Про мужское и женское

Поговорим немного о земле и растении, которое вырастает из семечка, благодаря тому, что оказалось в земле. Растение укореняется в земле. Затем посмотрим на яйцеклетку (земля) и сперматозоид (семя, корень).

Семя несет закон, по которому будет развиваться жизнь. Но земля имеет власть проращивать семя (власть осуществления)- это её закон. Сила есть и у растения, и у земли, и это разная сила. Так же разнится мужское и женское.

Земля буквально вынуждает семя перейти из возможности в действительность. Она не сообщает семени его форму,  не говорит ему: «стань именно этим или другим растением».

Семя даёт закон - каким образом жизнь становится собой. Земля обладает властью дать этому закону осуществление стать действительностью.
И тогда получается асимметрия: семя определяет, земля осуществляет, но осуществляет не произвольно.

Семя несёт закон формы, это образ принципа определённости. В нём уже присутствует программа становления: направление, способ организации, потенциальная форма. Но семя само по себе не является этой формой, оно лишь несёт закон того, чем может стать жизнью.
Важно, что закон, который определяет становление, -  ещё не сила, которая осуществляет это становление.
Семя знает что должно возникнуть, но само по себе не производит должного.

Закон - принцип внутренней определённости; сила - способность действовать; власть - способность определять условия осуществления; форма - результат встречи закона и власти.

И тогда у семени - сила собственной направленности, а у земли - сила порождения и поддержания, но силы эти не одного типа. Семя может быть очень сильным как принцип, но совершенно беспомощным без среды. Земля может обладать огромной порождающей мощью, но сама не определяет форму - вид растения, т.е. способ жизни быть.

Это не отношение «активное + пассивное», а отношение двух деятельных начал, обладающих разными модальностями действия.

Итак, мужское связано с законом формы, женское - с властью осуществления формы.
Раз мужское = «закон», то само по себе оно лишь сухая нормативность. И раз женское = «земля», власть осуществления, то само по себе оно лишь безликая материю. Живое возникает именно потому, что власть и закон встретились и признали друг друга, ибо они не самодостаточны. Ни семя без земли не становится растением, ни земля без семени не становится этим растением.
Поэтому их отношение не просто иерархическое, оно онтологически взаимозависимое, но не симметричное.

Власть земли не отменяет закон семени. Она обладает властью осуществить, но не властью произвольно определить, что именно осуществится.
Если семя скажет земле: «Мой закон первичен, поэтому земля для меня лишь инструмент», оно отменит само себя, потому что без земли его закон не перейдёт в бытие растения.

Получается своеобразное разделение: мужское может нести закон жизни, женское имеет власть над её воплощением. Именно поэтому конфликт мужского и женского может возникать не только из борьбы за силу, но из непризнания различия сил.

Мужское может принять власть за подчинённость:«Раз ты осуществляешь мой закон, значит, ты мне подчинена», а женское может принять свою власть осуществления за право присвоить себе закон: «Раз без меня твой закон не становится действительностью, значит, закон принадлежит мне». Оба ошибаются при этом.

А растение - это уже третье, его нельзя свести ни к семени, ни к земле. Оно - результат их встречи, который одновременно превосходит обоих.
Мужское и женское оказываются не двумя половинками и даже не двумя социальными ролями, а двумя разными способами участия в становлении бытия.
Один принцип говорит: «это должно стать этим»; другой обладает властью сказать: «я дам этому жизнь» (не зря Ева в переводе - жизнь).
Зрелое отношение между мужским и женским - не победа одного над другим, а несмешение сил при их соединении , подобно тому как 7 цветов соединяется в луче белого света (неслитно, неизменно, неразлучно и нераздельно).

Семя и земля соединяются в одном процессе жизни, но не перестают быть разными.
Власть женщины в этом образе не власть над мужчиной и даже не власть «вопреки» мужскому закону, а власть самой жизни над возможностью закона стать явью.

Сила мужского и сила женского - это разные модальности причинности.

Женское проращивает в жизнь то, что лежит в мужском как программа реализации.