Дневник
Мы часто забываем, что мыслитель, по существу, более действенен там, где его опровергают, а не там, где с ним соглашаются.
Мартин Хайдеггер
Безумие – природа человека, человек всегда готов вспыхнуть.
Владимир Бибихин. «Отдельные записи», 1980-е годы
Терпи, терпи, матушка: кто вытерпит до конца, тот и победит!
Архимандрит Гавриил (Ургебадзе)
Есть легенда: когда Бог изгнал из Рая Адама и Еву, один из ангелов так любил их, что попросил разрешения их сопровождать. "Люди будут платить тебе чёрной неблагодарностью за твою любовь и преданность! Само твое имя они будут использовать, как ругательство! Ты все еще хочешь идти с ними?", - спросил Бог. "Да", - кротко ответил Ангел. Его имя было - Собака.
Не важно с какой скоростью ты движешься к своей цели, главное не останавливаться.
Конфуций
Каждое путаное, неряшливое слово это худшая порча мира.
Владимир Бибихин. «Отдельные записи», 80-е годы
НЕПРОТИВОРЕЧИВОСТЬ И ИСТИННОСТЬ. Сегодня написал в письме другу: "Непротиворечиво мыслить — это еще не значит мыслить истинно. Можно непротиворечиво мыслить взаимоисключающие вещи, одна из которых, а то и обе ложны. Полагать, будто знаешь, что мыслишь истинно, = мнить себя Богом". PS Одна из самых любимых мною святоотеческих мыслей, взятая у свт. Иринея Лионского: «Мы можем наговорить много, может быть, верного, может — неверного; истинное же, достоверное и твердое принадлежит Богу»
Механика кончается в амехании, но полная амехания вдруг переходит в любую возможность.
Владимир Бибихин. «Лес»
Я только поясню на примере, почему движется и то, что не движется. Скажем, когда полководец Израиля поднятием рук держал, с помощью создателя всего, небо неподвижным, то это ведь опять была неподвижность границы, по Флоренскому «напряжение», да еще какое: не так что всё в мире стало зевать и ждать бездеятельно, когда солнце снова двинется, а всё было взвинчено и взвешено как никогда, словно заведенная пружина. Покой имеет эту страшную силу невидимо взводить пружину — напряжение — действия, и перводвигатель у Аристотеля сам не движется, но не от недостатка, а для того чтобы этим своим покоем гнать в движение всё на свете. — Или другой мой пример, когда среди говорения наступает молчание, например объявляется по всей стране минута молчания, или вообразим больше чем минута, предположим невозможное, что журналисты, их огромная армия, сумели молчать целые сутки, это конечно совершенная фантазия, они полны крика, если не печатного, то умственного, ежесекундно, — то время не остановилось бы и страна вовсе не погрузилась бы в ленивый сон; представим еще совершенно уж невозможное, что на место умолкнувшей армии журналистов не пришла бы мгновенно другая и весь народ, видя неожиданное молчание телевидения и газет, не стал бы заполнять спешным говорением, — молчание. Не только молчание целой страны стало бы криком на целый мир, но оно бы и взвело, наполнило бы изнутри из себя энергией новую речь.
Владимир Бибихин «Пора»
---------
Т.е. молчание создаёт напряжение, которое взводит пружину для новой речи.
Выдавить из себя раба по капле, как это рекомендовал Чехов, практически невозможно: рабская кровь самовосстанавливается быстрей, чем выдавливается.
__________
И.С. Кон
Ахиллес никогда не догонит черепаху. Наука пошла путем дурной бесконечности машины, утратив целостность восприятия, и потому перестаёт быть наукой. Раз невозможно охватить целостным взглядом предмет, значит исчезает возможность настоящей рациональности и самокритичности. Ученый тонет в дурной бесконечности зачастую ненужных деталей и становится банальным апологетом веры в своё знание ( по сути сектантом).
Три состояния — ключи ко всем переживаниям: опьянение, сон и смерть. И поэтому никогда не переведутся дикие кутилы, упивающиеся жизнью, весёлые и мрачные аристократы грёз, воины, ландскнехты, искатели приключений — короче говоря, те, кому безразличен весь этот мир работодателей и работовыполнителей, торгашей и денег. Да не собьет их ничто с толку и да не обманутся они относительно своего места в мировой иерархии, ибо их грёзами образуется и приносится в жертву любой строй! И никакой строй не нужен, если в нём не осуществляется великая грёза.
Эрнст Юнгер, «Сердце искателя приключений»
Что же нужно современному молодому человеку? — Я бы сказал так — может быть, несколько парадоксальным образом — молодость есть единственное время, когда мы можем взрослеть. Взрослеть — это значит принадлежать к веку и миру просвещения. Я напомню старое определение просвещения — это вовсе не сумма знаний, распространяемая в народе. Европейское понимание просвещения сводится к утверждению, что просвещение есть взрослое состояние человечества, способность человека обходиться без внешних авторитетов, мыслить своим умом и не нуждаться в помочах. Вся тяжесть просвещения, тяжесть взрослости падает на нашу молодежь. Потому что это единственное время, когда можно повзрослеть, когда есть еще энергия, молодая энергия на то, чтобы встать вертикально. Когда есть еще энергия на поиски того, что лежит только в конце пути.
Мераб Мамардашвили "Как я понимаю философию"
Если вы идёте к мышлению, возьмите своё сердце с собой. Если Вы идёте к любви, берите с собой голову. Любовь пуста без мышления, мышление же пусто без любви.
Карл Густав Юнг
Человек не умеет жить никогда, и всего меньше тогда, когда надеется, что навыки уже есть.
Владимир Бибихин. Из дневниковых записей
Сергей Худиев о том, как нас пытаются заклеймить "ересью русского мира". Так же хотят заклеймить сербов резолюцией в ГА ООН о Сребренице. Но получается, что наши противники не понимают старую американскую мудрость - all politics is local. (Вся политика - местная.) В принципе для политика или автора-миллионника не так уж важно, что о нем думают три специалиста по его стране, живущие в США. Главное - что о нем думают дома и - шире - что о нем думают соотечественники. А соотечественники (почти любые) на травлю отвечают сплочением. Вот и сербского президента "на бой" в Нью-Йорке за честь Сербии провожал Патриарх Порфирий. И у нас похожие тенденции. Это похоже на схватку Геракла с Антеем. Чем сильнее Геракл прижимал Антея к его матери-земле, тем больше у Антея прибавлялось сил.
Дмитрий Бабич
Разница между мной и шимпанзе не так велика, когда я пальцами без перчаток достаю картошку из земли. Она велика, когда я играю на скрипке, но остается количественной и измеримой. Между тем разница между мною и мной, когда один уже есть и что-то делает, другой смотрит на это и, значит, его нет, — вот настоящее inter-esse, которое вмещает в себя любое будущее глядящего на себя, удивляющегося себе живого существа. В этом СМОТРИТ свернута всякая возможность, в том числе невозможная, в том числе и та, которая смотрящему неизвестна. Удивление мое перед тем, что я есть, что я такой, вмещает НИКТО НЕ ЗНАЕТ КАК МНОГО.
Владимир Бибихин. «Онтологические основания правды»
Самый болезненный, самый мучительный вопрос, идущий из самой глубины сердца: где я смогу почувствовать себя дома?
Ницше
*
Философия - тоска по родине. Желание везде быть дома.
Новалис
*
Оглянитесь вокруг себя и вы увидите общество, состояние — я бы сказал... дебильных переростков, которые так и остались в детском возрасте, которые воспринимают весь окружающий мир как то, в чём что-то происходит по отношению к ним. Не само по себе. Даже цветок в мире, с точки зрения ребёнка, не растёт сам по себе — как автономное явление жизни. Или — вокруг темно и копошатся демоны, которые окружают их светлый остров, — конспирации, заговоры, намерения по отношению к ним. Первый же философский акт вырастания состоит в следующем — кстати, я сейчас вспомнил фразу, которую в своё время сказал Людвиг Витгенштейн: мир не имеет по отношению к нам никаких намерений. Это — взрослая точка зрения. А ведь взрослые могут вести себя по-детски — вспомните, что один персидский царь, которому было угодно завоевать Грецию, отправил флотилию в Грецию, а в это время разбушевалось море и потопило всю его флотилию. И он приказал высечь море. Смешной акт. А подумайте о себе, сколько раз мы высекаем море, или высекаем мир, потому что нам кажется, что у мира были по отношению к нам намерения.
Мамардашвили
В ком Любовь, тот ничего не боится, потому что истинная Любовь изгоняет страх.
Преподобный Ефрем Сирин