Дневник
«Когда Церковь и государство работают вместе, это плохо. Это очень плохо, даже ужасно. Этому есть простая причина: извращается сама природа Церкви.
Государство по своей природе должно устанавливать границы, отделяющие свою территорию от территории других. Государство должно защищать „своих“ от „чужих“. А природа Церкви противоположная. Церковь не знает разницы между „своими“ и „чужими“. Церковь для всех, и она полностью едина».
Из Слова прот. Сергия Овсянникова после Божественной литургии 15 ноября 2015
Ранимые люди лелеют свою чувствительность, из-за которой они третируют остальных. Одно неверное и недостаточно доброе слово, и драма растягивается на месяцы. Они выходят из себя по любому поводу, дуются; они задеты в своих лучших, таких нежных чувствах - на самом же деле это банальная тирания. Такому типу людей обычно присущ самый заурядный скрытный комплекс власти, который выходит под прикрытием: на деле же это просто инфантильная жизненная позиция, которая позволяет им третировать окружающих.
Мария-Луиза Фон Франц
Как-то из крана перестала течь вода. А в это время подошли люди и попросили попить. Я не хотела тревожить старца и поэтому указала им на трапезную. Старец возмутился: «Как это ты упустила доброе дело, которое тебе Господь послал, беги, подай им воды, пока никто не опередил тебя, ибо даже стакан воды, поданный страждущему, не теряется пред Богом».
Из воспоминаний монахини Параскевы (Ростиашвили), келейницы старца Гавриила
Мозг активирует иммунные клетки, когда рядом находятся больные люди. Иммунная реакция силой мысли.
Иммунная система быстро реагирует на инфекции, но не всегда может действовать достаточно быстро, чтобы предотвратить серьезные заболевания. Это означает, что организму было бы полезно распознать возможность заражения и организовать превентивный ответ. Новое исследование показывает, что мозг активирует иммунные клетки в ответ на один только вид больного человека, имитируя реакцию организма на настоящую инфекцию.
Для получения результатов потребовалось сканирование мозга и анализы крови, а также менее традиционное оборудование: игровое оборудование. Добровольцы исследования надевали очки виртуальной реальности (VR), чтобы видеть аватары людей с сыпью, кашлем или другими симптомами заболевания, что исключало необходимость подвергать добровольцев воздействию патогенов. В другой контрольной группе люди контактировали с аватарами здоровых людей. Еще одной контрольной группой служили люди, получившие прививку от гриппа, что имитировало воздействие реального патогена. Удивительные результаты показали, что первичная иммунная реакция как на вакцину, так и на просто вид виртуальных больных людей была практически идентичной.
Источник: сайт Биомолекула публикация SciNat за август 2025 #2
Публикация в Nature:
29 July 2025
The brain fires up immune cells when sick people are nearby
When people viewed virtual avatars with coughs or rashes, their brains triggered an immune response.
Цель постоянной лжи не в том, чтобы заставить людей поверить в ложь, а в том, чтобы никто больше ничему не верил. Народ, который больше не может отличить правду от лжи, не может отличить добро от зла. И такой народ, лишенный способности мыслить и судить, волей-неволей полностью подчиняется господству лжи. С такими людьми можно делать все, что угодно/
Ханна Арендт
В конце концов оказываешься вроде как в пустоте. Мы воспринимаем только природу, а там, где мы оказываемся, производя разотождествление, там природы нет. Там только воля в чистом виде, а воля - не природа, поэтому первое переживание, ощущение, впечатление, что мы всё потеряли и вот теперь находимся чему даже названия нет.
Переживание жизни начинается с этого состояния. Жизнь в полноте на самом деле и переживается только так. Не включаясь в молитву удерживаться в этом состоянии невозможно.
Духовная жизнь - это всё-таки жизнь, а не набор каких-то аскетических правил. Это состояние - динамическое. Состояние, в котором необходимо удержаться. С точки зрения падшего человека это безумное по интенсивности движение. Можно его с гонкой на скоростном мотоцикле сравнить, с полетом на сверхзвуковом истребителе... Это в сущности всё гудит, свистит, светится и сияет - если есть смысл образы приводить. В этом удерживаешься только благодаря динамике этого процесса, внутри этого потока.
Грубо говоря, никакая оболочка этого не выдерживает. У нас природное и духовное - и нет таких природных структур, которые могли бы это выдержать. Держит - воля, только воля в состоянии удержать человека в этом потоке. Духовное тело формируется вокруг этого процесса. Оно участвует во взаимодействии человека с природой, а не с духом.
Обычный человек там ничего кроме темноты и пустоты не воспринимает. Но ощущение этого полета в этой динамике обычно даётся в этот момент. И человек начинает сам... Ему уже не нужно разотождествление, он самой этой динамикой уже выстроен. Так это субъективно и переживается как пребывание в потоке невиданной силы.
Тело становится абсолютно прозрачным, все его структуры доступны, но человек понимает что тело - это тело, а он - это он. Тут нет иллюзий и человек ничего не путает и ни в чем не путается.
Надо пройти путь, чтобы само это состояние стало для человека органичным и органично присущим.
У человека остается глубинная память о пережитых состояниях на разных уровнях телесности.
* * *
Молитва это устойчивое непрерывное состояние воли.
Строится личность не вокруг природы, а вокруг воли.
Духовный опыт - это опыт, который включает человека целиком.
Сорокин Владимир Владимирович,
преподаватель Общедоступного православного университета
Основы духовной жизни
Девочка Лиля, которая потеряла маму-полицейского, пришла на аукцион выкупить собаку - маминого напарника по службе.
После торжественной церемонии провода на пенсию в некоторых штатах служебных собак продают на аукционах. Так у них заведено. Есть много, очень много желающих приобрести умного, опытного, заслуженного пса. У нас тоже. Но у нас пристраивают бесплатно.
Не будем оценивать, что хорошо, а что плохо, в конце концов, если вырученные средства идут на самих хвостиков, то почему бы и нет. Сейчас речь о Максе и Лиле.
Пес Макс хорошо знал Лилю, ее мама приводила его со службы домой. Макса продавали больше, чем за 3000 долларов, а у Лили была копилка только с 52 долларами. И внезапно в середине аукциона Макс сорвался к девочке и сел рядом с ней. Девочка расплакалась и обняла собаку. Именно этот момент и заснял случайный фотограф.
Участники аукциона отозвали свои ставки, позволив Лиле забрать Макса домой.
Боязнь собак (кинофобия) - как признак психического заболевания
Выдержки из статьи заслуженного психолога Мигрдата Мигратяна
Кинофобия - психическое расстройство, фобия (иррациональный страх), объектом которой являются собаки. Также в практике психиатрии принято относить к кинофобии отдельные, строго говоря, фобии: страх покусов (адактофобия) и страх заражения бешенством (рабиефобия). Кинофобия как правило проявляется в рамках другого психического расстройства: может встречаться при шизофрении, депрессии и, наиболее часто, в структуре невротических расстройств. А также расстройств, связанных со стрессом и нарушением адаптации.
На практике следует различать истинную (клиническую) кинофобию и псевдофобию, которую часто демонстрируют латентные либо клинические садисты, то есть психопаты - перверсанты, пытающиеся подобным образом найти оправдание своим противоестественным живодёрским наклонностям, либо попытаться сформировать рациональное объяснение им для окружающих.
Истинная кинофобия практически всегда пассивна, в наиболее тяжелых формах может приводить к проявлению широкой гаммы патологических состояний - от ступорозных до истероидных - даже просто после демонстрации изображения собаки. Псевдофобия в большинстве случаев сопровождается ярко выраженной агрессией по отношению к предмету псевдофобии - собакам, а также их владельцам, и даже просто к людям, не поддерживающим данную агрессию, в силу чего на практике бывает непросто отличить проявления такую псевдофобию от обычного реактивного психоза, или проявлений психоза навязчивых состояний.
Для достоверного диагноза истинной кинофобии должны быть удовлетворены все нижеследующие критерии:
• психологические или вегетативные симптомы должны быть первичными проявлениями тревоги, а не вторичными по отношению к другим симптомам, таким как бред или навязчивые мысли;
• тревога должна ограничиваться определенным фобическим объектом или ситуацией;
• фобическая ситуация избегается, когда только это возможно.
Истинная кинофобия относится к категории социальных фобий, поскольку ее проявления могут быть направлены помимо предмета фобии и на людей, сама фобия может приводить к нарушениям социализации и асоциальному поведению больного.
Псевдофобия может также формироваться на базе комплекса неполноценности, ощущающих свою ущербность в сравнении с другими людьми из-за того, что они неспособны к проявлению моральных качеств, считающихся на бытовом уровне "свойственными собакам" - беззаветной верности и преданности, немотивированной меркантильно любви к конкретным людям либо отдельному человеку, отчаянной храбрости и безусловной готовности защищать "своих" невзирая на масштаб угрозы и прочие обстоятельства.
Лица, страдающие кинофобией, в случае перехода расстройства в стадию параноидального бреда, могут представлять существенную опасность для окружающих. В этом состоянии они склонны к совершению преступлений.
Корова из Суджи прошла 13 км по минным полям в поисках погибших телят и дошла до Курска.
Трогательная и почти невероятная история произошла на границе Курской области. Корова по кличке Зорька, потеряв своих телят, отправилась на поиски — и преодолела 13 километров по опасной зоне, полной мин.
Изначально у неё был один телёнок, но позже Зорька приютила малыша другой коровы, погибшей при взрыве. Она кормила обоих, пока оба не погибли. После этого раненая и обезумевшая от горя Зорька начала метаться по полям, мешая работе сапёров.
Когда об этом узнал хозяин, он вернулся за ней и смог найти Зорьку по её протяжному мычанию. Но ночью она снова сбежала — будто не хотела смириться с потерей. В итоге Зорька дошла до Курска, где её приютили местные жители. Теперь она в безопасности — и, похоже, нашла новый дом.
Реабилитация мелких певчих птиц - с точки зрения логики занятие бессмысленное и неблагодарное. На спасение одного пернатого ребенка надо затратить очень много ресурсов: это и дорогостоящие кормовые насекомые, и тяжелый труд людей с утра до ночи. Лечение взрослых тоже то еще удовольствие: болеют певчие птицы стремительно, а травмируются очень легко.
При этом для природы ценность одной синички или воробушка ничтожно мала. Это низ пищевой цепи, по сути расходный материал. Большая часть мелких певчих птиц не доживает и до года, и это нормальная ситуация. Не случайно синички делают по восемь детей за раз, а потом тем же летом идут на повторную кладку - только так получается поддерживать численность популяции.
Рефлексия убивает состояние.
Переживание жизни - не то, что можно как-то контролировать.
* * *
Закончить упражняться в жизни и начать просто жить.
* * *
Желания человека - до начала всякой работы самые глубинные проявления его личности.
* * *
Любая интенция, волевой акт, направленный во мне мной, в конечном счёте обусловливает меня, когда там нет воли Бога.
* * *
Жить так, чтобы не вылетать из пространства действия Бога - это программа минимум. Максимум - когда своих желаний у меня нет. Когда каждая воля, которая рождается во мне - любой волевой акт, который рождается во мне, рождается вместе с Его волей, и Его воля - во мне. Это смирение.
* * *
Осознанность начинается с того, что во внутреннем пространстве не остается непонятных и неизвестных мест, процессов, состояний, структур, всего того, в чем любят копаться психологи. Но есть одна проблема, и она не решаема на психологическом уровне в принципе. Нельзя понять цельный процесс посредством его непрерывного дробления.
Собственно вся психология, психологические модели, практики - это, как правило, рефлексия, рефлексия, рефлексия.
Самонаблюдение, как его понимают психологи, это анализ, анализ и анализ. Получается несколько парадоксальная ситуация: я должен на выходе пережить нечто цельное и неделимое, причём чем дальше, тем более глубокое, более тщательное, более детальное и т.д. Достигается это как раз...
Надо научиться различать в себе собственно себя и то, чем ты сам не являешься. Надо разотождествиться со всем, что может быть пережито как своё.
Моя воля это некая рациональная конструкция. Пока теоретизирую - воля моя, когда действую - это уже я. В этом разница между теорией и практикой.
Когда я чего-то хочу, то это уже точно я. И вот кажется я нашел. Воля - это я. Но это схема. Разотождествиться - это не просто головой понять, что мысли - это не я, а что-то в моей голове, что мной не является. Это очень просто понять.
На самом деле разотождествление - это вопрос внутреннего состояния, а не интеллектуальной убеждённости.
Превращение интенций в чисто волевые акты. Интенция это всегда воля плюс некий объект, на который она направлена и с которым взаимодействует. Некое духовно-природное явление.
По благодати можно обеспечить любую среду.
Надо научиться осознавать волю именно как волю.
Взгляд из чистой воли. Изнутри чистой воли. Пока я переживаю свои мысли как себя, свои чувства как себя - я думаю, и кроме этих потоков мысли меня нет. Я что-то ощущаю, переживаю, и кроме потоков этих переживаний меня нигде больше нет. До тех пор, пока это так, меня просто нет, говоря строго. Если поток мыслей сейчас один, а потом другой, то значит и я сейчас один, а через час буду другой. Поток эмоций сейчас один, а потом другой, то значит и я сначала один, а через минуту другой. Кстати тот я может не помнить меня другого.
Если я всё время вижу только свои мысли, чувства, эмоции, то что еще я могу увидеть?
Важно научиться видеть некое пространство, некий разрыв между собственно собой и тем, что в данный момент ты видишь, чувствуешь, переживаешь. То есть, некоторая отстранённость. Разрыв - только не интеллектуальный.
Надо научиться внутренне увеличивать этот разрыв при взгляде на объект - неважно внешний или внутренний. И надо научиться пребывать внутри этого разрыва, так, чтобы не захлёстывало. Не погружатся в это целиком, даже когда оно привлекает. Держать расстояние, даже когда что-то страшное перед глазами. Это даётся даже новоначальным.
Регулируется глубина разрыва в процессе практики. Так в итоге надо на всё смотреть. Надо научиться ощущать это расстояние между собой и объектом. В разрыве надо научиться перемещаться.
Когда я пониманию, что то, что я чувствую, и я - не одно и то же, я не перестаю чувствовать. Я не говорю, что это не я чувствую. Просто я чувствую в определенной полноте.
Буддизм это в некотором роде апофатическое христианство.
Не угасить волю, а свернуть все интенции как интенции. Внутренне разнести - внутри самой интенции - объект (мысли, чувства, состояния, переживания) и себя. В этом цель и смысл этого упражнения.
* * *
Рублёв был иконописцем - не богомазом, т.е. он реально видел то, что писал, а богомазы пишут то, что видели другие.
Рублёв постоянно был в некотором потоке, точнее - это включённость в некий процесс, без которого он работать не смог бы - ничего не написал бы.
Это авторское всё, т.е. видевшего человека иконы. Так же как ап. Павел говорил о том, что видел, а не о том, что прочитал.
Владимир Владимирович Сорокин,
преподаватель Общедоступного православного университета.
Основы духовной жизни
Преодолеть насилие можно только через общую любовь к чему-то, что больше и чем ты сам, и даже чем твоя община целиком. И вот тогда в этом насилие может быть преодолено. Перефразирую: пока у нас нет общего объекта любви или субъекта любви, т.е. пока мы любим разное и стремимся к разному, ни о каком преодолении насилия речь идти не может.
Павел Щелин
Интроективная идентификация — это психоаналитический механизм, при котором человек бессознательно вбирает в себя (интроецирует) качества, чувства, ценности или установки другого человека, делая их частью своей психической структуры. Этот процесс помогает личности развиваться, регулировать эмоции, адаптироваться к среде и строить отношения с объектами.
Этот механизм тесно связан с интроекцией, но интроективная идентификация идет глубже: она не просто «записывает» образ объекта внутри психики, а сливает его с частями своего «Я», формируя новый аспект идентичности.
Механизм интроективной идентификации
Обнаружение значимого объекта
Человек бессознательно выделяет объект (родителя, авторитетную фигуру, значимого другого), который оказывает на него влияние.
Переживание взаимодействия с объектом
Этот объект может быть как позитивным (заботливый родитель), так и негативным (критичный начальник). Человек эмоционально реагирует на этот объект и испытывает к нему чувства (любовь, восхищение, страх, стыд и т.д.).
Бессознательное присвоение качеств объекта
Важная особенность интроективной идентификации — это не просто имитация. Человек бессознательно встраивает в себя аспекты объекта, чтобы справляться с чувствами или регулировать свое состояние.
Инкорпорация в структуру личности
Эти качества начинают работать как часть психики человека, влияя на его мышление, эмоции и поведение.
Назначение и функции
Интроективная идентификация играет важную роль в развитии личности и выполняет несколько ключевых задач:
Развитие «Я» и психической структуры
Интроекция качеств значимого объекта способствует становлению внутреннего мира. Например, дети «впитывают» черты родителей и делают их частью своей личности.
Защита от тревоги и утраты
В случае потери объекта (например, смерти родителя) ребенок может бессознательно идентифицироваться с ним, чтобы сохранить ощущение связи.
Регуляция эмоционального состояния
В ситуациях тревоги человек может бессознательно «брать на себя» качества объекта, чтобы справляться со стрессом.
Формирование моральных норм и внутреннего диалога
Супер-эго (совесть) во многом формируется через интроективную идентификацию с авторитетами.
Примеры интроективной идентификации
Пример 1: Ребенок и строгий родитель
- Ребенок растет в семье, где отец строгий и требовательный. Он часто критикует ребенка, но при этом является авторитетной фигурой.
- В процессе взросления ребенок бессознательно интегрирует голос отца внутрь себя. Теперь он не только ожидает критику извне, но и сам начинает критиковать себя изнутри.
- Взрослея, этот человек может стать чрезмерно самокритичным, даже если реального отца уже нет рядом.
- Это проявление интроективной идентификации с критичным объектом, когда внутренний голос перенимает функцию внешнего контроля.
Последствия:
- В лучшем случае это может помочь человеку быть дисциплинированным.
- В худшем — привести к жесткому супер-эго, перфекционизму, тревожности.
Пример 2: Потеря родителя и идентификация с ним
- Мальчик в детстве теряет мать, которая была заботливой, чуткой и поддерживающей.
- Чувствуя пустоту после ее смерти, он бессознательно принимает на себя ее качества, начиная заботиться о младших братьях и даже говорить ее фразами.
- В зрелом возрасте он становится человеком, который всегда поддерживает других, но при этом может не осознавать, что действует не из своего собственного «Я», а из идентификации с ушедшей матерью.
Последствия:
- Может привести к развитию эмпатии и заботы.
- Однако также может привести к чрезмерному самоотречению (он заботится о других, но забывает о себе).
Вывод
Интроективная идентификация — это не просто копирование черт объекта, а встраивание его аспектов в личность.
Она помогает справляться с тревогой, формировать идентичность и регулировать эмоции.
Однако чрезмерная или несбалансированная интроективная идентификация может приводить к жесткому супер-эго, внутреннему конфликту и потере собственного «Я».
Психоанализ традиционно выстраивался вдоль вертикальной оси: родитель — ребёнок, власть — зависимость, Закон — протест. Эдипов комплекс, как центральный организующий принцип, обусловил не только теоретическую модель, но и структуру аналитического слушания. Однако в тени этой вертикали оставалось то, что Франц Веллендорф метко называет "горизонталью" — отношения между братьями и сёстрами. Эти отношения — отношения между равными, между теми, кто борется не столько за объект, сколько за место.
В этой плоскости возникает особый, редко обсуждаемый феномен — сиблинговый контрперенос. Аналитик, оказавшийся объектом сиблингового переноса, может бессознательно занять позицию "брата" или "сестры", вовлечённого в скрытую конкуренцию, борьбу за внимание, признание или право на существование. Этот тип контрпереноса часто ускользает от осознавания, так как не противостоит фигуре родителя и не нарушает аналитическую асимметрию напрямую. Напротив, он может маскироваться под коллегиальность, сочувствие или непрояснённую амбивалентность.
От вертикали к горизонтали: клинический сдвиг
Отношения между сиблингами не регулируются кастрационным законом и не структурированы в той мере, как эдипова триада. Они не обрамлены табу, но именно поэтому могут быть психически более разрушительными. В этих отношениях отсутствует инстанция различия по поколению, и, следовательно, тревога исчезновения, замещения, взаимного уничтожения гораздо более сильна.
Фигура брата — это фигура, которая может занять твоё место, быть "таким же, но лучше". Как писала Джульет Митчелл, "новорождённый брат или сестра — это тот, кто заменяет меня, другой не-я". В отличие от родителя, которого можно идеализировать, бояться или ненавидеть, брат — это конкурент, равный, угрожающе похожий. И именно эта угроза — быть вытесненным другим, похожим на тебя — становится источником зависти, уязвимости и боли.
Когда эта конфигурация переносится в анализ, аналитик может оказаться в роли того самого "не-я" — того, кому досталось, кого выбрали, кто ближе к любви, к истине, к силе. Пациент в этом случае может одновременно нуждаться в тебе и бессознательно стремиться устранить тебя. Сиблинговый перенос рождает напряжение, которое аналитик переживает как усталость, раздражение, стыд, недоумение.
Перенос (трансфер) - это психологическое явление, впервые описанное в психоанализе, при котором клиент, неосознанно, начинает воспринимать и реагировать на терапевта как на значимую фигуру из своего прошлого [2, 10]. В принципе, этот процесс (трансференция) является достаточно универсальным и характерен для отношений людей вообще. Однако здесь он рассмотрен как феномен, возникающий в диадных психотерапевтических отношениях.
Действительно, сама ситуация терапии способствует возникновению переноса. Клиент рассказывает другому человеку о своем внутреннем мире, о своих переживаниях и отношениях с другими людьми, о своих жизненных затруднениях. Более того, он ожидает помощи от этого человека в решении своих проблем. Кроме психотерапии, такое взаимодействие в жизни возможно только с близкими людьми и/или с людьми, имеющими важное значение в жизни человека. Нередко незавершенные и неосознанные ситуации с людьми из прошлого влияют на то, как клиент воспринимает мир и выстраивает свои отношения с людьми уже в настоящем, являясь частью проблемного опыта, с которым человек пришел в психотерапию. Можно сказать, что процесс трансференции неизбежная часть терапии, поэтому стоит уделять ему должное внимание и стараться использовать его в терапевтических целях.
Иногда в литературе по гештальт-терапии можно встретить определение переноса как специфического вида проекции или специфического вида прерывания контакта [1, 4, 6, 8, 11]. В целом соглашаясь с этим определением, попробуем понять, в чем же состоит эта специфичность.
Если говорить кратко, то специфика проекции при трансференции заключается в том, что проецируются не просто отдельные чувства, желания или черты характера, а целая система отношений, реально имевших место в жизни клиента или, наоборот, желаемая картина, которую клиент хотел бы иметь, с одним, а нередко и с несколькими значимыми людьми [1, 2, 3].
Еще одна специфика переноса состоит в том, что это всегда, в той или иной степени, расщепление, диссоциация неинтегрированных чувств, условно разделяемых на позитивные и негативные. Это связано с тем, что когда-то человек находился в зависимости от значимой фигуры, в чем-то нуждался от нее и, естественно, не всегда это получал. Одним из важных этапов развития ребенка является интеграция в психике образа хорошего (удовлетворяющего потребности) родителя, в первую очередь матери, и плохого родителя (фрустрирующего, не удовлетворяющего потребности) в единое целое. В этом процессе очень важно, чтобы родитель был достаточно хорошим для ребенка (но не идеальным!), и чтобы фрустрация и наказание происходили по ясным и предсказуемым для ребенка причинам и правилам. Это позволяет принять тот факт, что один и тот же объект (человек) может одновременно быть для ребенка хорошим и плохим (амбивалентным), сочетать в себе разные качества. Если же какие-то важные потребности ребенка не удовлетворялись (например, мать находилась в депрессии) и/или фрустрация была непредсказуемой, непоследовательной, то образы хорошего и плохого родителя разделяются и как бы хранятся в психике на разных полочках, слабо связанных друг с другом. Естественно, весь этот сложный механизм может проявиться в терапевтических отношениях.
Американский психоаналитик Хайнц Когут считал [5], что в детстве есть три важные потребности, которые должны быть удовлетворены, чтобы человек мог развиваться нормально – это потребность в «отражении» (быть отраженным в другом человеке), потребность в идеализации и потребность быть похожим на других.
Если эти потребности в детстве не были достаточно удовлетворены, то это создает незавершенный гештальт, и уже взрослый человек будет испытывать своеобразный голод (неудовлетворенные потребности), и активно пытаться удовлетворить их во взаимодействии с другими людьми или активно избегать ситуаций, где эти потребности могут проявляться.
Соответственно, если эти потребности были сильно фрустрированы в детстве, то они будут, так или иначе, проявляться в отношениях с психотерапевтом. Например, недостаточно удовлетворенная потребность в идеализации, может проявиться либо в виде идеализации психотерапевта, либо в виде сильных реакций разочарования и обесценивания. При этом одно не исключает другого.
Еще одна особенность детского восприятия, важная для формирования переноса - это желание получить удовлетворение практически всех своих потребностей от одной фигуры. Это нормально для раннего возраста, в котором мать, а потом еще и отец, обеспечивают практически все самые важные потребности ребенка. В нормальном варианте развития это "напитывает" ребенка, и постепенно он может свободно отходить от родителей и искать удовлетворения своих желаний уже в большом мире, среди других людей. Иногда какая-то потребность или несколько потребностей остаются хронически неудовлетворенными, но у ребенка нет других ресурсов и людей, чтобы их удовлетворить. Именно это и создает сильную эмоциональную привязанность и фиксацию на одном объекте. Человек привыкает со всей силой и одновременно бессилием стремиться туда, где ему ничего не дают, создавая порочный круг, перенося это восприятие во взрослую жизнь и постоянно стучится в закрытую дверь, не замечая других дверей, которые могут быть для него открыты. Нередко это становится основой для созависимых отношений.
Еще одной предпосылкой для формирования переноса является наша потребность иметь предсказуемый и понятный мир. Встречаясь с новой ситуацией, мы начинаем искать в своем прошлом опыте что-то, хотя бы отдаленно похожее, и переносим этот опыт на текущую ситуацию, пытаясь таким образом справиться с ней. В социальной психологии это явление получило название каузальной атрибуции - феномен интерпретации причин поведения другого человека в условиях недостатка достоверной информации о нем [9]. Стоит ли напоминать, что терапевт, в силу самой особенности терапевтической ситуации, всегда является для клиента, в той или иной степени, закрытым и непонятным.
Особой предпосылкой для переноса являются психотравмирующие события в личной истории клиента. Под психологической травмой я понимаю особый вид незавершенной ситуации, в которой человек подвергся сильному нарушению своих границ и остался в состоянии бессилия и беспомощности, не имея при этом в последующем поддерживающего жизненного фона. Что помешало ему справится с этой ситуацией, восстановить свою способность контакта с миром, восстановить идентичность активного деятеля своей жизни. Тогда трансферетные реакции могут принимать характер травматического отыгрывания. Отношения между клиентом и психотерапевтом могут становиться похожи на описанный Карпманом треугольник Преследователь-Жертва-Спасатель [12].
Стратегии работы гештальт-терапевта с переносом.
В целом общую стратегию работы с трансференцией в гештальт-подходе можно описать через концепцию работы с символическими и реалистическими аспектами отношений как с полярностями, предложенную О.В. Немиринским [7]:
1. Трансферентные тенденции пациента как выражение символического аспекта терапевтических отношений поддерживаются терапевтом, который старается сделать их более осознанными и полными.
2. Реалистический аспект отношений поддерживается терапевтом не за счет разрушения переноса, а за счет проявления присутствия терапевта в его взаимодействии с пациентом.
3. Первое и второе не должны механически ослаблять друг друга. Более того, наиболее эффективным было бы добиваться максимальной выраженности и того, и другого (иногда даже одновременно!) в целях естественного движения пациента к интеграции противоположностей.
Вот некоторые соображения о возможностях такой работы.
1. Осознанная поддержка трансференции.
Одной из важных компетенций терапевта является способность осознанно занимать неосознанно предлагаемые клиентом комплиментарные роли.
Конечно, невозможно написать точную инструкцию, когда и как это делать, однако, можно выделить некоторые ситуации, когда это может оказаться полезным.
А. Начало терапии.
Для установления терапевтического альянса и доверительных отношений с клиентом, в которых можно будет относительно безопасно рассматривать различные чувства, желания, мысли, способы поведения, без страха и ожидания критики и оценки со стороны терапевта. В этом случае терапевт, как хороший родитель, может осознанно придерживать, некоторые свои чувства к клиенту, которые могут помешать установлению терапевтического альянса, ожидая того момента, когда эти чувства смогут стать инструментом терапии, способствовать более глубокому осознанию клиентом самого себя и своих отношений с другими людьми, а не нанесут ему еще одну нарциссическую рану, которых в его жизни и так было достаточно.
Вторая сторона этого процесса - контейнирование терапевтом чувств самого клиента, позволение себе быть ранимым и не защищаться от попыток уязвить, обесценить терапевта, от высказывания клиентом агрессии и обвинений, дожидаясь момента, когда клиент будет способен рассматривать и осознавать внутренние причины некоторых своих реакций.
Б. В ситуации, когда у клиента реально отсутствуют важные для нормального развития части опыта, обычно приобретаемые в детско-родительских отношениях, а иногда в отношениях с сиблингами.
Пример. В какой-то момент сессии клиентка со смущением осознает желание прокатиться у терапевта на спине "как на лошади", терапевт соглашается на этот эксперимент, в процессе которого клиентка вспоминает, что отец в детстве редко брал ее на руки, катал на себе, подбрасывал. Далее клиентка связывает эту неудовлетворенную потребность со сложностью опираться на мужчин - "я слишком тяжелая для мужчин, меня трудно выдержать". Опыт телесной легкости в эксперименте и удовольствия от этого процесса дает основу для пересмотра некоторых паттернов поведения с мужчинами уже во взрослом возрасте.
В. Для амплификации трансферентной тенденции клиента, с целью последующих интервенций для ее осознавания.
Пример. Терапевт в контакте с клиенткой ловит себя на фантазии, что она жалуется ему на мужа, как могла бы это делать маме. Терапевт просит выразить свои претензии максимально полно, подобрав соответствующие интонации. Постепенно это приводит клиента к осознанию точного адресата этих жалоб.
2. Предложение терапевтом иной трансферентной фигуры.
Иногда, с моей точки зрения, уместно "предложить" себя в качестве другой трансферентной фигуры, отличающейся от "предлагаемой" клиентом изначально.
Пример. Клиент часто опаздывает на встречи, иногда "забывает" на них прийти. В отношениях с терапевтом в основном занимает контрзависимую позицию, мало говорит о своих переживаниях, косвенно выражает недовольство результатами терапии. Через какое-то время у терапевта возникает гипотеза, что клиент переносит на терапевта отношения с матерью, которой он не мог открыто выразить протест и косвенно сопротивлялся. Попытки терапевта прояснить этот момент воспринимались клиентом как давление и требования, увеличивали защитную реакцию. Гипотеза терапевта состояла в том, что символически клиенту было трудно обсуждать отношения с мамой с "матерью" спроецированной на терапевта. Учитывая небольшую разницу в возрасте и рассказы клиента о том, что в детстве ему не хватало друзей, терапевт решает "предложить" сиблинговый перенос. Он просит клиента пофантазировать, что именно они могли бы делать вместе в детстве, если бы дружили, и как бы они могли вместе переживать сложные для клиента ситуации. Терапевт рассказывает несколько историй из своего детства, когда ему была важна поддержка друзей. Это срабатывает. Клиент становится способен рассматривать свои отношения с матерью вместе с терапевтом и проводить параллели между своим контрзависимым поведением во взрослой жизни и в терапии с невозможностью в детстве открыто выражать матери (властной и авторитетной фигуре) свой протест и агрессию.
3. Осознание переноса.
С моей точки зрения делать действия направленные на осознание клиентом переноса стоит тогда, когда:
А. Терапевтический альянс уже сложился.
Б. У клиента и/или терапевта есть ощущение тупика и отсутствия продвижения в терапии.
В. Терапевту как личности становится некомфортно в предлагаемой ему роли.
Параллельно терапевту важно проделать работу по осознанию собственных контрпереносных реакций и подумать над вопросами (одному или вместе с супервизором) – «Какие мои действия могут способствовать формированию именно такого переноса у клиента? Какие действия клиента способствуют формированию у меня именно такой реакции на него»?
Терапевтические действия терапевта, способствующие осознанию клиентом своего переноса, могут быть различными. Это могут быть простые вопросы о том, похожи ли отношения здесь на какие-то отношения еще? Можно пофантазировать вместе с клиентом о том, на что похожи терапевтические отношения, можно попросить клиента их нарисовать и нарисовать самому. Можно разыграть эти отношения в динамической сценке для углубления осознавания. Наконец, можно просто инициировать открытое обсуждение с клиентом проблемы переноса и чувств клиента по отношению к терапевту.
Важно, чтобы такое осознание не вызывало у клиента чувства токсического стыда, которое нередко возникает при осознании переноса. Терапевту стоит открыто сказать клиенту, что это нормальное явление, и что оно может оказать большую пользу для терапии.
4. Фрустрация переноса и поддержка реальных отношений.
Она возможна тогда, когда терапевт ясно обозначает клиенту, что не может быть для него всем тем, кого бы он хотел перед собой видеть.
Пример. Терапевт говорит клиенту, что он никогда не сможет стать для него тем идеальным отцом, о котором он мечтал в детстве. Всё что он может - это погоревать вместе с ним об этой невозможности. Это позволяет клиенту начать смиряться с бессилием осуществить свою детскую мечту, осознать, что часто он искал этого идеального отца в других людях, а потом в них разочаровывался. Запускается процесс горевания, который будет являться основой для построения клиентом более реалистичных отношений с другими людьми.
Другой вариант это отыгрывание трансферентной роли, и затем осознавание клиентом реалистичности отношений в "здесь и теперь".
Пример. Сначала клиентка выражает свою ярость и злость, которая была адресована матери по поводу ее многочисленных запретов, терапевту. После чего терапевт спрашивает клиентку о том, чего бы ей хотелось в отношениях именно с ним. Немного подумав, клиентка говорит, что хотела бы иногда не соглашаться с терапевтом и иногда конкурировать с ним. В дальнейшей работе клиентка экспериментирует с фигурой, привнесенной из ее отношений с матерью, уже в новом контексте, контексте реальных отношений с терапевтом, причем с новой идентичностью (взрослой женщины, а не ребенка).
С моей точки зрения концепция трансференции еще далека от органичной интеграции в теорию и практику гештальт-терапии. Эта статья является небольшим вкладом в решение этой непростой задачи.
Литература:
- Булюбаш И.Д. Руководство по гештальт-терапии. М., Изд-во «Психотерапия», 2004. - 768с.
- Гринсон Р. Техника и практика психоанализа. М., Когито-Центр, 2010. – 478 с.
- Джойс Ф., Силлс Ш. Гештальт-терапия шаг за шагом: Навыки в гештальт-терапии — М., Институт Общегуматинарных Исследований, 2010 — 352с.
- Зембински З. Перенос и контрперенос в гештальт-терапии. /Гештальт-96, 1996, с.35-51.
- Кан Майкл - Между психотерапевтом и клиентом: Новые взаимоотношения - Б.С.К., 1997 — 148 с.
- Лебедева Н.М. Трансфер в гештальт-терапии: подкидыш, приемное дитя или?//[Электронный ресурс] http://gestalt.spb.ru/articles/transfer/
- Немиринский О. «Хочу, чтобы ты стукнул меня по спине», или микродинамика переноса. /Гештальт-96, 1996, с.52-62.
- Польстер И., Польстер М. Интегрированная гештальт-терапия.: Контуры теории и практики. - М.: Независимая фирма «Класс», 2004. — 272 с.
- Социальная психология: Учебник для высших учебных заведений/Г. М. Андреева. ― 5-е изд., испр. и доп. ― М.: Аспект Пресс, 2012. ― 363 с.
- Фрейд Зигмунд. Основные психологические теории в психоанализе / пер. М. В. Вульф, А. А. Спектор. — М.: АСТ, 2006. — 400 с.
- Шон С. Я-Ты и перенос. /Гештальт-94. 30-36 с.
- Karpman Stephen B., M.D. Fairy Tales and Script Drama Analysis//[Электронный ресурс] http://www.karpmandramatriangle.com/pdf/DramaTriangle.pdf
----------------------------------------------------
Невроз – это неспособность переносить неопределенность.
Депрессия— это замороженный страх.
В любовных отношениях нельзя щадить друг друга, так как это может привести лишь к отчуждению. Если есть трудности, их надо преодолевать.
В определенном смысле то, что мы называем счастьем, случается в результате (предпочтительно непредвиденного) удовлетворения длительное время сдерживаемых потребностей.
Каким смелым и самоуверенным становится тот, кто обретает убеждённость, что его любят.
Люди находят действительность неудовлетворительной и поэтому живут в мире фантазий, воображая себе исполнение своих желаний. Сильная личность воплощает эти желания в реальность. Слабая так и живёт в этом своём мире и её фантазии воплощаются в симптомы различных болезней.
--------------------
Хайнц Когут о нарциссизме - как Фрейд о психоанализе.
Идеализирующий и зеркальный перенос.
Переносы бывают:
По фигуре, по объекту: родительский (материнский, отцовский), сиблинговый
По стадиям (оральный, анальный, эдипальный)
нарциссический, эротический перенос
Позитивный и негативный перенос.
Аналитический третий. Он относится и к переносу и к контрпереносу.
Моё бессознательное контактирует с бессознательным пациента и рождается нечто третье - аналитический третий.
Контрперенос бывает согласующий, несогласующий
Если происходит очень большое событие, даже позитивное, наша психика входит в паузу и в течение года должна будет менять репрезентацию
Психическая травма, как и физическая, сначала это нарушение целостности.
Виды психической травмы: 1)нехватка ёмкости, 2)потеря части, 3) заноза (забыли салфетку в ране), 4) вырубило пробки, переклинило мозги, зациклинность (формирование доминант), 5) компенсаторная система психики стала третьей фундаментальной ногой.
Длительное нахождение в травмирующих условиях приводит к формированию компенсаторных травм.
Формула Фрейда: Всё, что не пережито, должно быть повторено.
Психическая репрезентация меняется в 4 этапа:
1-я фаза- фаза отрицания. длится около 2х месяцев. Все виды психических защит запечатывают в коробочку психическое напряжение, чтобы оно не вышло. Оно, конечно, все равно лезет во все щели, резко увеличивая давление в психике. Механизмы психологических защит берут мою собственную энергию и тратят её на то, чтобы остановить это переживание. Вся группа защит избегания, вся группа защит отрицания работает всегда за счет собственной энергии жизни и потому всегда приводит к хронической усталости.
Психическая боль - это когда психическая реальность разошлась с объективной реальностью.
2-я фаза - фаза поиска. 2 месяца. Психика пытается старую картину мира наполнить новыми образами.
3- я фаза беспомощности - депрессия, 4-6 месяцев
4-я фаза - светлая память.
Это 4 фазы острого горя. Но фазы всегда 4, они одинаковы.
Последствие длительных несчастий. Ханговер.
От чего зависит пройдет человек стадию депрессии успешно или нет?
Объектное постоянство
Степень объектного постоянства определяет сколько я могу выдержать психического напряжения до того как я развалюсь.
Обида - разрыв отношений. Если в меня что-то полетит, то не долетит. Поэтому механизм обиды один из самых спасительных механизмов.
Энергетическая ёмкость в очень большой степени зависит от степени объектного постоянства.
Мы не можем помочь взрослым людям, не можем вернуться в детство, но мы знаем через что можно помочь.
Чтобы помочь человеку, у которого разлетелось объектное постоянство от сильного удара судьбы, надо вернуть ему степень объектного постоянства, иначе он не сможет принять помощь.
Аффективные блоки имеют 3 больших нарушения.
Что такое нормально работающий аффективный блок? Это оптимизм.
1 нарушение аффективного блока - затянутый дискомфорт. Он уничтожает комфорт.
2 нарушение - не дли нарасти дискомфорту, уничтожили комфорт. Дали раньше, чем захотел.
3 нарушение - дискомфорт нарастает. Вмешательство в фазу комфорта убивает комфорт. Во время комфорта не дали побыть во внутреннем процессе.
Если аффективные блоки качественные, психика уверена, что дискомфорт это расстояние между двумя комфортами.
Настройка психики «всё будет хорошо» резко увеличивает емкость нагрузки, напряжения, которую я способен выдержать.
У каждого человека есть примерно 20% аффективных блоков в состоянии оптимизма. Точно, иначе он находился бы в психиатрической лечебнице. Мы не берем острые травматические психохы - это уже психиатрия. Вопрос только в том как включить правильные блок. Коннектом и когнитом - это два разных зверя.
Екатерина Сокальская
Классическая теория психоанализа включает в себя понятия о топографической, структурной и экономической модели метапсихологии. Первая топика, вторая топика и экономическая модель.
Фрейд хотел показать как энергия влечений формирует или определяет психическую жизнь, участвует в нормальной психологии и в образовании психопатологических симптомов.
Второй компонент классической теории заключается в том, что гипотетически существуют стадии инфантильного развития либидо и Я, и каждая из стадий имеет примат определенных зон: оральная, анальная, фаллическая (Эдипов конфликт, вертится вокруг гениталий и кастрационных страхов).
Следующий компонент классической теории заключается в том, что невротические расстройства, неврозы, являются регрессивным комплексом, при котором пациент регрессирует, т.е. возвращается к инфантильным точкам фиксации. Например у пациента с навязчивостями происходит регресс к анальной стадии, где конфликт вокруг садизма, мазохизма в управлении агрессией является ключевым.
А. И . Куликов
Граница в психоанализе - например между Сверх-Я и Оно - в некоторых случаях структура, а в некоторых - процесс.
Фрейд нарушал границы.
В 14 штатах США есть уголовная статья за неправильное использование транссферы пациента. То есть, если вы эксплуатируете перенос пациент, то...
Ференци: Инцест - это любовь, пропитанная ненавистью.
Куликов А. И.
