Когда человеку семнадцать, он знает всё
Когда человеку семнадцать, он знает всё. Если ему тридцать семь и он по-прежнему знает всё - значит, ему всё ещё семнадцать.
Рэй Брэдбери
Мысль — место встречи с её автором (в Авторе).
Что я должен другому? С одной стороны — никто никому ничего не должен. Однако с другой — звание человека меня обязывает и приглашает, призывает к соответствующему мышлению и действию (это и есть человек — определенный функционал), и вопрос в том, беру я на себя эту роль или нет, принимаю на себя право и возможность быть человеком или отказываюсь. И если принимаю, то из этого следует, что я должна другому человека. Причём в себе и в нём (они всегда сопряжены). Иначе невозможно быть человеком.
Израсходовать нужно не только силу свою, но и бессилие.
Дурной вкус — это начало дурного человека.
Мужество поэта — это мужество иного быть здесь, а не мужество здешнего быть здесь. Другое мужество...
Времени не осталось именно в том смысле, что не осталось пространства, где оно природно движется — внутреннего человека.
Надо быть с Богом — Он делает счастливым, но это означает быть богом — тем, кто делает счастливым другого.
Я боюсь знать — знающие врут.
В моменте постижения истины быть чистым легко, потому что истина захватывает целиком.
Человек становится человеком только в контексте вечности.
