Паническая атака или навязчивые действия являются условной нормой общего социально-патологического фона
Александр Смулянский:
Ирония истории в том, что сверхусилие дедов по созданию справедливого мира обернулось сверхбездействием неблагодарных потомков, ради которых и предпринималось это сверхусилие. И это не случайность, а некая закономерность, которую стоит выявить и осмыслить.
Жизнь — это нескончаемый бой за жизнь. И чем больше в тебе жизни, тем больше — бой.
Умеющий читать и знающий несколько букв алфавита — оба знают эти несколько букв, но очень по-разному.
Характер человека — вещь поверхностная. Я знаю хороших людей со скверным характером. Любить их — особая радость, потому что приходится прорываться сквозь колючие тернии их натуры к светлой личности. Хуже — обратное...
Кичится тот, кто присваивает себе и только себе то, что только ему не принадлежит.
Важно не путать чистоту абсолютную и чистоту момента. В моменте постижения истины быть чистым легко, потому что истина захватывает целиком. В любви нет страха именно поэтому. Абсолютная чистота даже святым недоступна, а относительная — доступна каждому человеку, если он сумеет полюбить истину и удерживаться в этой любви какое-то время. Святые — это не безгрешные люди, а умеющие удерживать себя в любви к истине длительное время, настолько длительное, что почти всегда.
Всякий гений умён умом Луча и глуп своей глупостью — это неизбежность.
Любовь — мост, она соединяет всё со всем и всех со всеми.
В песне — птичье смирение.
Не человек овладевает знанием. Знание овладевает человеком. Оно прорастает в него, и человек растёт в знании, когда оно прорастает в нём.
