Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Глядеть друг на друга вечными глазами — это и есть вечность.
Достоинство моё не во мне, не в том, что я делаю, а в подключенности к целому, к истине. Истина есть и телесная, и душевная и духовная, так же и достоинство. Моё включение в единую сеть мироздания — это и достоинство, и счастье, выключение из неё — недостоинство и несчастье.
Умный ищет в другом умного, а дурак — дурака. По-настоящему умный человек даже в дураке видит своеобразный ум, а настоящий дурак даже мудреца запишет в дураки. Моё отношение к другому — лучший критерий оценки меня самого.
Самость любит себя и понимает других, говорящих на языке самости. Она живёт в душе, как змея и говорит другим змеям, живущим в других людях: ублажите меня - и я вас ублажу. И если кто не ублажит, того змея ужалит.
Наша песня — Христос в нас, и надо петь Ему навстречу, петь перед лицом ужаса и перед лицом Радости. От песни (во мне) к песне (в другом) живёт сердце, а всё остальное — сор.
Я не знаю вины, которая не была бы бедой для виновного. Возможно, вина и прощается ровно в той мере, в какой она — беда.
Желание умничать противоположно жажде познания.
Созерцание предмета важнее наблюдения за ним.
Когда я свободна — ищу свободы,
когда в рабстве — ищу рабства.
Свободу может искать только свободный.
Болтовня — молчание — говорение: три этапа развития человека в автора (судьбы или текста — не суть важно, настоящий текст — тоже судьба, а судьба — тот же текст).
Да, и точно! В каком-то смысле - это критерий человечности. Многие ведь легко переживают «крик полоски света прищемлённой», им нет дела до любого крика, кроме своего собственного.
Комментарии
!!!
- Ответить
Ссылка на комментарийПотрясающе сказано.
- Ответить
Ссылка на комментарийДа, и точно! В каком-то смысле - это критерий человечности. Многие ведь легко переживают «крик полоски света прищемлённой», им нет дела до любого крика, кроме своего собственного.
- Ответить
Ссылка на комментарийОставить комментарий