Дневник
Истинное смирение рождается от видения Божией святости, мы же часто пытаемся заставить себя почувствовать смирение, искусственно умаляя себя. Нам незачем умалять себя, делаться ничтожными, дабы возвеличить Бога. Бог запрещает нам это.А если мы так поступаем, то достигаем не смирения, а унижения, которое не дает нам жить достойно Царства Божьего и нашего человеческого призвания.
Митрополит Антоний Сурожский
Господи, я прошу не о чудесах и не о миражах, а о силе каждого дня. Научи меня искусству маленьких шагов. Сделай меня наблюдательным и находчивым, чтобы в пестроте будней вовремя останавливаться на открытиях и опыте, которые меня взволновали. Научи меня правильно распоряжаться временем моей жизни. Подари мне тонкое чутьё, чтобы отличать первостепенное от второстепенного. Я прошу о силе воздержания и меры, чтобы я по жизни не порхал и не скользил, а разумно планировал течение дня, мог бы видеть вершины и дали, и хоть иногда находил бы время для наслаждения искусством.
Помоги мне понять, что мечты не могут быть помощью. Ни мечты о прошлом, ни мечты о будущем. Помоги мне быть здесь и сейчас и воспринять эту минуту как самую важную.
Убереги меня от наивной веры, что всё в жизни должно быть гладко. Подари мне ясное сознание того, что сложности, поражения, падения и неудачи являются лишь естественной составной частью жизни, благодаря которой мы растём и зреем.
Напоминай мне, что сердце часто спорит с рассудком. Пошли мне в нужный момент кого-то, у кого хватит мужества сказать мне правду, но сказать её любя!
Я знаю, что многие проблемы решаются, если ничего не предпринимать, так научи меня терпению.
Ты знаешь, как сильно мы нуждаемся в дружбе. Дай мне быть достойным этого самого прекрасного и нежного дара судьбы.
Дай мне богатую фантазию, чтобы в нужный момент, в нужное время, в нужном месте, молча или говоря, подарить кому-то необходимое тепло. Сделай меня человеком, умеющим достучаться до тех, кто совсем «внизу».
Убереги меня от страха пропустить что-то в жизни. Дай мне не то, чего я себе желаю, а то, что мне действительно необходимо. Научи меня искусству маленьких шагов.
Антуан де Сент-Экзюпери. «Цитадель»
В Церкви много фарисействующих, то есть людей, живущих в какой-то «словесности» веры, на ее поверхности...
Причем эта жизнь на поверхности веры приводит к тому, что само понятие благодати они понимают чисто формально и совершенно уверенно считают, что эта благодать обязательно должна быть в них и что она и есть в них, поскольку они «православные» и исполняют «православный закон»...
Упование на свои дела, заслуги и уставы, внешнее подвижничество закрывает для фарисеев дорогу к радости ощущения милости Божией, и христианство без радости перестает быть христианством и делается хмурым законничеством. Какая-то Божественная песня должна проникнуть и в нашу грешную душу, в ее ночь.
С.И.Фудель
Скажи мне, таинственный человек, есть ли у тебя кто-нибудь, кого бы ты по-настоящему любил — мать, отец, сестра, брат?..
— У меня нет ни отца, ни матери, ни сестры, ни брата.
— А друзья?
— Смысл этого слова мне до сих пор еще не знаком.
— Родина? — Я даже не знаю, где она находится.
— Красота?
— Я любил бы ее охотно, будь она божественна и бессмертна.
— Золото?
— Я ненавижу его так же, как вы ненавидите Бога.
— Но что же ты любишь тогда, странный человек?
—Облака... Плывущие облака... Там, высоко... Волшебные облака!
Шарль Бодлер "Незнакомец"
У Каина поникло лицо, оттого что его дар был отвергнут. «И сказал Господь Каину: почему ты раздражился? и отчего поникло лице твое? если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? а если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит». Речь уже не о жертвоприношении, а шире, о всяком поступке, который у человека может быть добрый, и человек поднимает лицо, и тогда Бог ответно на него взглядывает, или движение сердца может пойти косо, и человек мутнеет, смущается, его глаза идут вниз, он сбит в одиночество, проклятие. От человека зависит хотеть себе открытого лица и бояться поникшего лица или подавить в себе этот страх, как Каин подавил в себе страх перед своей рассерженностью, завистью, ОТПУСТИЛ, УПУСТИЛ заботу о том, что комментаторы называют «внутренним расположением».
Владимир Бибихин. «Лес»
Ирина Алферова, актриса. родилась спустя 6 лет после Победы.
Она признается, что ей иногда кажется, будто побывала на Великой Отечественной. С детства она была посвящена в подробности тех дней, так как родители защищали Родину. Ее маму Ксению Архиповну девочкой призвали на военный завод, где она сутками изготавливала снаряды и носила тяжелые боевые припасы.
Через год она записалась в добровольцы, окончила курсы радисток и отправилась обеспечивать связь с партизанскими отрядами. Отец актрисы Иван Кузьмич 17-летним мальчишкой ушел на фронт и был сильно ранен на Днепре. Его отправили лечиться в Новосибирск, где проживали его родственники. Ирина с гордостью говорит о папе, который получил орден Красной Звезды и множество медалей. В 1981 году его не стало.
Сейчас маме 102 года. Каждый год 9 Мая ее близкие собираются вместе, вспоминают Ивана Алферова и всех, кто не дожил до этого дня. Ксения Архиповна обязательно посещает праздничные гуляния. Когда звучит «Смуглянка», она может не удержаться и начать танцевать. Несмотря на солидный возраст, женщина ведет довольно активный образ жизни.
– Моя бабуля — Алферова Ксения Архиповна с братом Михаилом! — пишет Ксения (дочь Ирины) на своей страничке в социальной сети. — Нашей семье очень повезло: два брата бабушки, Михаил и Трофим, сестра Надежда, она сама, мой дед Иван вернулись с фронта живыми, с Победой! Долгие годы этот праздник был тихим, действительно со слезами на глазах и комом в горле. Вспоминать этот ужас никому не хотелось, каждая семья оплакивала оставшихся на полях сражений, замученных, до последнего защищавших свою Родину детей, стариков, мужчин, женщин. В это день хочется плакать, молчать и благодарить всех, кто отстоял мою страну. Низкий вам поклон за Победу и простите нас!
Из письма МЦ от 29 октября 1923 года
Мои дорогие Богенгардты!
Осчастливлена и уничтожена восхитительным подарком. Но радость покрывает смущение, иначе я бы никогда не решилась взяться за перо.
Пишу Вам в райское утро: ни единого облачка, солнце заливает лоб и стол, щурюсь и жмурюсь как кошка. Такая погода у нас стоит уже несколько дней, ничего не хочется делать. Осень, уходя, точно задумалась, оглянулась назад на лето и никак не может повернуться к зиме. Меня такие дни растравляют, как всякая незаслуженная доброта. (NB! A bon entendeur — salut! [Слово мудрым — здравствуйте! ]) В детстве я всегда мечтала, чтобы меня очень не-любили (проще: ненавидели!), чтобы не чувствовать этой вечной растравы умиления. Потому что для настоящей благодарности — нет ведь никаких слов!
________
Живем все там же (Вы — переехали!) Гора пока суха и благородна: подталкивает, но не спускает (вниз головой!). Что будет в дожди — знаю. (Знаю!!) Готовим дома, достали из починки примус, чинившийся шесть месяцев и уже не числившийся в живых! — Это большое облегчение после спиртовки, где спирт кипел, а вода не вскипала! (Так же вскипали, вернее: испарялись — кроны!) Примус горит полдня, а обходится всего в крону.
Я много дома, Сережа почти все время на лекциях и в библиотеке. В отчаянии от количества предметов и от какого-то семинария, из коего — если он уйдет — уйдут все. (Всего — семь человек! А профессору восемьдесят семь лет!)
________
Я много пишу, может быть удастся издать в здешнем новом издательстве «Пламя» свою поэму «Мoлодец». (Про упыря.) Но: здесь столько жаждущих и алчущих издаться — что руки опускаются! Так и ходят с портфелями, думаю, что на портфелях же — и спят! ...
Ариадна Эфрон к Борису Пастернаку. 8 ноября 1950 год.
Дорогой Борис! Спасибо тебе, я все получила, и, как всегда, очень вовремя. Не могла сразу отозваться из-за предпраздничных дел — работала ужасно много и ужасно беспрерывно весь октябрь и начало ноября, и сегодня, в первый день, когда можно слегка очухаться, чувствую себя неуверенно и расхлябанно, как после болезни. Большая есть прелесть в донельзя заваленных работой днях, когда все заданное понемногу поддается твоему упорству, прелесть не меньшая, чем в днях сплошного отдыха, когда сам поддаешься свободному времени, книгам, природе. Только теперь таких дней почти совсем не бывает, вечно угнетает сознание несделанного и неоконченного. Раньше я была несколько менее щепетильна на этот счет, и лучше было, легче.
Холода у нас нестерпимые, вчера, в день 33-й годовщины Октября, было 52° мороза, так что пришлось отменить митинг и то подобие демонстрации, что бывает у нас в праздничные дни, когда позволяет погода. Мне было очень жаль, потому что нигде после Москвы я так не чувствую и не ощущаю праздников, как здесь, именно потому, что здесь так глухо и далеко, снежно и тихо, да и вообще в Москве праздновать немудрено, Красная площадь уже сама по себе праздник, ей отроду идут сборища и знамена, здесь же красные полотнища лозунгов, флагов, знамен радуют как-то особо, как свет в окошке, признак жилья, как признак того, что не только труд есть на свете, а еще и общая радость, пусть ограниченная сугробами!
И так вот все время с середины октября — морозы, морозы, морозы. Просыпаемся в морозном тумане, сквозь который, на небольшом расстоянии друг от друга, еле просвечивают солнце с луной и еще две-три огромных, неподвижных, как в Вифлееме, звезды. Дышать невозможно, глотаешь не воздух, а какой-то нездешний сплав, дырявящий грудь. Все звенит — и поленья дров, которые, обжигаясь от мороза, хватаешь в охапку, и снег под ногами, и далекий собачий лай, и собственное дыхание, и дым, вылетающий из трубы. Туман не рассеивается и днем, только светлеет, вечером же опять то же самое, солнце, луна и три ярких звезды, и опять то же самое, только без солнца. Через несколько дней, наверно? начнется пурга, вместо знакомых, скрипучих, как свежая капуста под ножом, тропинок, встанут горбатые, с острым хребтом, сугробы, и наш домик совсем увязнет в снегу. Несмотря на такие холода, Енисей еще не совсем скрылся подо льдом, еще кое-где видна живая вода, почему-то совсем золотая под серебром льда, так что похоже на оклад с огромного образа. И вот эти кусочки фольги — воды — дымятся, от них идет пар, сливаясь с туманом. Вообще — красиво, только трудно терпеть такой холод.
Тунгуска же стоит давно и прочно, и надолго. Через нее возят сено, накошенное на том берегу и оставленное до морозов, возят дрова, и то и другое чаще всего на собаках. Лайки уже давно обросли зимней непроницаемой и непродуваемой шерстью и сами похожи на возы с сеном, которые таскают. Спят они на снегу, пряча черный нос в белый хвост, когда проходишь мимо, лениво открывают карий круглый глаз и опять дремлют. Они никогда не кусаются и, несмотря на свое название, очень редко лают. У нас тоже есть собачонка, только не настоящая северянка, а так, вроде дворняжки. Шерсть у нее не такая густая, как нужно бы здесь, поэтому она живет вместе с нами дома, но сторожит хорошо — лает и даже кусается. Есть у нас и сибирский кот Роман, которому живется неплохо, несмотря на то, что единственная, одолевавшая нас мышь поймана и съедена им уже больше двух месяцев тому назад. Вместо мышей он ловит пса за хвост и всякие мои бумажки и рисунки гоняет по комнате. Недавно было у нас три щенка, дворняжкины дети, но так как они вносили чересчур большое оживление в нашу тихую жизнь, мы их благополучно пристроили в хорошие семейные дома и теперь от них и без них отдыхаем.
Ничего мне не удалось ни сделать, ни прочесть за этот предпраздничный месяц. С самого раннего утра и до самой поздней ночи я писала лозунги, и еще и еще лозунги, оформляла стенные газеты и доски почета и в конце концов выучила наизусть все существующие призывы и проценты выполнения плана по рыбодобыче и пушнозаготовкам, все полагающиеся цитаты и т. д. Около двух недель болела — держалась высокая температура, но работать все равно нужно было, что с нею, что без, как угодно. В конце концов прошло, как и пришло, само собой. В этом году что-то никто меня не ругал и ничего не заставляли переделывать, сама не знаю, почему. Обычно перед праздниками всегда ругают, торопят и всем недовольны, и не потому что «плохо», а потому что «не нравится», причем одному не нравится то, а другому это, и трудно бывает работать в таких условиях. Вообще нелегко. Теперь с 1-го ноября я буду получать полную ставку, а то уже много месяцев получала только полставки. Так что будет полегче, я очень довольна, хоть и полная моя ставка не ахти, но все же хорошо. На присланное тобой я купила дров и наняла двух пильщиков, которые дрова распилят, расколят и сложат, хоть и не тяжелая эта работа, но очень одолевает мороз и не хочется делать самой, когда есть возможность. И еще у меня остались деньги в запас на всякие текущие нужды и дела. Главное, что удалось купить дров, без них здесь в самом деле, в самом буквальном смысле слова не проживешь. Спасибо тебе, дорогой мой, за все данное тобой тепло. Как оно облегчает жизнь!
А сейчас я перечитываю — с неизменным удовольствием — «Тома Сойера», хотя с самого детства помню эту книгу не только наизусть, но даже в разных вариантах разных переводов наизусть. Так, например, в той книжке, что была у меня в детстве, в воскресной школе девочка декламирует стишки «У Мери был ягненочек», а в переводе 1949 г. «У Мери был барашек», одно и то же, а ведь ягненочек лучше, ибо барашек что-то съедобное, а ягненочек явно «воскресная школа».
Нам, Туруханску, все же повезло благодаря ранней зиме: последний пароход вез еще дальше на Север яблоки и лук, а сгрузил у нас, т. е. боялся не дойти до последней пристани (совсем по-библейски звучит!), и поэтому впервые за долгие годы продавался здесь настоящий лук и настоящие живые яблоки!
В нашем маленьком домике сейчас хорошо, тепло и уютно, я просто счастлива тому, что есть свой угол, без ведьм и домовых в лице квартирных хозяев и прочих соседей. Дров есть около 10 куб., т. е. половина зимнего запаса, есть картошка и даже кислая капуста, и есть грибы, соленые, сушеные и маринованные, и даже немного черничного варенья есть. Так что по сравнению с прошлой зимой все, тьфу, тьфу, не сглазить, лучше, и все благодаря тебе. Наша летняя возня по ремонту и утеплению домика оказалась весьма полезной, т. к. пока что нигде не дует и не промерзает, даже в пятидесятиградусные морозы. Тебе, наверное, ужасно скучно читать все эти хозяйственные подробности, я же пишу просто с увлечением, и мне кажется очень интересной тема «покорения Севера» даже в таких миниатюрных масштабах!
Очень прошу тебя, когда будет возможно, пришли что-нибудь свое из написанного и переведенного.
Крепко целую тебя.
Твоя Аля.
Исследования швейцарских и израильских учёных показали, что, благодаря пропаганде, деятельности СМИ и жёсткому социальному контролю (то, что М. Фуко называл системой «надзирать и карать»), поведение людей, по крайней мере на Западе, сознательно стандартизировалось. В результате человеческое разнообразие личностей на Западе было подавлено, вытеснено и заменено автоматическим и инстинктивным поведением человеческой массы. Иными словами, ни элиты, ни массы Запада не способны не только к революционному преобразованию, но даже к оптимизации (в обычном, а не в неолиберальном смысле слова).
Андрей Ильич Фурсов
В древних верованиях оса часто ассоциировалась с богиней удачи, а также с воинственными мифологическими персонажами, обладающими необычной силой и храбростью.
Для некоторых народов оса была символом жизненной энергии, плодородия и защиты от зла, в то время как другие видели в ней знак предвестия или предостережения от опасности.
В разных культурах она может быть связана с различными божествами и иметь разные значения, но общим является то, что оса ассоциируется с умением находить путь в сложных ситуациях и преодолевать препятствия.
Памятник лабрадору Монти
В городе Квиснсленде (Австралия) жил лабрадор по кличке Монти. Хозяин был глубоко пожилым человеком. Он всегда брал Монти в походы по местным магазинам и обучил его носить в зубах свою корзину с продуктами.
Однажды владелец Монти был не в силах пойти по магазинам. Он послал Монти со списком покупок и деньгами в корзине. Монти обошел все магазины, в которые он заходил вместе с хозяином. Продавцы читали записку и клали в корзинку необходимое.
С тех пор Монти каждый день бегал по магазинам с корзинкой в зубах.
Монти получил такую известность, что когда случилось неизбежное и он умер, местная община решила возвести ему памятник в виде бронзовой статуи с корзинкой, полной продуктов. Теперь, бронзовый Монти в натуральную величину сидит при входе в торговый центр, куда он бегал за продуктами для своего хозяина.
__
Памятник установили 15 июня 1996 года
