Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Смотреть и думать — разное, когда смотришь и видишь — не думаешь, а знаешь.
Юродивого можно назвать человеком, сбросившим с себя ярмо толпы (как раз в этом смысле: толпой идут в ад). Но в юродивом остаётся общее с другими людьми, которое в Боге (то, что имеет в виду Златоуст, когда говорит, что народ — это святые, а не толпа людей).
Вместо того, чтобы поливать окружающих грязной водой своего человеческого, слишком человеческого, лучше бы стремиться осветить их светом своего божественного — и тогда отношения были бы прекрасными. Несбыточное...
Вещное пространство — не вечное, но оно тоже противостоит смерти.
Мир стоит, пока существуют чудаки. Когда останутся только умники — мир рухнет.
Главное в каждом человеке то, что можно в нём любить. И это то в нём, что Христово.
Зависть — это внешнее чувство, т.е. нахождение вне. Нужна какая-то подлинная реальность, потому что счастье это пребывание в своей подлинности. Неважно в какую из подлинных реальностей человек входит, главное чтобы вошёл и пребывал в ней — чтобы быть подлинным хотя бы одной из своих граней. Человеку важно состояться, состоявшиеся не завидуют.
Бог скрывается от тех, кто хочет скрыться от Него. Настоящие слова тоже как бы скрываются от ненастоящих, неживых сердцем людей. Неживые люди не понимают живые слова, ибо перевирают их в своём уме.
Всё настоящее — действует. Дары у каждого свои, и люди действуют, исходя из даров. А ряженые — имитируют действие, чтобы скрыть свою ненастоящесть. Ряженые всегда намереваются торчать напоказ.
Зрелая личность любит то, что любит зрелая личность. А незрелая любит то, что любит незрелая личность. В этом их отличие.
Люблю я тихий час закатный, Когда остынет пыль дорог, Когда чуть влажный и прохладный С реки подует ветерок, Когда над зеркалом запруды Две-три звезды встречают взгляд, Когда умолкнут словоблуды, А молчуны заговорят…
Оставить комментарий