Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Чтобы начать говорить, надо перестать болтать. Но как только соберёшься говорить, непременно начнёшь болтать. Говорение — это молчание, и оно у каждого своё. Молчание — своё, а не говорение...
Идеологические штампы — это мусор, засоряющий мозги. Итог — люди перестают воспринимать нормальный текст, чувствительность остается только к идеологическим агиткам.
Личности встречаются друг с другом в Луче, потому они должны искать место Луча друг в друге, траекторию Луча, и это место характеризуется тем, что в нём есть место для Другого. Более того, оно и появляется во мне для Другого, чтобы Встреча стала возможной.
Близкие люди — это люди, между которыми возникает Бог.
Современные технологии, искривляющие личность, основываются как раз на том, что в Луч меня рождает другой. Только они используют эту возможность не в созидательных, а в разрушительных целях. Другие становятся причиной искривления мышления и сознания в целом (создаётся ложное целое, ложный и лгущий Другой).
Фокус-то Христов прост — во Христе всё прекрасное, а не во мне. Я — проводка, а не ток. И если кто мнит себя током, обольщается и потому вне Христа живёт — из-за самости, которая хочет всем владеть сама, а не от Бога. В себе хочет иметь, а не в Боге.
На земле человека держит земля, а на небе — небо, потому в ком много земли, тому трудно выживать на небе, а в ком много неба, тому трудно выживать на земле.
Всё настоящее — действует. Дары у каждого свои, и люди действуют, исходя из даров. А ряженые — имитируют действие, чтобы скрыть свою ненастоящесть. Ряженые всегда намереваются торчать напоказ.
Г. Сковороде повезло, он мог уверенно говорить: «Мір ловил меня и не поймал». Нынешних гениев, особенно после смерти, мір ловит копирайтом. И вылавливает...
Если в этом высоком жить нельзя, значит это ненастоящее высокое.
Сорока-морока
Варит какую-то кашу.
Поди разбери, чего она там мешает.
А сварит – кому-то дала, а кому и не.
Поди разбери, почему тебе не досталось.
Не то чтоб ты был чемпионом,
Ударником общественно-полезного труда,
Но тоже дрова колол,
Но тоже воду носил.
А всё ж остался без каши.
И сколько теперь не спрашивай,
Почему,
Сорока-морока не скажет,
Вот разве что намекнёт,
Мол, должен сам понимать.
Ну, вот и не спрашивай.
Нам пел сосновый орган
Голосами древних ветров
И улетевших птиц.
Мы переплывали с ковра на ковёр,
Мы двигались осторожно
По изумрудным и малахитовым
Коридорам дворца
Летнего леса.
* * *
Глупый паук
Думал, что строит дом,
Думал, что сеть плетёт.
Сплёл мишень.
А дождь не целился,
Дождь случайно попал...