Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Другой человек для нас — это окошко к Богу, выход из собственной стеклянной замкнутости. Прежде, чем найти окно к Богу, каждый из нас должен открыться человеку, точнее — богом в себе открыться богу в другом человеке. Богом в себе мы должны опознать бога в другом. Быть узнанным в Боге — это и значит быть любимым. Так действует Христос в нас — делая нас богами друг для друга.
Голуби — постовые наших улиц. Кто им платит зарплату за то, что с утра до вечера они ищут в нас человека?
Возлюбив бесчеловечность, люди теряют разум.
Конец мира — это развод с истиной. Без брачных отношений с ложью конец мира невозможен.
Почему человек бывает дураком? Потому что выбирает своим главным нечто второстепенное.
Настоящая мысль не думается, а живётся.
Только впустив в сердце Другого, можно войти и самому. Потому и сказано: кто говорит, что любит Бога, а ближнего своего ненавидит, тот — лжец.
Человеческое в человеке — путь к Богу.
Повернувшись спиной к человеку,
мы поворачиваемся спиной к Богу.
Сделай человеку добро — и узнаешь, кто он.
Если Моцарт правда был отравлен, то умер больше сам отравитель. Палач утрачивает бытие, которое остаётся у казнённой им жертвы. И это то бытие, которое палач не в силах отнять, и которого сам он лишён по злобе сердца. Именно утрату бытия палач не прощает своей жертве.
Уверяю вас, что если не оставит человек всей воли сердца своего, и не отвержется себя во всем, и не покорится Господу, чрез повиновение отцам своим духовным, то ни познать не возможет воли Божией, ни исполнить ее, и лишен будет последнею благословения.
Сердце мое в изумлении, и дух мой в ужасе, что все мы услаждаемся, как пьяницы при молодом вине, ибо каждый из нас продал себя в рабство по своему свободному произволению, и мы сделались рабами нашего вольного выбора, и не желаем поднять глаз наших к Небесам, чтобы искать славы небесной и дел всех святых, и идти по их стопам.
Антихрист не мог бы воцариться в мире без поддержки со стороны своих апологетов в рясах, которые суть своего рода «дальтоники» в духовных вопросах, т.е. они не способными к восприятию и различению всей гаммы духовных переживаний.
Сперва должно приобрести Божественную любовь а после того созерцание духовное (восхождение откровений ведения и таинственных созерцаний) будет у нас естественно.
Главное, что может и должен сделать человек - желать, искать Бога. И уж если он искренне взыщет Его, то Бог, рано или поздно, настигнет его. Именно Бог находит человека, а не человек Бога. Как именно это происходит неизвестно - у каждого, вероятно, по-своему.
Покаяние - начало пути, а не конец. Встреча - это всегда от Него, а не от меня. От меня только ожидание и жажда.
Авва Антоний, проникая в глубину судов Божиих, вопросил Бога так: «Господи! Для чего одни умирают в молодости, а другие живут до глубокой старости? Для чего одни бедны, а другие богаты? Для чего нечестивые богаты, а благочестивые бедны?» Тогда пришел к нему глас:
«Антоний! Себе внимай! А то суды Божии, и тебе нет пользы испытывать их».
Надо помнить это предостережение и не безумствовать в сердце своём против кого бы то ни было. Надмевание, высокомерный оценивающий взгляд на другого - грех, а не благочестие. Использовать «блачестивые» поводы для нападения на другого - грех сугубый. Если начинаешь бегать с линейкой не за собой, а за другим, чтобы измерить степень его благочестия, ты уже отчасти фашист*.
<…> добродетель имеет потребность в нашей только воле; потому что добродетель в нас, и из нас образуется. Она образуется в душе, у которой разумные силы действуют согласно с ее естеством. А сего достигает душа, когда пребывает, какою сотворена; сотворена же она доброю и совершенно правою.
Настанет некогда время, и человеки вознегодуют, увидев неподверженного общей болезни, восстанут на него, говоря: «ты по преимуществу находишься в недуге, потому что неподобен нам».
Прп. Антоний Великий (Отечник, пар.41).