - в яйце и как дети - в капусте. Капуста - одетая в листья кочерыжка (суть). И есть два процесса, с разными смыслами и задачами. Возможно, духовность - это путь к кочерыжке, а культура - путь от кочерыжки (вертикаль и горизонталь?).
 

Profile picture for user Светлана Коппел-Ковтун

 Т. Касаткина:
Да, именно так. Культура - поиски способов выразить кочерыжку, не предъявив, тем не менее, самой кочерыжки. И в этом - вся ее двусмысленность, и двунаправленность, и двурезультатность.

Olga Meerson:
Мне кажется, всякая суть, глубочайшая и надкультурная тоже, одета в культуру, ту тли иную. Я вот всю жизнь посвящаю этим одеждам, ибо суть самого важного не бывает отдельно от них. Это как дух без воплощения. Христианство ведь— не дуализм. 
Просто язык культуры, как и одежда, может меняться, а суть истины всегда одна. Тут важно дифференцировать, что абсолютно, а что относительно. А так-то про культуру, которая вырастает вокруг культа, ещё много Флоренский писал.

Мой ответ: Важно, на чём акцент. Он всегда один: либо/либо. У души два глаза: внешний и внутренний, но глядеть сразу двумя она не может. Мысль не моя, вроде как Лютер сказал. Но я согласна.

Profile picture for user Светлана Коппел-Ковтун

Сейчас вот думаю про кочерыжку ))) Духовный путь -  это путь покаяния, потому и движение к кочерыжке. А обратный путь - наряжать кочерыжку в листья - это как раз путь падшего человека. Человек боится своего обнажения. Это чем-то похоже и на давнюю европейскую традицию перебивать вонь нечистоты духами. 

Profile picture for user Светлана Коппел-Ковтун

Т.К.:

"Наряжать кочерыжку в листья",конечно, путь падшего человека, но дело не в первую очередь в страхе. Дело в том, что кочерыжку не каждый вовсе способен воспринять. Кто-то видит, кто-то нет - но даже видящим,чтобы сравнить опыт, нужно его одеть в слова, т.е. - в культурные формы, готовые или прямо сейчас созданные. ТО есть - предъявить (и передать) мы кочерыжку не можем - только покрывающие ее листья. И в этом смысле - без культуры никак. Но - листья имеют свойство начинать претендовать на самодостаточность. Начинают не предъявлять кочерыжку - а затруднять к ней доступ. Поэтому листья должны отрастать новые, не "кононизированные", не застывшие. И через новые листья может опять открыться не только кочерыжка - но и путеводительная к ней роль новых листьев.

Мой ответ: 
Да, но вопросы остаются. Так, например, Блок, сказавший про Ахматову: надо писать как перед Богом, а не как перед мужчиной. Это ведь о другом. О творческом методе. И тут набившее оскомину противоположение Цветаева - Ахматова как раз об этом. То есть, тут дело не только в том, что любая кочерыжка, чтобы быть переданной, одевается, а именно в источнике творчества - в самом пути, в векторе движения. Важно это различать. И мне кажется как раз русской культуре свойственно движение к кочерыжке, а не от. Отсюда и любовь к юродивым.

Оставить комментарий

Содержимое данного поля является приватным и не предназначено для показа.

Простой текст

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
  • Адреса веб-страниц и email-адреса преобразовываются в ссылки автоматически.