Дневник

Героя являет больше не победа, а поражение. Он падает иначе, чем не герой. Траектория падения героя хранит инерцию его движения лучше, чем траектория его победительного движения. За что он сражается из последних сил, на что не обращает внимания - важно.

Человек борется за сохранение в себе человека, а женщина - за сохранение в себе женщины. Женщина - небо. Растоптанное небо всегда преступление. А что небеснее в женщине: человек или женщина? Человек, оберегающий женщину (как и в мужчине).

Когда удаётся сказать что-то точно, когда получается в словах выразить чью-то суть, в пространстве образуется некий туннель, связывающий воедино разные явления и измерения. Слово - это путь, оно не просто указывает на путь, но само является путём. Этим путём ходят поэты, но могут ходить и другие люди - если пойдут за поэтом след в след со вниманием. Поэт не просто рассказывает, он показывает иную реальность - в себе самом, но ключ к видению - его слова. Можно смотреть и ничего не видеть, кроме своей всегдашней нелюбви. Потому что каждое слово - любовь, и слух - это любовь. В ком нет любви, тот не может слышать слова, потому что не может идти путём Слова.

И потому вполне логично это «В начале было Слово» и «Я - Путь, Истина, и Жизнь». Слова - это дырки в решете посюсторонности, сквозные пути туда, куда пути нет. Речь о целых словах, разумеется - целыми словами говорят поэты, даже когда говорят прозой. Поэт - тот, кто говорит целыми словами.

Чем отличаются целые слова от обычных? Тем, кто ими говорит. Так, благодаря говорящему, внутри обычных слов может присутствовать или, наоборот, отсутствовать священный нектар Слова, превращающий обычные слова в Слова большие, целые.
Целые слова не лгут, не льстят ни вещам, ни людям. Они - точны, потому что истинны, а истинны они потому, что добыты в Истине и для Истины.

* * *

В каждом из нас, по Сартру, есть дыра, размером с Бога (размером со Слово). Дыра - это жажда, определённая жажда рождает определённое вопрошание, а вопрошание рождает путь, в том числе путь в Слове и путь Слова в человеке.

Что делать с чувством, что весь мир - Титаник? Игнорировать? Но ведь оно не для этого дано, чувства даются для действия.

Шлюпок, кстати, нет. Да и плыть некуда. Выход один - спасать Титаник. Но он же - Титаник! Значит, несмотря на...

Если перед твоим лицом кто-то машет красной тряпкой - это не повод становиться быком. Наоборот, это повод не становиться быком, а для этого надо быть человеком вдвойне (за себя и за быка, которым можно стать), человек в человеке должен перевесить быка в человеке.
Другими словами: всегдашняя задача человека - устоять в человеке, а нам ведь кажется, что это само собой происходит и всегда будет происходить. Увы, это не так, особенно в наше античеловеческое время.

25/08/2019

* * *

Всегдашняя задача человека — устоять в человеке. Не всем это удаётся, некоторым по силам только стояние в Боге.

26/08/2019

----

*Быки обладают дихроматическим зрением, т.е. не различают красный и зеленый цвета. Агрессию провоцирует трепыхающаяся поверхность, а не красный цвет.

Человек - это поэзия.
Любой поэтический текст - путь, в нём есть ступени, ведущие в суть: на первой ступени совсем не то, что на последней, и потому все ступени суть - единое движение к. Если отделить одну ступеньку от другой и рассматривать их по отдельности, прочтёшь другое. По ступенькам следует идти, спускаться всё глубже и глубже - в этом смысл таких ступенчатых текстов. 

Сквозь выше сказанное явно проступает неправда цифровизации в отношении человека: абсолютизация единичного факта вне контекста целого - ложь. А конец пути - смерть, и до смерти любой фрагмент жизни человека лжёт, если его рассматривают в отрыве от целого пути.

Что человеку нужнее: хлеб насущный или поэзия¹? Для животного в нём - однозначно хлеб, для человека в нём - однозначно поэзия. «Не хлебом единым жив человек». Понимание этого - залог выживания, именно поэтому люди забывают о священном жизненном избытке, без которого быть человеком невозможно.

* * *

Человек - это поэзия, но он представлен двумя полами: мужчина и женщина. Чтобы быть женщиной нужно совсем не то, что нужно, чтобы быть мужчиной. Если мужчине дать то, что делает женщину женщиной, он перестанет быть мужчиной. А что в женщине главное? Поэзия! Именно в этом смысле женщины - прекрасный пол.

Женщина и есть поэзия, священный жизненный избыток. Она варит борщ как пишет стихи. Так она делает всё, если только она - женщина, если у неё есть возможность быть женщиной. Мужчина при женщине, как Иосиф при Деве Марии - хранитель. И ему для поэзии нужна женщина. Или, скажем, гитара - как эрзац-женщина. Гитара - это упрощённая женщина. В гитаре нет свободы воли (которая, естественно, всё усложняет) - этим гитара отличается от женщины.

* * *

А теперь посмотрим, сколько времени тратит мужчина на освоение своей эрзац-женщины и сравним его с количеством часов, потраченных на изучение способов «звукоизвлечения»² из своей супруги. Мужчинам и в голову не приходит, что женщина - это своеобразный музыкальный инструмент, который в разных руках звучит по-разному, и если не нравится музыка, то это ещё не значит, что проблема в инструменте. Возможно плох сам музыкант, а не инструмент.
«Ну, что опять не так?» - произносит мужчина, сыграв фальшивую ноту, и обращая свой гнев за это на инструмент (ситуация знакома всем семейным людям). При этом хорошая женщина - это ещё и  «комбик» со всеми прибамбасами для качества и разнообразия звука (звукоулучшайзинг) - и не потому, что на всегда одинаковое мужское  «Ну...» она всякий раз отвечает по-разному, а потому, что самому звучанию мужчины в мире придаёт свой умножающий его смыслы шарм. Женщина приумножает мужчину, через неё он видит и слышит себя иначе, чем звучит на самом деле³. Любящая женщина преображает своего любимого до неузнаваемости в его же собственных глазах, и это объективное приумножение, если любовь взаимна, если она - бытийная правда (не взаимной супружеской любви не бывает: духовная - бывает, а супружеская - нет).
Надо сказать, что и женщине следует потратить на изучение себя немало сил и времени, чтобы понять, что она такое - потому мужчина и женщина в равных обстоятельствах, только метод изучения у них различен.

Можно ли уподобить инструменту мужчину? Как человека - да, как мужчину - нет. Как мужчина он музыкант, а не инструмент. (Но тут есть интересный нюанс. Женщина как женщина — инструмент в руках мужчины-музыканта, зато мужчина как человек — инструмент в руках женщины-музыканта. Кажется, сам Бог через женщину даёт мужчине Свои подсказки, потому что женщина — это сердце, и Бог — Сердце, а мужчина — разум, интеллект. - Вставка 31 августа 2019).

* * *

Женственность - великая сила, как и поэзия. Чтобы сделать человечество бессильным, надо лишить его поэзии и развратить женщину, лишив её женственности, а также развратить мужчину, лишив его потребности в женщине и потребности защищать её женственность.

* * *

Наступает мир, в котором не будет места ни поэзии, ни женственности, ни мужественности. Это и будет мир Антихриста.

---

¹ Поэзия и истина - одно;

² Единственно правильный способ супружеского «звукоизвлечения» - любовь;

³ Тут ещё следует задаться вопросом, что такое «на самом деле»: как мужчина звучит сам, без женщины, или как он звучит с женщиной. Сам по себе мужчина, конечно, звучит хуже, но именно потому, что равен себе он только тогда, когда в паре.

«И в вороньем гнезде рождаются фениксы!»
(Китайская пословица)

 Удивительным образом, да. Но это правило верно только для людей.
Кстати, эту пословицу можно развернуть и в обратную сторону: и у фениксов рождаются вороны.

Осмысление вне делания невозможно. Собственно мысль, если говорить о подлинной мысли, она, как и поэзия - дело, вне действия настоящая мысль невозможна. Я бы сказала так: делание есть процесс мыслеизвлечения, мыслеполучения - в этом его главный смысл. Дело ценно не только и не столько утилитарным результатом, сколько возможностью практиковать мысль,  благодаря делу. При этом мысль - это созерцание, и, это очевидно, для созерцания требуется неделание. Истина в соединении всего выше сказанного воедино.

Дай самостному (ветхому) человеку свободу, и он тут же предпримет попытку отнять твою свободу. Покажи ему, что ты его считаешь равным, и он тут же попытается доминировать и властвовать над тобой, хотя бы в мелочах. Покажи ему, что признаёшь свои ошибки, и он тут же начнёт культивировать твою вину, преувеличивать её в своих глазах и тайно или явно играть на твоей вине в свою пользу.

Западный мир живёт по правилам, учитывающим эти свойства ветхого человека, он «заточен» под ветхого человека. Русскому же типу мышления привычнее  новозаветное понимание человека, признающее самость - преградой для любви и отметающее самостные нормы.

Вода течет вниз, 
а человек стремится вверх.

Китайская пословица

Человек перестаёт быть человеком, когда не стремится вверх. А кем он становится? Многие ли сегодня стремятся вверх? И как понимать это самое «вверх»? Можно ведь понять как место на голове другого. Пословица сегодня актуальна тем, что даёт возможность сквозь неё увидеть сегодняшний распад человека.

Как правило, в человеке действует базовый поведенческий модуль*, который ведёт его по жизни, и судьба человека складывается в соответствии с тем, куда он направлен. Например, вылетают юные отпрыски из своих гнёзд - по какому модулю вылетают? Один сразу ищет пару, другой - профессию и место в жизни, третий - истину, смысл (кстати происходит  это чаще бессознательно, произвольно - само собой). Все трое внешне могут совершать одни и те же действия, а могут действовать по-разному - не в этом суть. Даже совершая одинаковые поступки (например все трое поступили в один ВУЗ и на один факультет), они делают разное, ищут разного и достигнут разного. Судьбу человека формирует фундаментальный запрос его личности, его жажда, его поиск - именно он даёт направление развитию и всем его действиям.

С каким запросом человек вошёл в жизнь, тот запрос и ведёт его по жизни - приходят , как магнитом притягиваются, соответствующие люди,  нужные книги, обстоятельства жизни. И речь здесь не о благополучии, а о смыслах, которые человек воплощает в себе и воплощения которых ищет.

Причём есть такие смыслы, исполнение которых не сильно мешает благополучию или, наоборот, содействует ему, а есть такие, которые в покое совершенно нереализуемы. Есть и такие смыслы, реализовать которые будут старательно мешать другие - недобрые смыслы, которые движут другими людьми.

В общем, закон судьбы не так уж сложен (но не примитивен!) для понимания, и каждый, кто способен трезво взглянуть на пройденный путь, сумеет обнаружить его признаки в своей жизни.

* * *

То же следует сказать и о судьбе народа**, когда этот самый народ сформирован и существует как некая целостность. Вектор развития или, наоборот, деградации будет определяться устремлениями сердца большинства его представителей. Народ может идти в будущее, неся в себе потребность реализовать созидательные смыслы, а может лететь в пропасть, подобно стаду свиней - всё решает базовый поведенческий модуль, который принят за норму, как родной. Политтехнологии, нацеленные на ликвидацию аутентичных народов, работают как раз с базовыми поведенческими модулями, определяющими вектор развития и направление движения в погоне за своим счастьем.

Итог? Нами руководит представление о счастье, заложенное на очень глубинном уровне - сердечном, который глубже головного. И это значит, что испортить самого себя не так уж просто, глупые идеи на хорошей почве не приживаются - благодаря сердцу. Но сердце можно испортить, бомбардируя ложными идеями не только ум, но заражая ими всё пространство жизни людей. Тогда человек втягивается в чуждый ему космос и незаметно для себя перестаёт быть самим собой - уподобляется своему несвоему космосу. Злодеем может стать и не злодей, он просто заблудится в лабиринтах чуждой ему реальности и погибнет как личность, а с погибшим можно вытворять что угодно. Чтобы не погибнуть, надо оставаться верным тем зовам, которые по воле Творца ходят по глубинным сердечным тропам. Если эти тропы не уберегли, погибель - лишь вопрос времени. И эти тропы - есть тропы поэзии.

--

* Этот модуль - сборная всех запросов - управляет не только тем, что делает человек, но и тем как, зачем он это делает. Страсти, которыми болеет душа, перехватывают частично управление на себя, и тогда фрагменты личности оказываются как бы в отрыве от главного модуля, болтаются по жизни сами по себе. В большинстве случаев это приводит к незначительным эксцессам и отклонениям, которые не приводят к роковому отклонению от курса. Если же человек всецело порабощён страстями, базовый модуль осуществлять свою работу не в состоянии, и счастье человека в таком случае недостижимо. Счастье в том, чтобы стать тем, кем должен стать, и базовый модуль знает о должном, которое стремится реализовать;

** Народ растёт из будущего.

Человечество, посаженное на электронную цепь, будет привязано к посюсторонности, как собака к будке. И цепь будет максимально короткой, как у самого недоброго хозяина. Соответственным будет и психическое состояние индивидов - здоровых не будет. 

Как сегодня можно видеть вокруг психически нездоровых домашних собак, которые живут в неблагоприятных условиях отсутствия жизненного пространства и самореализации, когда на их потребности никто особо не обращает внимания. Собака - живая игрушка, мало кто считается с тем, что она - живая. Схожая судьба ожидает и постчеловеков.

Смирять гордыню другого имеет право только тот, кто  смирил свою. А такие как раз не смиряют, как правило, а жалеют других.

Люди совершают много ошибок, когда воспринимают на эмоциональном уровне то, что следует мыслить на структурном. Путаница в бытийных уровнях - свидетельство отсутствия культуры мышления, и эта бескультурная мысль сегодня культивируется теми, кто заинтересован в оглуплении народных масс: верное на одном уровне - ложно на другом, и это весьма удобно для манипуляций с умами, которые не в состоянии различать уровни.

Без искушений и роста не бывает. Но тут важен один момент: искушение искушению — рознь. Нормальная жизнь христианина должна быть постоянным искушением, ибо он гражданин иного мира — нездешний, словно иностранец (из другой системы координат). Когда же ему комфортно, в жизни его что-то не так. Но всему есть мера, силам человека тоже. И тут люди разнятся: один живёт, почти не тратясь, другой в половину силы, третий на пределе своих сил, четвёртый за пределами. И здесь тоже у каждого своя мера, ибо одному и в полную силу — не по силам, не вырос. А другому и непосильное по силам. Человек всегда на границе своих возможностей — если движется вперёд, а не стоит на месте, иначе движения не будет.  Поэзия — это всегда за пределами, иначе она не может осуществляться. Бог, кстати, тоже именно так обретается. Бог приходит, когда ты себя исчерпал, приходит восполнить тебя. Когда же человек не доходит до своих пределов, Бог ему ещё не нужен. Именно так живут сегодня многие прихожане, и потому церковь в упадке.

Жизнь — это нескончаемый бой за жизнь. И чем больше в тебе жизни, тем больше — бой.
 

В головах у большинства православных - каша, молитва в таком состоянии практически невозможна. Кто-то скажет: молитва простеца может быть не менее сильной, чем молитва мудреца. Да, отвечу я, если у простеца сердце чисто. А наши «простецы» не только глупы, но и злы, да и простецами зачастую не являются.

Вопрос:
Нужно ли христианину знать догматическое богословие?

Мой ответ:
Это как вопрос о таблице умножения, например - нужна ли она школьнику?

Вопрос:
Но ведь даже её не дают, а дают лишь символ веры (слепой) и без комментариев, - верь как сможешь в силу своей порочности.

Мой ответ:
У кого-то из святых богословов была мысль о том, что священником может становиться только тот, кто имел опыт личной встречи с Богом. Многим эта мысль кажется слишком радикальной, но в ней есть свой глубокий смысл. Не формально, а реально передать Христа может только такой, лично познавший Христа человек. В этом смысл традиции обращения к старцам - именно за этим опытом Встречи. У нас всё есть, что надо, чтобы быть настоящими, но мы всё дальше отходим от этой настоящести. Хороним её под толщами текстов, повторяющих один другой, но не имеющих в себе главного - опыта подлинного стояния в Боге. Познавшим Бога людям и догматика уже не обязательна, они носители Духа - автора догматов. Но догматы воспитывают и формируют ум, создают пути на которых потом может случиться Встреча. В этом смыл их.

Образ морковки, висящей перед носом осла, которого таким образом заставляют идти в нужном направлении,  всем известен, и без такой морковки, наверное, ни одна технология оболванивания не сработала бы. Все они эксплуатируют самостное в нас, а потому морковкой очень часто является высокомерное и негативистское отношение к ближнему. Именно о таком отношении Христос говорил: «Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего» (Мф. 7:5). Технологии манипуляторов как раз старательно раскладывают такого рода «брёвна», чтобы потом с их помощью манипулировать порабощёнными сознаниями.

Надо прямо сказать, что современные технологии работают с массами на духовном уровне (на том же уровне с индивидуальным сознанием работают бесы), внушая принципы, которые можно  определить как антихристианские, т.е. они формируют личность антихристианского типа. 

Порабощённое сознание начинает болеть по сектантскому типу: человек утрачивает способность адекватного восприятия информации, он попросту отвергает всё, что не вписывается в навязанные шаблоны. Достучаться до такого человека практически невозможно, т.к. он считает себя умнее всех несогласных, а критически взглянуть на себя он не может и не в состоянии оценить, например, степень своей компетентности в том или ином вопросе, по которому у него имеется своё мнение. То, что мнение не своё, а шаблонное, для заболевшего неочевидно.

Наверное, один из самых непростых моментов нашего времени - общение с близкими когда-то людьми, чьё сознание подверглось вирусной атаке технологий, искривляющих сознание. Общаться с такими людьми возможно только в их матрице понятий, на их уровне - выход за пределы своей понятийной сетки для них невозможен, потому общение сводится либо к поддакиванию и имитации отношений, либо к обрыву отношений. Второе мне кажется вполне оправданным (врать в отношениях вредно для психики).

Как проверять себя? Прежде всего следует помнить о «бревне» самомнения в глазу, которое старательно засунуто технологами - бревно ослепляет. Значит, важно больше следить за собой, чем за другими, несмотря на то, что технологии буквально выворачивают наизнанку этот принцип, внушая противоположную позицию. Контролируй свою самость, чтобы не оказаться в ментальном плену кукловодов. Самоконтроль можно свести к регулярному процессу вынимания «брёвен» из своих глаз - в этом залог здравомыслия. Или, что может быть более точно, аскетический принцип непринятия самостных помыслов - лучшая защита от безумия наших дней.

Вопрос: Любовь к татуировкам норма или болезнь? Для чего люди это делают?

Мой ответ:  Это - мода, и ведутся на них все, кто ведётся на разные модные штуки. Какая разница какая это штука, важно, что это подчинение веянию. И это в равной степени и болезнь, и норма (как и следование моде в других вещах) - смотря от какой «печки» плясать.

Большинство людей только делает вид, что интересуется высоким, небесным - это им внушает традиция, время которой, увы, проходит. То есть, люди просто попугайничают - а скоро и это кончится: Небо для них - что-то вроде красивой шляпки, толстого с купюрами бумажника или, скажем, почётного ордена, титула.

Люди делают вид, что им важно Сердце, на деле же им нужна только высоко сидящая Задница, чтобы лобызать её. Они даже могут потрудиться для того, чтобы ближайший к ним зад вознести, возвести в степень Зада, и тем закрепить свой статус приближённого. А если предложить им на выбор Сердце и Задницу, они выберут задницу, делая вид, что выбирают Сердце. И всё потому, что разницы между задницей и сердцем большинство не видит. Хотя нет, видят, ибо предложившего им Сердце они распяли.

И так люди поступают всегда: боятся до ненависти Сердце и с пристрастием лобызают Задницу (и свою, и чужую - чья крупнее, та и важнее).

Гуманизмом очень многие считают лобызание человеческой Задницы, и против такого «гуманизма» выступает христианство. Настоящий же гуманизм как раз в том, чтобы устремлять человечество к Сердцу и видеть в каждом человеке, даже чтящем зад, потенцию чтить Сердце и приобщаться к Нему.

Все мы несовершенны, все совершаем ошибки, которые накладывают отпечаток на характер, и мы царапаем других этими «отпечатками». Однако ошибки бывают принципиально разными: это ошибки человеческого в нас и ошибки бесчеловеческого в нас. Первые надо прощать, их можно даже не замечать в другом, по крайней мере эмоционально - они неопасны, хотя и громоздки, тяжеловесны при отношениях (все ошибки другого ложатся бременем на нас в отношениях, и это нормально - «носите бремена друг друга»). Вторые ошибки - опасны, не замечать их - недопустимо, т.к. они чреваты развитием во зле носителя этих ошибок. Первые - это немощи, вторые - низости. Различать их - первое дело здравомыслия, т.к. любовь к ближнему требует различать их, и по-разному на них реагировать.

* * *

Изначально, разумеется, надо научиться различать в себе самом низости и немощи, без этого невозможно различить их в другом.

* * *

Кстати, пошлость - это немощь или низость? Пошлость - это низость, рядящаяся под немощь (или что-то  другое - неважно). Пошлость - это низменное, изображающее из себя высокое. Пошлость - это неподлинность. 

18/08/2019

И в этом смысле время постмодерна, в котором ничто не равно себе — время торжества пошлости, а Антихрист — пошлейший из пошляков.

21/08/2019

Уважение к себе бывает ложное и истинное. Ложное чванится перед другим, а истинное уважает другого, как себя и боится оскорбить в нём высокое и нежное.

Свобода человека проявляется и в том, что он может отказаться и от Бога в себе, и от человека в себе. Он это может, но кем он тогда будет? Зверем - т.е. демоноподобным существом, достоинством даже ниже животного, ибо животные не отказались ни от Бога, ни от человека, ни от животного в себе (у них и права такого нет, возможности нет - они под игом своей природы остаются сравнительно здравыми, ибо повреждены только человеческой свободой, а не своей собственной, которой не обладают). Подприродные животные будут человечнее надприродного человека-зверя, ибо будут нести на себе след своего бога - след человека. Кстати, это причина отказаться от подчинения постчеловеку (человеку-зверю), т.е., скорее всего, животные и вся природа в целом перестанет быть природой для человека, отказавшегося от человека в себе  - для зверя-постчеловека.

Болезнь стула - это когда человек сидит в своём должностном кресле, как на Олимпе, и на человеческий уровень не опускается. Должностное лицо, которое утрачивает в себе человечность, перестаёт быть человеком и утрачивает человеческое лицо. Болезнь стула - это когда вместо личности в человеке царит его должность.

* * *

Кстати, любимое на Западе «ничего личного - только бизнес» - о том же.

* * *

Свобода человека проявляется в том, что он может отказать и от Бога в себе, и от человека в себе. Он это может, но кем он тогда будет? Зверем - т.е. демоноподобным существом, достоинством даже ниже животного, ибо животные не отказались ни от Бога, ни от животного в себе. Животные будут человечнее человека-зверя, ибо будут нести на себе след своего бога - след человека.