Дневник

Самопиарщики напоминают пса на прогулке, который норовит пометить самые высокие столбики. Понятно, что и без этого никуда, но тут вопрос пропорций - как минимум. Если человек при каждом контакте пытается всучить себя великого, меня от него воротит. Не себя великого, а своё великое, которое по определению общее, а не своё - можно предлагать другому. Слава тому великому, которое делает нас великими, а не отдельно взятым великим. А уж если кто сам себя превозносит, тот не достоин внимания - наверняка, подделка.

Кстати, нечувствительные к великому падки как раз на таких «великих» - по причине слепоты и глухоты подлинно великое их не захватывает (только выпячивающие себя ярлыки и фальшивки).

«Кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает» (Мф.12:30), -  говорит Христос. Этот принцип работает во всём. Кто не создаёт творческую созидающую личность, тот её разрушает (убивает) - в себе и/или в другом. Потому все, кто препятствует просвещению - преступны по определению, ибо кто не создаёт, тот неизбежно разрушает.

* * *

Параллельные ссылки для От Матфея 12:30
1Пар 12:17; 1Пар 12:18; 1Ин 2:19; 2Кор 6:15; 2Кор 6:16; Быт 49:10; Ос 1:11; Ин 11:52; Нав 24:15; Нав 5:13; Лк 11:23; Лк 9:50; Мк 9:40; Мф 6:24; Откр 3:15; Откр 3:16.

* * *

Время разметати камение, и время собирати камение (Еккл. 3:5)
Время разбрасывать камни, и время собирать камни

И Соломон говорит: Время разбрасывать камни, и время собирать камни(Екк 3:5). Потому, чем более приближается конец мира, тем необходимее, чтобы были собраны живые камни для небесного здания, доколе здание нашего Иерусалима не достигнет своей меры.

Свт. Григорий Двоеслов. Диалоги.

* * *

Время разметати камение, и время собирати камение (Еккл. 3:5)

Посему откуда же соберем камни, чтобы заметать ими врага? Слышал я пророчество, которое говорит: «камение свято валяется на земли» (Зах. 9: 16). А это — словеса, сходящие к нам от богодухновенного Писания; их надлежит собирать в лоно души, чтобы вовремя воспользоваться ими против огорчающих нас; метание их так прекрасно, что и врага они убивают, и не отдаляются от руки мещущего. Ибо кто камнем целомудрия мещет в невоздержный помысл, в удовольствиях собирающий дрова в пищу огню, тот и помысл поборает сим метанием, и оружие всегда носит в руке. Так и правда делается камнем для неправды, и ее убивает, и хранится в лоне поразившего. Таким же образом все разумеемое лучшим бывает убийственно для понимаемого, как худшее, и не отдаляется от преуспевающего в добродетели.

Так по нашему рассуждению, надлежит во время бросать камни и во время собирать камни, чтобы совершались всегда добрые метания к истреблению худшего, и никогда не оскудевало у нас обилие таковых оружий. Далее же за сим в связи речи предлагаемая мысль определяет время и неблаговременность какого-то обымания, и буквально читается так: Время обымати, и время удалятися от обымания.

Но сии понятия не иначе сделаются для нас ясными, как по предварительном уразумении сего чтения из Писания же, когда явно нам будет, о чем богодухновенное слово обыкновенно употребляет это рачение. А сие великий Давид дает видеть в псалмах, где взывает, говоря: «обыдите Сион, и обымите его» (Псал. 47: 13). Да и сам этот Соломон, когда с любовию расположенного к премудрости вводит в искренний с нею союз, как говорит и нечто иное, чем производится в нас сближение с добродетелию, так присовокупляет и следующее: «почти ю, да тя объимет» (Прит. 4: 8). Посему, если Давид повелевает вам объять Сион, а Соломон сказал, что почтившие премудрость объемлются ею: то не погрешим против надлежащего разумения, дознав то самое, обымание чего благовременно. Сион есть гора возвышающаяся над иерусалимскою крепостию. Поэтому советующий тебе обнять его, повелевает быть приверженным к высокой жизни, чтобы достигнуть самой твердыни добродетелей, которую Давид загадочно означил именем Сиона. А уготовляющийся сожительствовать с премудростию возвещает тебе о том объятии, какое у них последует. Итак время обымати Сион, и время быть объятым премудростию, так как именем Сиона указуется высота жизни; а премудрость означает собою всякую в частности добродетель. Посему, если из сказанного узнали мы благовременность объятия, то из сего же самого научились, с кем разлучение полезнее союза. 

Свт. Григорий Нисский

* * *

Время разбрасывать камни, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий

Это увеличение числа детей, которое для ветхих святых было настоятельнейшим долгом в силу необходимости порождения и сохранения народа Божия, в котором должно было возобладать пророчество о Христе, теперь уже не имеет такой настоятельной надобности. Конечно же, множество отпрысков, где бы ни были они рождены по плоти, из всех народов, как очевидно, может теперь приобрести духовное рождение. И то, что написано: Время обнимать, и время уклоняться от объятий (Еккл. 3:5), можно понять как разделение на то и нынешнее время; то время было временем обнимать, а это - время уклоняться от объятий.

Блаж. Августин. О браке и вожделении

А ты, и сыновей имеющая, и живущая при том скончании века, когда уже время не разбрасывать камни, но собирать, не время обнимать, но уклоняться от объятий (Еккл. 3:5); когда, как взывает апостол: Я вам сказываю, братия: время уже коротко, так что имеющие жен должны быть, как не имеющие (1 Кор. 7:29), - воистину, если добиваешься второго супружества, то настанет это ни следованием пророчеству или закону, ни, во всяком случае, желанием плотского потомства, но лишь признаком невоздержанности. Ты можешь поступить так, как говорит апостол, сказавший: …хорошо им оставаться, как я; но в дальнейшем, разумеется, он добавляет: …но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться (1 Кор. 7:8-9).

Блаж. Августин. О благе вдовства

Нельзя к человеку относиться как к шкафу, в который я хочу что-то положить (дать) или из которого хочу что-то вынуть (получить). А мы ведь именно так относимся друг к другу, и порой «выколачиваем» из ближних то, что хотим получить, требуем, гневаемся, не получая, или обижаемся. Всё это из разряда глупостей, которые приходят в жизнь по причине неправильного взаимодействия. Вернее даже по причине отсутствия правильного (из-за непонимания смысла наличия Другого). Другой - для общения с ним, говоря языком Цветаевой: «для любви, для остального есть книги».
Кстати, общение - не обязательно должно быть явным, мы ведь общаемся даже когда ничего не говорим и ничего не делаем, а просто ПРИСУТСТВУЕМ рядом. Встреча возможна, лишь когда оба участника ПРИСУТСТВУЮТ (сознанием, а не оболочкой). То есть, для правильного общения, которого так не хватало Цветаевой, необходимо развитие духовной личности до степени присутствия в бытии и уважения к Другому, такому же присутствующему. Уважения, которое суть любовь. И, кстати, один из критериев оценки подлинности этого ПРИСУТСТВИЯ как раз уважение (любовь) к Другому. Присутствуя в бытии, нельзя не любить Другого. Это как раз то, о чём главная заповедь: люби Бога и люби ближнего - иначе будешь ложным.

Думаю о соотношении «знать» и «быть». В своих апогеях они совпадают. Но чаще они бывают антиподами, чуть ли не взаимоисключающими вещами, когда под «знать» имеют в виду то, что обычно понимается. Единственно подлинное знание - совпадающее с бытием. Быть и значит знать по-настоящему, но просто знать - в отрыве от бытия - это хуже*, чем не знать. Об этом пафос сократовского «я знаю, что ничего не знаю».

---

* Хуже не для здешнего существования, а для бытия внутреннего человека.

Мудрость не в книгах, а в Луче, которым пишут и читают настоящие книги.  Приобщившийся к Лучу - мудр, а не приобщившийся - глуп.

* * *

«Кто думает, что он знает что-нибудь, тот ничего еще не знает так, как должно знать. Но кто любит Бога, тому дано знание от Него».
(1 Кор. 8:2-3)

Свободный человек в своих отношениях с людьми и вещами руководствуется своим внутренним видением, а потому он совершенно свободен от внешних, зачастую маскирующих суть, поступков других людей. Можно сказать, что любовь и нелюбовь свободного человека не зависят от действий других людей по отношению к нему самому, но всецело определяются их позицией в отношении к Бытию. Потому бескорыстность - ключевое качество свободного человека.
Свободный свободен потому, что главное для него находится в ведении Бога, а не людей, т.е. ему ничего не нужно для жизни из того, чем обычно порабощены люди. Главное в нём то, что нельзя присвоить, нельзя отнять, что всегда есть и не может не быть.

Когда люди играют в то, что они добрые, они приносят меньше зла, чем когда играют в то, что они - злые. Глупости творят и те и другие, ошибаются, заблуждаются, падают, врут себе и другим, но всё же первые - более желанны, ибо менее вредны.

Когда люди носятся со своим добрым сердцем, как единственно важным достижением, приписывая заслугу такой доброты себе, они забывают, что  Бог сотворил всё добрым. 
У коровы тоже доброе сердце. Кто-нибудь разве видел злую, жестокую корову? Но если человек не превзошёл уровня коровы, значит он не исполняет своё предназначение. Правда, человеку, чтобы достичь незлобия коровы, возможно, надо потрудиться больше, чем корове, именно потому, что он - человек. И всё же этого недостаточно.

Человеку необходимо приобрести ум Христов, познающий бесконечного Бога. Только этим мы положительно отличаемся от животных. Потому страшную ошибку допускают верующие, считающие мышление чуть ли не грехом против Бога. На самом деле всё с точностью до наоборот: не желающий мыслить отказывает Богу в приёме.

Проблема сводится к тому, что, как говорит прп. Иустин (Попович), человек мыслит либо Богом, либо дьяволом, и чтобы избежать дьявола, люди предпочитают отказаться и от Бога. Но это ничто иное, как поведение ленивого раба, зарывающего свой талант в землю вместо того, чтобы вложить его в дело и принести прибыль Господу.

Не приобщённые к свету ненавидят свет и его носителей именно потому, что не приобщены - т.е. чужды свету и ненавидят его как нечто чуждое себе, инородное (а значит вредное и опасное). Потому стараться приобщить к свету как можно больше людей - важная задача и в смысле недопущения социальных катастроф и конфликтов на этой почве.
Правда, не приобщённые к свету ненавидят свет и его носителей ещё и потому, что их присутствие - это всегда обличение неприобщённости неприобщённых. Тьма как тьма очевидна только на фоне света, отсюда жестокая непримиримость тёмных...

Если любящие не потеряют из виду ребенка, живущего в другом, если сумеют стать для него заботливым другом (для совместной радости) и заботливым старшим (для поддержки и оказания помощи в трудный момент), то всё в отношениях будет хорошо. Ребёнок, живущий в нас - и самое слабое место в нас, и самое решающее (потому что если ребёнка задавить требованиями и претензиями, он просто убежит).

Мы все - дети друг другу и, в то же самое время, родители, потому что помогаем друг другу рождаться в жизнь и жить. Если помогаем... В противном случае мы - убийцы друг друга или эксплуататоры (большой разницы между этими понятиями нет).

* * *

То же самое с животными и растениями - они наши дети, и мы обязаны заботиться о них, как о наших детях, опекать их. Но чуткое сердце умеет учиться у них - прекрасному. Они могут становиться нашими друзьями и наставниками, так же как другие люди...

* * *

Уважение к ребёнку в другом (человеке, животном, растении), который жаждет родиться и жить в прекрасном мире, - основа человечности. 
Мы все - дети Божии, и, когда Бог в нас, дети другу другу (дети Бога, охранители детскости друг друга).

Если народу удаётся внушить, что в преследовании инакомыслящих, в унижении и оскорблении других - его величие, этот народ утрачивает своё величие. Только мелкие любят унижать и охотно участвуют в преследованиях и травле. Величие - возвеличивает и величает другого, а не унижает.

Великое в малых и великое в великих - единое великое. Потому настоящий человек равно уважает знатного и незнатного, известного и неизвестного, богатого и бедного - ибо ценит величие человека. 

* * *

Любящие низкое не могут приобщиться к великому.

===============================

Великое в малых и великое в великих - единое великое, потому великие ищут приобщения к великому (и в малых, и в великих), а мелкие бегают лишь за великими, чтобы присвоить себе  «кусочек» того, что им не принадлежит (примазаться), и на что они не имею права по природе вещей* - величие. 

Потому настоящий человек равно уважает знатного и незнатного, известного и неизвестного - ибо ценит величие человека. А низкие люди никого не уважают, зато становятся прихвостнями знаменитостей**.

--

* Любящие низкое не могут приобщиться к великому
* * «Служить бы рад, прислуживаться  тошно» ( Грибоедов, «Горе от ума») - о том же.

Слова Чацкого (действ. 2, явл. 2). 
Фамусов. Сказал, бы я, во-первых: не блажи, Именьем, брат, не управляй оплошно, А, главное, поди-тка послужи. 
Чацкий. Служить бы рад, прислуживаться тошно. 
Фамусов. Вот то-то, все вы гордецы! Спросили бы, как делали отцы? Учились бы, на старших глядя...

Разница между миром человеческим и миром животным заметна в том, что у животных большие охотятся на мелких, а у людей всё наоборот: большие потому и большие, что никогда не охотятся на мелких, а мелкие, потому и мелкие, что жаждут убивать больших (как правило, не ведая что творят).
Большие люди охотятся за великим (как за живой водой), а не за великими* (даже если речь не об убийстве, а о величании). Великое в великом и малом - едино, любовь (и уважение - как составляющая любви) к великому суть величия великих.

* * *

В отношении к животным мир людей низок, ибо не уважает великое в животных. И это бесчеловечное неуважение к животным обязательно закончится неуважением к живому человеку и жизни вообще.
Если в начале своего пути наука решила, что можно ради науки убивать и калечить без нужды животных (животные, представители жизни, воплощение чуда жизни - бесплатное «сырьё» для науки), то закончит наука тем, что в тот же статус возведёт живого человека.

* * *

Кушая живых существ, мы должны с уважением относиться к их жизни, принесённой в жертву нам.

* * *

Чванливое величие невозможно: если чванлив, то не велик. Другое дело разность миров, разность языков, уровня мышления. Великому трудно доносить себя до малого, а до мелкого - просто невозможно. Великих понимать можно только любовью к великому, которой нет у мелких, но вполне возможно её присутствие у малых. Этой любовью малые растут и становятся великими.

* * *

Если народу удаётся внушить, что в преследовании инакомыслящих, в унижении и оскорблении других - его величие, этот народ утрачивает своё величие. Только мелкие любят и охотно участвуют в преследованиях и травле.

---

* За великими бегают мелкие - чтобы примазаться, за величием охотятся великие - чтобы приобщиться. Правильное почитание великих людей понимает разницу между «примазаться» и «приобщиться». Путают эти вещи или считают проявлением одного только неприобщённые...

Собаки, как и люди, бывают добрые и злые, уравновешенные и нервные, но и те, и другие собаки - лают.

Если бочка пытается вместиться в чашке, и это не получается, чашка - не виновата. Бочка, наверное, тоже. Но если кто и глуп, то это бочка. 

Откуда в нас вера? Почему одни люди верующие в Бога, а другие нет? Верующие лучше неверующих? Очень многие верующие так думают о себе, и даже не предполагают, что эта мысль для них губительна.
Действительно, если Христос стучится к каждому в душу, но открывает ему дверцу сердца далеко не каждый, разве это не повод похвалить того, кто всё-таки открывает? Может быть и повод, но давайте вспомним о том, что дары у всех - разные, и дар веры - всего лишь один из даров. Другим людям даны иные дары, и они, вероятно, служат этими другими дарами тем, кто получил в наследство дар веры. Как же те, кто получил дар веры, не понимают того, что и они должны этим своим даром служить тем, другим? Дар - не для того чтобы им кичиться, а чтобы служить. Вот как в нашем теле одни клеточки получили дар служить друг другу и целому телу в ноге, другие клеточки служат в руках - дары у них разные, а служение одно. Так и люди, получившие разные дары, должны служить целому человеку в себе и в другом. Дар - способ и возможность служить, а не повод для самовосхваления. Дар - полученное даром, и никаких моих заслуг нет в том, что я имею дар веры. Не наше дело суды разводить, наше дело - служить своим даром ближним и целому человеку (Христу).
Отсюда вывод: то, что мой ближний - не верующий, возможно,  больше моя вина, чем его, если я имею дар веры, а он нет. Дал ли я ближнему Христа, если я верующий? Или я бросаюсь в него своими познаниями, как камнями? А есть ли у меня самого Христос, чтобы давать его ближним? Христос в нас лишь пока мы его отдаём. Христос недействующим не бывает.

Как я размышляю над ситуацией? Я не умею думать - вообще не умею. За меня думают своебразные щупальца-лучики-камертоны (их много). Они подключаются к ситуации и как бы сканируют её* (это объёмный и многомерный процесс), одновременно сверяя, как камертоны, с неким, вероятно, идеалом. Идёт процесс сверки ситуации с чем-то неведомым (идеалом), и поиск правильного решения исходя из полученных результатов сверки с идеалом.  Правильное решение приходит само - от лучиков, это интегральное решение, своим умом так мыслить невозможно.

Что зависит от меня? Включение в жизнь, в ситуацию, чтобы через моё чувство лучики, которые ощупывают ситуацию, получили максимально обширную, достоверную информацию. Такую информацию предоставляет искреннее соучастие в жизни других, неравнодушие, чувство долга перед ближним (как перед Богом, ибо Бога я получаю посредством взаимодействия с ближним, Бога даёт мне ближний). 

Ближние в ситуации «просят» (даже не подозревая об этом) у меня Бога, и если я отзываюсь Богом в себе, Бог приходит к ним через меня, и ТОЛЬКО так Он пребывает во мне. Любовь к ближнему - единственный способ бытия Бога во мне. Бог в нас струится как ток, нет открытости сердца другому - нет и Бога (Бог умирает при закрытости сердца другому). Потому и сказано: кто говорит, что любит Бога, а ближнего ненавидит, тот лжец.

Это и означает  «работать Богу», делать «ради Бога». У меня была знакомая, которая думала, что делать «ради Бога» можно и в ненависти к другому, не понимая, что речь как раз об этом токе, который струится в нас, и что он иссякает, когда нет искреннего сердечного участия в другом. Но делать дела милости действительно можно, не любя - это создаёт пути, русла, по которым может когда-то заструиться ток любви и жизни, когда человек дорастёт до искренней любви к другому.

---

* Ситуация оказывается своеобразным центром воображаемого шара,  поверхность которого создаётся процессом ощупывания её составляющих компонентов лучиками (как бы прожекторами, проливающими свет на все тёмные «углы»).

Если отношения не складываются - что делать? Для начала важно понять, что складываются отношения, когда мы сами идеально сложены, и работающие в нас механизмы автоматически создают гармоничные отношения. Ну, как шестеренки вращаются, и «общаются», входят в соприкосновение друг с другом зубьями - ничто не мешает этому. 

Но мы ведь неидеальны. И самотеком отношения могут складываться до поры, пока не наскочат на проблемное место. Тогда случится кризис, который суть - обоюдная ущербность (нашла коса на камень - говорят в народе), и нужна добрая воля на преодоление сложившийся трудности. Тогда личным участием ума и сердца, «вручную», нужно создать необходимые для взаимодействия структуры, по которым может бежать ток отношений. Как паучок плетет свою паутину, так и люди, оказавшись в кризисной ситуации, должны сплести «ручками» необходимые пути (структуры), по которым сможет ехать их совместный поезд (семья, например, - любовь, дружба...).

Самотеком отношения не складываются, когда нет путей - грех их разрушил, и нужно не претензии предъявлять, а строить пути, мосты, преодолевать греховное разделение (не видеть немощей, пресекать низости). Когда пути будут  построены, благодаря доброй воле и благодатному току, имя которому Христос в нас, тогда поезд отношений поедет дальше -  отношения будут складываться самотеком, потому что ток Христов снова будет струиться между - от любящего к любящему.

Отношения - это некая электрическая цепь, кризис - короткое замыкание, прекращение потока любви. Восстановление отношений - это ремонт путей. Потому говорят, что отношения развиваются от кризиса к кризису.

То есть, большое количество разводов - признак того, что люди не развивают отношения, они - потребители, которые хотят получать готовое и не хотят строить, созидать. Не хотят трудиться, расти и спасать отношения.  Потому что ценность отношений не понята, понимание утрачено. Значимость и ценность другого - утрачены, а это понимание создаёт пути и структуры.

Встреча с настоящим Христовым человеком оставляет в душе световой отпечаток, который светит во тьме. Когда на душе мрачно и вокруг тьма, это световое пятно освещает внутренний мир подобно солнцу, и ничто не может этому помешать. Потому так важны светоносные люди, оставляющие свои световые отпечатки, и светоносные встречи.
Понятно, что для восприятия чужого света нужно самому смотреть светом. Свет другого мы воспринимаем светом в себе (подобное - подобным). Но даже если мы не видим свет, не осознаем, он оказывает на нас своё световое воздействие - вне зависимости от нашего понимания и признания или не признания. Воздействие света другого человека на душу - объективно (а восприятие и трактовка происходящего - субъективны, зависят от уровня воспринимающего). И, может быть, пройдут годы, десятилетия, пока наше внутреннее Я дорастёт до встречи, которая произошла раньше и ждёт своего часа световым пятном, хранящимся в душе.

Чужие немощи надо прощать (не замечать), а низости - пресекать. Потому так важно научиться различать низость (желание недолжного) и немощи (недостаток сил исполнить должное, при наличии искреннего желания, стремления).

Когда человек с Богом, в нём нет места для низостей, но немощи никуда не деваются.

Если к низостям относиться, как к немощам, они будут расцветать и убивать своего носителя.

Относиться к немощам, как к низостям - низость.

Понравилась мысль одного специалиста по оздоровлению: живите так, чтобы ваша кровь была бактерицидной, и никакая дрянь не могла поселиться в среде вашего организма.
То же самое можно сказать о духовной жизни.
Если наша доброта плодит «паразитов», то это не та доброта. От настоящего добра должны плодиться добродетели.

Живой, реальный человек - это всегда «человек для», потому важны идеи, которыми мы руководствуемся в своём социальном строительстве. Но даже если социальный запрос, формируемый, прежде всего, дельцами, сужает человека до винтика, не позволяя личностно развиваться и раскрываться, реализоваться в полноте, в человеке всегда живёт потенциальная возможность целого, совершенного человека, которая, в некотором смысле, лежит в его основании и тем участвует даже в его фрагментарной жизни (хотя бы на уровне совести).
Однако, мы живём в такое время, когда это стало слишком очевидно, и у самонадеянных дельцов возникло желание всецело переключить управление человеком на себя, а для этого нужно разрушить его внутреннюю целостность как раз на уровне фундамента - отрезать человека от того непознанного, феноменом которого является совесть и целостность личности.
Человек призван расцвести цветком на ниве Господней - в этом его реализация. Но что характерно для человека - так это выбор своей нивы, своей земли, из которой он будет расти (выбор должна осуществить личность, её свободная воля должна сама выбрать нужную именно ей, для её личного «для», почву). Посюсторонняя земля, на которой растут здешние цветы, - недостаточна для человека, потому он, как любое другое животное, наделён возможностью перемещаться и выбирать  для себя питание. Но в отличие от животного, смыл человека не в банальном сохранении животной жизни (хотя и не без этого), а именно в свободном перемещении ради  смены почвы произрастания. Растение в человеке должно найти свою новую почву (во Христе, Христос - новая земля) ради реализации своих возвышенных потенций, т.е. человек уже на уровне своей растительной жизни должен обрести новую землю - небесную. Это важно понять ради усвоения верных смыслов, ибо всё высокое - это бытийная конкретика, а не просто ахи чувственного восприятия. Почва, земля - производит жизнь. Здешняя земля порождает жизнь животную (ветхий Адам), небесная - небесную. Но небесная жизнь касается не только духа, но и тела - на самом глубинном уровне, глубже клеток и атомов вещества. Росточек совести  растёт в нас из небесной земли.

А если человека заземлить,  в смысле всецело погрузить его сознание в жизнь лишь на земном уровне, человек утратит эту священную возможность стать цветком на ниве Господней, его лишат этого выбора, этой возможности. Научное познание мозга скоро позволит осуществить техническое переключение сознания на иной уровень, и человек окажется замкнутым в рамках здешней земли (и прихотей дельцов).

Очередь может создаваться специально - как форма унижения граждан (т.к. предназначенные для унижения должны быть унижены).

Не перестаю удивляться, с какой лёгкостью и даже радостью люди ломают мир и всё, что в нём хорошо устроено, если ломают нужное не себе, а Другому. А ведь здравое нравственное чувство должно уважать нужду Другого, мир Другого и желать сделать этот самый мир лучше именно для Другого, ибо когда мы что-то такое делаем для себя, выходит мерзость. Какой-то перевёрнутый с ног на голову внутренний мир и взгляд - всё наоборот, всё во зло, а не во благо Другому. И, как ни странно, при таком раскладе многие думают, что мы строим что-то хорошее (для себя, разумеется)... Наивность? Глупость? Или наглость?

* * *

Что отдал, то твоё, а не что забрал себе и присвоил.