Дневник
НЕДУГИ И БОЛЕЗНИ НАДО ЕЩЁ ЗАСЛУЖИТЬ.
Болен телом, чувствуешь боль, значит, духовно еще не умер. Значит, Господь ведет за твою душу борьбу. Благодари за это Бога. Для апостола Павла насущной проблемой являлась болезнь его тела. Через этот физический, а похоже, и духовный, недуг Господь оберегал его от падения большего.
Апостол Павел сам свидетельствовал о себе: «И чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня, чтобы я не превозносился. Трижды молил я Господа о том, чтобы удалил его от меня. Но Господь сказал мне: довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи. И потому я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова» (2Кор.12:7–9).
Протоиерей Олег Стеняев
Из-за чего Диккенс разошёлся с женой?
Фрагмент эссе С. Моэма "Чарльз Диккенс и Дэвид Копперфилд" (1948)
Расхождение с женой.
В 1857 году Чарльзу Диккенсу было сорок пять лет. Из девяти еще живых детей старшие выросли, младшему шел шестой год. Известность его гремела на весь мир. В Англии не было писателя популярнее. Он пользовался влиянием. Жил в соответствии со своими театральными инстинктами, на глазах у публики. Несколько лет назад он познакомился с Уилки Коллинзом, и знакомство это быстро перешло в тесную дружбу. Коллинз был на двенадцать лет моложе Диккенса. Мистер Эдгар Джонсон пишет о нем так: "Он любил сытную еду, шампанское и мюзик-холлы. Часто вел сложные интриги с несколькими женщинами одновременно; был забавен, циничен, благодушен, несдержан до пошлости". Для Диккенса Коллинз (опять цитирую мистера Джонсона) олицетворял "веселье и свободу". Они вместе путешествовали по Англии и побывали в Париже, чтобы освежиться. Вполне вероятно, что Диккенс, как поступили бы многие на его месте, воспользовался случаем и затеял легкий флирт с какой-нибудь подвернувшейся по дороге молодой и несверхдобродетельной особой. Кэт дала ему не все, чего он ожидал, и он ощущал это все более четко. "Она приятна и уступчива, - писал он, - но понять меня ее ничто не заставит". Чуть ли не с первых дней брака она его ревновала. Боюсь, что сцены, которые она ему устраивала, было легче переносить, когда он знал, что оснований для ревности у нее нет, нежели позднее, когда они несомненно были. Он убеждал себя, что она никогда ему не подходила. Он развивался, а она оставалась прежней. Диккенс был хорошим отцом и сделал для своих детей все возможное; хотя его не так уж радовала необходимость кормить столько ртов, в чем он, кстати сказать, считал виноватой только Кэт; он очень любил детей в ранние годы, но когда они подрастали, терял к ним интерес, и подросших мальчиков рассылал в отдаленные уголки земли. Правда, ничего интересного они как будто и не обещали.
Но очень возможно, что если б не один непредвиденный случай, ничто не изменило бы отношений между Диккенсом и его женой. Как часто бывает при несходстве характеров, они могли бы отдалиться друг от друга, но в глазах света сохранить видимость близости. Но Диккенс влюбился. Как я уже говорил, у него была страсть к театру, и он не раз ставил разные пьесы с благотворительной целью. В то время, о котором я сейчас веду рассказ, его просили провести в Манчестере несколько спектаклей "Замерзшей пучины", которую Коллинз написал с его помощью и которая уже была с большим успехом показана в Девоншир-Хаусе в присутствии королевы, принца-консорта и короля бельгийского. Но, согласившись повторить спектакль в Манчестере, он решил, что голоса его дочерей не будут слышны в огромном театре и на женские роли нужно пригласить профессионалок. На одну из этих ролей была приглашена молодая актриса Эллен Тернан. Ей было восемнадцать лет. Она была миниатюрна и белокура, а глаза у нее были синие. Репетиции проходили в доме у Диккенса, он и режиссировал пьесу. Ему льстило обожание Эллен и ее трогательное старание угодить ему. Репетиции еще не кончились, как он в нее влюбился. Он подарил ей браслет, который по ошибке вручили его жене, и та, естественно, устроила ему сцену. Чарльз, видимо, изобразил оскорбленную невинность - самый удобный выход для мужа, который попался. Пьесу сыграли, и он играл в ней главную роль, роль самоотверженного арктического исследователя - с таким подъемом, что во всей зале не осталось никого, кто бы не прослезился. Для этой роли он отрастил себе бороду.
Отношения между Диккенсом и его женой становились все более натянутыми. Он, прежде всегда такой сердечный, такой благодушный, такой легкий в общении, теперь стал угрюм, нервничал и сердился на всех... кроме Джорджи. Он был очень несчастлив. Наконец он пришел к выводу, что больше жить с Кэт не может, а публика так к нему привыкла, что он опасался скандала, который могла вызвать открытая ссора с женой. И тревога его понятна. Своими невероятно прибыльными "Рождественскими повестями" он сделал больше, чем кто бы то ни было, чтобы превратить рождество в символический праздник в честь домашних добродетелей и красоты дружной и счастливой семейной жизни, в волнующих выражениях он уверял своих читателей, что нет ничего лучше домашнего очага. Положение сложилось очень щекотливое. Выдвигались разные варианты. Один сводился к тому, чтобы Кэт получила в собственность несколько комнат в доме, отдельно от мужа, продолжала играть хозяйку дома, когда у них принимали гостей, и сопровождала его на официальные приемы. Другой - чтобы она оставалась в Лондоне, когда он живет в Гэдсхилле (дом в Кенте, который Диккенс недавно купил), и оставалась в Гэдсхилле, когда он уезжает в Лондон. Третий - чтобы она поселилась за границей. Все три варианта она отвергла, и наконец остановились на полном разъезде. Кэт поселили в маленьком домике на краю Кэмден-Тауна, положив ей доход в шестьсот фунтов в год. Немного позднее ее старший сын Чарльз переехал к ней на какое-то время.
Такое устройство удивляет. Невольно задаешься вопросом: почему Кэт, хоть и мирная и глуповатая, разрешила выгнать себя из собственного дома и согласилась уехать без детей? Об увлечении Чарльза актрисой она знала, и как будто ясно, что, держа в руках этот козырь, могла поставить ему любые условия. В одном письме Диккенс упоминает о "слабости" Кэт; в другом, к несчастью тогда же опубликованном, упоминает об умственном расстройстве, из-за которого "жена его считает, что лучше ей уехать". Сейчас можно с уверенностью сказать, что это были деликатные намеки на то обстоятельство, что Кэт пила. Ничего не было бы странного, если бы ревность, чувство неполноценности, мучительно обидное сознание, что она не нужна, привели ее к бутылке. Если она стала алкоголичкой, этим объяснялось бы, почему Джорджи вела весь дом и занималась детьми, почему они остались дома, когда их мать уехала, почему Джорджи могла написать, что "неспособность бедной Кэт смотреть за детьми ни для кого не была тайной". Возможно, что и старший сын переехал к ней, чтобы сдерживать ее запои.
Диккенс был так знаменит, что его личные дела не могли не вызвать пересудов. Поползли скандальные слухи. Он узнал, что Хогарты, мать и сестра Кэт и Джорджи, уверяют, что Эллен Тернан - его любовница. Он пришел в ярость и заставил их, пригрозив, что иначе выселит Кэт из дома без гроша, подписать заявление, что они не видят в его отношениях с юной актрисой ничего предосудительного. Хогартам понадобились две недели, прежде чем они решились поддаться на этот шантаж. Они должны были знать, что, если он выполнит свою угрозу, Кэт может обратиться в суд с неопровержимыми доказательствами; если они не решились зайти так далеко, то лишь потому, что у Кэт тоже были грехи, разоблачения которых они не желали. И еще - было очень много разговоров о Джорджи. Она-то, в сущности, и есть самая загадочная фигура в этом деле. Трудно понять, как никто не соблазнился возможностью написать пьесу, в которой она играла бы центральную роль. В этой же главе я уже упоминал о том, как многозначительна дневниковая запись Диккенса после смерти Мэри. Мне казалось ясным не только то, что он был в нее влюблен, но и то, что он уже недоволен своею Кэт. А когда Джорджи переехала к ним на житье, его очаровало ее сходство с Мэри. Так что же, он и в нее влюбился? И она его полюбила? Этого никто не знает. Джорджи ревновала его настолько, что вырезала все благоприятные отзывы о Кэт, когда после смерти Чарльза готовила к печати сборник его писем; но отношение церкви и государства к браку с сестрой умершей жены придало всяким таким отношениям оттенок кровосмешения, и ей, возможно, даже в голову не приходило, что между ней и человеком, в доме которого она прожила пятнадцать лет, может быть, нечто большее, чем нежная и вполне законная привязанность сестры к единокровному брату. Может быть, ей хватало того, что ее доверием пользуется столь знаменитый человек, что она утвердила полное свое превосходство над ним. Самое странное заключается в том, что когда Чарльз страстно влюбился в Эллен Тернан, Джорджи с ней подружилась и как друга принимала ее в Гэдсхилле. Что бы она ни чувствовала, она никому об этом не сообщила.
О связи Чарльза Диккенса с Эллен Тернан рассказано теми, кто мог кое-что знать, так сдержанно, что подробностей не уловишь. Похоже, что сперва она противилась его домогательствам, но потом уступила. Считают, что он, назвавшись Чарльзом Трингемом, снял для нее дом в Пэкхаме, и там она жила до его смерти. По словам его дочери Кэти, у нее был от него сын; раз больше ничего про него не известно, предполагают, что он умер в младенчестве. Но победа над Эллен, говорят, не дала Диккенсу того блаженства, какого он ожидал. Он был на двадцать пять лет старше ее и просто не мог не знать, что она его не любит. Нет мук более горьких, чем муки безответной любви. По завещанию он оставил ей тысячу фунтов, и она вышла замуж за священника. Одному своему другу из духовного звания, некоему канонику Бенхаму, она признавалась, что "ей противна даже мысль о той близости", к которой силою склонил ее Диккенс. Подобно многим другим представительницам слабого пола, она, видимо, была не прочь принимать побочные доходы, связанные с ее положением, но делала вид, что не понимает, чего от нее ждут взамен.
Из эссе Моэма «Чарльз Диккенс и "Дэвид Копперфилд"» (1948)
Способность получить высококлассное образование может стать элитарной привилегией, доступной только «посвященным». Вспомним Умберто Эко, предлагавшего в романе «Имя розы» пускать в Библиотеку только тех, кто умеет, кто готов воспринимать сложные знания. Произойдет разделение на тех, кто будет уметь читать сложную литературу, и тех, кто читает вывески, кто таким клиповым образом хватает информацию из интернета. Оно будет раздвигаться все больше и больше.
Черниговская Т.В.
Джентльмен ("gentleman") - мужской образ, сформированный в викторианскую эпоху. Изначально слово "джентльмен" означало мужчину благородного происхождения, но потом так стали называть образованного и воспитанного мужчину, почтенного и уравновешенного. В Средние века словом "джентльмен" называли членов нетитулованного дворянства - джентри, к которому относились рыцари и потомки младших сыновей феодалов. Клайв Льюис в своём трактате "Просто христианство" отмечал, что в XIX веке "джентльменом" называли каждого мужчину, живущего на доходы с капитала и имеющего возможность не работать, безотносительно к его личным качествам.
Правила для джентльменов, опубликованные в 1875 г. в "A Gentleman’s Guide to Etiquette":
1) Верхом невоспитанности является отвлечение во время разговора на свои часы, трубку или записную книжку. Даже если вы устали и вам скучно, не показывайте этого.
2) Никогда не перебивайте того, кто говорит. Даже простое уточнение неправильной даты может быть невежливым, если вас о том никто не просил. Еще хуже заканчивать за человека его мысль или торопить его любым способом. Дослушайте до конца анекдот или историю, даже уже знакомые вам.
3) Никогда не пытайтесь доказать свою правоту с помощью повышения голоса, высокомерия или уничижительного обращения. Будьте всегда любезным и откровенным, свободным от всякого диктаторства.
4) Никогда, если, разумеется, вас не просили этого сделать, не говорите о вашем собственном бизнесе или профессии в обществе. Вообще поменьше уделяйте внимания своей персоне.
5) Джентльмен, обладающий настоящим интеллектом и культурой, как правило, скромен. Он может чувствовать, находясь в обществе обычных людей, что в интеллектуальном плане он выше тех, кто вокруг него, но он не будет стремиться показать свое превосходство над ними. Он не будет стремиться затрагивать темы, в которых собеседники не обладают соответствующими знаниями. Все, что он говорит, всегда отмечено вежливостью и уважением к чувствам и мнению других.
6) Не менее важно, чем умение хорошо говорить, умение с интересом слушать. Именно оно делает человека отличным собеседником и отличает человека из хорошего общества.
7) Никогда не слушайте разговор двух лиц, который не предназначен для вас. Если они так близко, что вы не можете не слышать их, вы можете, соблюдая приличия, просто перейти в другое место.
8) Старайтесь говорить, насколько это возможно, кратко и по делу. Избегайте длительных отвлечений и не относящихся к предмету замечаний.
9) Если вы внимаете лести, то вы должны также открыть ворота глупости и чрезмерному самомнению.
10) Даже если вы уверены, что ваш оппонент совершенно не прав, ведите дискуссию спокойно, высказывайте аргументы и контрдоводы не переходя на личности. Если вы видите, что собеседник непреклонен в своем заблуждении, то ловко переведите разговор на другой предмет, оставляя ему возможность сохранить лицо, а вам избежать гнева и раздражения.
11) Имейте, если хотите, стойкие политические убеждения. Но не выпячивайте их при любом случае и ни в коем случае не заставляйте других людей соглашаться с вами. Выслушивайте спокойно другие мнения и не встревайте в ожесточенные споры. Пусть ваш собеседник подумает, что вы плохой политик, но не дайте ему повод усомниться, что вы джентльмен.
12) Говоря о своих друзьях, не сравнивайте их друг с другом. Говорите о достоинствах каждого из них, но не пытайтесь усилить достоинства одного за счет противопоставления порокам другого.
13) Избегайте в разговоре любых тем, которые могут травмировать отсутствующих. Джентльмен никогда не будет клеветать или слушать клевету.
14) Даже остроумный человек становится утомительным и невоспитанным, когда он пытается полностью поглотить внимание компании.
15) Избегайте слишком частого употребления цитат и мыслей великих. Как приправа к еде, они могут украсить беседу, но их чрезмерное количество портит блюдо.
17) Избегайте педантизма. Это знак не интеллекта, а глупости.
18) Говорите на родном языке правильно, в то же время не будьте слишком большим сторонником формальной правильности фраз.
19) Никогда не делайте замечания, если другие делают ошибки в своей речи. Обратить внимание словом или другим действием на такие ошибки собеседника является признаком невоспитанности.
20) Если вы специалист или ученый, избегайте использования технических терминов. Это признак дурного тона, потому что многие их не поймут. Если, однако, вы случайно использовали такое слово или фразу, еще большей ошибкой будет тут же броситься объяснять его значение. Никто не будет благодарить вас за такое подчеркивание их невежества.
21) Никогда не стремитесь играть в компании роль шута, потому что очень быстро вы приобретете славу «смешного человека» для вечеринок. Эта роль недопустима для настоящего джентльмена. Стремитесь к тому, чтобы ваши собеседники смеялись вместе с вами, но не над вами.
22) Избегайте хвастовства. Говорить о своих деньгах, связях, возможностях является признаком очень дурного тона. Точно так же нельзя гордиться вашей близостью с выдающимися людьми, даже если она имеет место быть. Постоянное подчеркивание «мой друг, губернатор Х», или «мой близкий знакомый, президент Y» является напыщенным и недопустимым.
23) Не стремитесь придать своему образу излишнюю глубину и утонченность, презрительно отказываясь от веселых бесед, шуток и развлечений. Старайтесь действовать в соответствии с обществом, в котором вы находитесь, если это не противоречит другим правилам джентльмена.
24) Грубо, неприлично и глупо вставлять в свою речь цитаты, выражения и термины на иностранном языке.
25) Если вы чувствуете, что начинаете злиться в разговоре, то либо обратитесь к другой теме, либо замолчите. Вы можете произнести в пылу страсти слова, которые вы никогда бы не использовали в спокойном состоянии духа, и за которые вы потом будете горько раскаиваться.
26) «Никогда не говорите о веревке в присутствии человека, родственник которого был повешен» - это хотя и грубоватая, но верная народная пословица. Тщательно избегайте тем, которые могут быть слишком личными для собеседника, не вмешивайтесь в чужие семейные дела. Не стремитесь к обсуждению чужих секретов, но если вам их все же доверили, то рассматривайте это как очень ценный знак и никогда не передавайте свои знания третьему лицу. Хотя путешествия способствуют развитию ума и кругозора джентльмена, все же не стоит при всяком случае вставлять фразы: «когда я был в Париже...», «в Италии этого не носят...» и так далее.
27) Избегайте сплетен. Это и в женщине выглядит отвратительно, но для мужчины это абсолютно подло.
Платок - зануздалка или куталка
Среди разнообразия казачьих женских головных уборов особое место занимает «зануздалка» или «куталка». Этот причудливый платок, надеваемый казачками для полевых и пыльных дел, представляет собой не малый интерес. Функциональный, с одной стороны, и самобытный (даже экзотичный для иногороднего глаза) с другой, этот головной убор был неотъемлемой частью женского станичного быта на Дону и на Тереке.
Н.Ф.Яковлев в своем этнографическом очерке, посвящённом одежде казаков Верхнего Дона, писал о зануздалке следующее:
"…поверх накинутой на голову шали повязывается под подбородок, прикрывая с боков уши, платочек, свернутый узкой полосой, концы его завязываются на макушке. «Зануздалка» была непременно иного, по сравнению с шалью, цвета, красная на белой и наоборот». Концы шали уже поверх надетой «зануздалки» обёртывались, прикрывая нижнюю часть лица и рот, вокруг шеи и повязывались спереди узлом» . Столь замысловатый головной убор носился донскими казачками в холодное время года, спасая их от пронизывающего степного ветра. «Ушам тяпло» — мотивируются эти странные способы ношения платков".
Не меньшее распространение данный вид головного убора получил и на Тереке, но под иным названием — куталка, т.е. от глагола «кутаться».
«Для сохранения кожи лица и рук от загара они и в поле, и садах, а так же дома, «кутаются», обвязывая лицо платком настолько, что оставляют видными только одни жгучие глаза».
Зануздалка или куталка не связаны ни с восточной, ни тем более с исламской традицией. Данный головной убор играл в быту труженицы-казачки сугубо утилитарную роль — он защищал её лицо от беспощадного ветра, зноя, пыли. Зануздалки носили на сенокос, молотьбу, надевали на виноградники и пашни. Зануздалка не предусмотрена в праздничном костюме казачки ни на Дону, ни на Тереке.
Лев Семёнович Выготский где-то рассказывал анекдот о двух евреях, которые удивительным образом спаслись при крушении судна. Когда их спросили о том, как им это удалось, они ответили: мы просто разговаривали; плыли и разговаривали.
- В 1913 году Лев Выготский был принят в Московский университет простым голосованием по «еврейской лотерее»: тогда для поступления в университеты Москвы и Санкт-Петербурга была установлена трехпроцентная квота еврейских студентов.
- Лев Выготский так и не закончил формальное обучение в Императорском Московском университете и, таким образом, он так и не получил высшего образования: его учеба была прервана Октябрьским восстанием большевиков в 1917 году.
Мозг перестал внутри себя разворачивать время и пространство.
Где ты? Нигде.
* * *
Если выбирать подумать простое или подумать сложное, мозг выберет подумать простое.
Бесконечные дофаминовые вспышки от ага-эффекта.
Нашему мозгу свойственна иллюзия понятности.
Мы пребываем в иллюзии понятности. А заметить, что в этой конструкции мы перестаём думать, мы не можем. И это чудовищная проблема, мы не можем остановиться в своей деградации. С одной стороны потому, что вся экономика работает на то, чтобы забрать наше внимание в свои бизнес-планы, монополизировать наше внимание, с другой стороны потому, что мы сами не можем заметить, что мы перестали по-настоящему думать, что мы просто перекладываем информации с одной полки своего мозга на другую.
* * *
Мы вынуждены сомневаться и в собственном Я, и мы должны это делать.Я назвал эту лекцию «Переосмысление психологии». Нам пора понять как всё радикально поменялось. Знания, которые мы считаем психологическими, и которыми пытаемся кого-то образовывать, вовсе не такая работающая штука, как хотелось бы, с учетом всего, что происходит с нами в этот момент.
Бехтерев называл эту науку рефлексологией. Но рефлексы - это такая же удобная фикция.
Что именно мы изучаем? Мы изучаем человека как результат историко-культурной ситуации, в которой он находится, или мы изучаем его как какой-то фактический биологический экстракт, или мы изучаем его социальное поведение? Если мы окинем взглядом вавилонскую башню, которую представляет современная психология, то это не та наука, которая себя опровергает.
* * *
Спиноза, Юм, Джеймс, Пирс - это философы, у них нет экспериментальной базы. Они сделали для психологии столько, что немногие психологи столько сделали. С другой стороны там был серьезнейший физиологический подход - от Сеченова, Павлова до современных исследований.
Дальше тема влечений - Фрейд, Лакан...
Всё что касается социальной психологии - это же выдающиеся эксперименты. Они вошли в противоречие с экзистенциальным вектором. Ясперс, Маслоу, Роджерс... Огромная гуманистическая ветвь психотерапии, проблематизирующая личность, самоактуализацию, развитие.
Параллельно эксперименты о нашей конформности, подчинении авторитетам.
И Канеман (система 1, система 2) - совершенно другое существо описывает, чем экзистенциалисты.
С другой стороны подходит когнитивистика. Всё захватили, всё переименовали.
И сама нейрофизиология...
Это огромный психологический Франкенштейн. Этому нельзя научиться. Нет такой науки, которая могла бы это объять.
Всё это работает, и работает на одном субстрате - на нашем мозге. Это был один и тот же субъект.
Мы стоим перед задачей формирования совершенно новой антропологии, которая будет изучать наш вид.
Никакая мы не ризома, общество просто рассыпалось, и как себя поведет человек в этих обстоятельствах неизвестно.
А когда нам сделают электронные чипы, и мы будем хранить информацию как в википедии, как человек поведет себя? Что с ним будет происходить? А это очень скоро случится.
Мы не в силах противостоять собственному оглуплению. Когда кто-то говорит: все - идиоты, ключевое слово - все.
Андрей Курпатов
- «Человеческая деятельность не испаряется, не исчезает в своем продукте; она лишь переходит в нем из формы движения в форму бытия или предметности».
- «Небывальщина нужна ребенку лишь тогда, когда он хорошо утвердится в бывальщине».
- «На самом деле психология на каждом шагу учит нас, что два действия могут протекать с внешней стороны одинаково, но по своему происхождению, по своей сути, по своей природе могут быть глубоко отличными друг от друга».
- «Художественная эмоция требует усиленной работы интеллекта».
- «Когда мы, следовательно, намеренно вмешиваемся в течение процессов нашего поведения, то это совершается только по тем же законам, каким подчинены эти процессы в своем естественном течении, точно так же, как только по законам внешней природы мы можем ее видоизменять и подчинять своим целям».
- «Как электричество действует и проявляется не только там, где величественная гроза и ослепительные молнии, но и в лампочке карманного фонаря, так точно и творчество на деле существует не только там, где оно создает великие исторические произведения, но и везде там, где человек воображает, комбинирует, изменяет и создает что-либо новое, какой бы крупицей ни казалось это новое по сравнению с созданиями гениев».
- «Не вправе ли мы предположить, что при таких условиях создастся новый тип человека, стоящий выше самых высоких типов, какие создавала до сих пор культура? Это будет сверхчеловек, если хотите, но он будет не исключением, а правилом, он будет сверхчеловеком по сравнению со своими предками, а не со своими ближними».
- «Исполнение автоматического акта не задает нашему уму никакой задачи. Нет затруднения – значит, нет потребности, а следовательно, нет и сознания».
- «Только поднятие всего человечества на высшую ступень в общественной жизни, только освобождение всего человечества является путем к возникновению нового типа человека. Однако это изменение человеческого поведения, изменение человеческой личности неизбежно должно привести к дальнейшей эволюции человека и к переделке биологического типа человека».
- «Действительное и полное понимание чужой мысли становится возможным только тогда, когда мы вскрываем ее действенную, аффективно-волевую подоплеку».
Лев Выготский
Основной принцип теории игр состоит в следующем: любое общение (по сравнению с его отсутствием) полезно и выгодно для людей. Этот факт был подтвержден экспериментами на крысах: было показано, что физический контакт благоприятно влиял не только на физическое и эмоциональное развитие, но также на биохимию мозга и даже на сопротивляемость при лейкемии. Существенным обстоятельством явилось то, что ласковое обращение и болезненный электрошок оказались одинаково эффективным средством поддержания здоровья крыс.
Эрик Берн
- Стоит задача найти себя в мире, в котором все потеряно.
- То, с чем мы сейчас имеем дело, это посильнее всех фаустов вместе взятых.
- Три клетки нашего я, и ни через одну из них не говорит реальность - всё это модели реальности. Телесная жизнь, социальная жизнь, сознательная жизнь. Мы - результат программы, которую сами же писали.
Три клетки, в которых мы живём: физического ощущения мира - физической самости; самости социальной - взаимодействие с другими, как мы себя ощущаем, когда мы чувствуем несправедливость, обиду, когда мы чувствуем потребность в понимании, социальное я - клетка; и языковая, когда мы видим всё через язык, мы сами - набор слов. Пол, возраст, профессия, жизненный опыт - это набор слов. За каждым из них стоит содержание, но слова определяют какое содержание я вижу. И это третья клетка - моё сознательное я. - Мы живём в мире желаний нежелаемого. Наши желания имеют биологическое происхождение, что логично. Проблема в том, что мы хотим не еды, тепла и нежности, а мы хотим, чтобы нас любили, чтоб у нас была большая чистая любовь, мы хотим успеха, достижений, мы хотим сделать что-нибудь значимое, чтобы к нам прислушивались, чтобы нас уважали. Но всё это химеры, ничего этого нет. Эти желания пусты... В «Складке времени» я описывал это как нехватку нехватки.
- Что если в пещере Платона зажжется Солнце? Там теней не будет.
- Наведённые культурой желания и потребности, тоска. Есть всё время ощущение подделки, ненастоящего. А настоящее должно прийти только изнутри, по другому оно не может приходить. Всё остальное будет результатом отношений: меня с чем-то, что я себе представил, описал и т.д. Но всё это - постсобытие, а событие - это жизнь, которая исходит из вас.
- Самый главный «deepfake» - наше собственное представление о себе.
- Когда вы оборачиваетесь на себя, вы обнаруживаете свои травмы. Никаких других себя нет. Три клетки нашего я: телесная, социальная (всё, что с детства до нынешнего момента) и клетка сознательная (всё, что с детства до нынешнего момента). Всё, что мы пытаемся найти в себе есть результат, продукт - это уже не вы. Вы обнаружили необученную нейронку, придется снова учить. Это замкнутый круг (Уробо́рос). Поэтому вопрос о себе должен быть осмыслен совсем иначе. Не к тому - чего я хочу на самом деле? Чего научила эта жизнь, того ты и хочешь, и не очень и хочется - правда. Вы не заказывали ту музыку, которую вы исполняете.
- Внутренняя трансформация — это всегда сначала — ужас, потом — растерянность, и только затем — свобода.
- Почему мы не обращаемся к самим себе? Потому что тех нас, которых мы ищем, в нас нет. Нет в нас какого-то подлинного я, которое где-то скрылось. Но в нас есть реальность мира, реальность всего подлинно происходящего, которым мы можем стать, ощущая в себе жизнь, ощущая в себе отношения с миром, про которое я в своё время писал в книге «Индивидуальные отношения». И это могут быть индивидуальные отношения с миром через самого себя, через другого человека, понятого как подлинный другой, и через ощущения мира как такового - это три патерна, которые определяют наше подлинное бытие.
- Человечество всегда подходит к фазе, где оно встречает своё ничто
Андрей Курпатов
Жизнь — это комедия для тех, кто думает, и трагедия для тех, кто чувствует.
Хорас Уолпол
----
Британский писатель. Политик. Граф Оксфордский. Основатель жанра готического романа.
Хорас Уолпол, четвертый граф Орфорд родился 24 сентября 1717 года в городе Лондон. Мальчик вырос в семье премьер-министра, главы партии вигов Роберта Уолпола. Как представитель старинного аристократического семейства, получил блестящее образование в элитной школе: Итоне, затем продолжил его в Кингз-колледже Кембриджского университета.
Оксфордский словарь английского языка содержит 233 его неологизма. Многие из них не прижились, однако большинство употребляется и в настоящее время.
Уолпол уже в весьма почтенном возрасте в 1791 году получил по наследству титул четвертого графа Орфордского, но, не имея наследников, передал его племяннику.
Хорас Уолпол скончался 2 марта 1797 года в Лондоне на 80-м году жизни.
...В душе моей поют сиротские соборы,
и белый снег метет меж сосен и берез,
но те кого люблю, на приговоры скоры
и грозный суд вершат не в шутку, а всерьез.
О, нам хотя б на грош смиренья и печали,
безгневной тишины, безревностной любви!
Мы смыслом изошли, мы духом обнищали,
и жизнь у нас на лжи, а храмы — на крови
Мы рушим на века — и лишь на годы строим,
мы давимся в гробах, а Божий мир широк.
Игра не стоит свеч, и грустно быть героем,
ни Богу, ни себе не в радость и не впрок...
* * *
...Я на ветру продрог, я в оттепели вымок,
заплутавшись в лесу, почуявши дымок,
в кругу моих друзей, меж близких и любимых,
о как я одинок! О как я одинок!...
* * *
...Во сне вину мою несу
и — сам отступник и злодей —
безлистым деревом в лесу
жалею и боюсь людей.
* * *
...Я – просто я. А был, наверное,
как все, придуман ненароком.
Всё тише, всё обыкновеннее
я разговариваю с Богом.
Борис Чичибабин
«Мы просто стояли рядом»: как растят насилие — по кругу, по палке, по детям
Они стояли кружком.
Один — бил.
Второй — бил.
Третья — дождалась своей очереди.
Птица пыталась отползти. Птица с переломанными крыльями. Она не кричала. Она просто умирала.
А дети — по очереди били.
Это не военная хроника. Это не архив гулага. Это Россия, Приморье, лето 2025-го. Дети, совсем малышня, толпой забили палкой голубя.
Это видео я не выложу. Потому что даже мне, привыкшей ко многому, захотелось выбросить ноутбук. Не потому что «бедный голубь». Хотя и это тоже. Но и бедные дети.
И да, это парадокс. Но только на первый взгляд.
Потому что если ты смотришь в экран, а перед тобой — группа детей, младших школьников, малышей и чуть постарше, которые с методичностью бульдозера избивают живое существо, и у них ни на лице, ни в жесте, ни в глазах — ни тени ужаса, ни боли, ни раскаяния — то у тебя один вопрос:
КТО будет платить за этот счёт?
Ответ — мы. Общество. Государство. Ну и, конечно, эти же дети — но уже лет через 15. Когда станут взрослыми.
Всплеск подростковой жестокости в России — не мой вымысел. Это официальная статистика Генеральной прокуратуры РФ:
За последние 2 года рост преступлений среди детей — +18%. Это 13,8 тысячи случаев. И да, это только то, что дошло до отчётов.
Психологи трубят давно: дети не рождаются с палкой в руках и садизмом в голове. Это кто-то дал им разрешение. Не словами. Атмосферой. Примером. Телевизором. Речами. Сигналами.
- И я скажу это чётко:
Если взрослые мужики разрешают себе стрелять по собакам и хвалятся этим в пабликах,
если мамы в истерике требуют «отстрелять всех» у школ, «пока не поздно»,
если депутаты предлагают запретить кормить бездомных животных, а заодно поощряют доносительство и «охоту на ведьм»
то что удивляться, что дети не видят разницы между мультиком и реальностью? Между жертвой и игрушкой? Между преступлением и развлечением?
Система не работает.
Вместо комплексной профилактики — запреты.
Вместо просвещения — заградотряды и истерика.
Вместо вменяемых людей у руля защиты детей — сплошной совдеп, где дети — либо святые, либо преступники.
А ведь это как в бизнесе: если у тебя у руля — вменяемый руководитель, он подбирает профессионалов, но и тех, с кем не стыдно идти в бой. А если у руля безликая серая бездушная оболочка, то команда будет ровно такой же — безликой, безвольной, и без вектора.
Мы пока отделываемся испугом.
Но если дальше в стране будут плодить эту риторику страха и насилия, то следующим «вирусным видео» может стать не голубь, а человек. И его тоже кто-то будет «учить палкой», с таким же равнодушием в глазах.
Что делать?
Профилактика. Не репрессивная, а системная. С психологами, с программами, с учётом возраста.
Образование. Не только про историю. Про эмпатию. Про жизнь. Про границы.
Люди у руля. Не случайные. Не по блату. А те, кто понимает, что дети — это не маленькие взрослые, а большие возможности.
И пока нам кажется, что «это мелочь, это не про нас» — этот круг палки продолжается. Только теперь не по голубю. А по будущему.
«О голосе автора, никогда не равном голосу персонажа - но часто звучащем сквозь него.
В случае романов Достоевского регулярно всем хочется одной вещи: найти, где тут уже говорит не герой, а сам автор. Пресуппозиция должна здесь быть абсолютно непреступаема: там где говорит герой Достоевского, голоса автора в его абсолютной и окончательной ипостаси мы НИКОГДА не слышим. Даже в случае со старцем Зосимой (а не только с подпольным человеком). Потому что Достоевский недаром так часто использует повествователя или повествование от лица героя – он делает это для того, чтобы мы не путались. Однозначно – говорит подпольный человек. Всё. Потому что Достоевский умеет говорить СКВОЗЬ голос героя. Как правило – и это очень ясно видно в «Братьях Карамазовых», он использует ту часть слова, которую герой не задействовал, не актуализировал в данном контексте. Один из примеров того, как это у него получается. Госпожа Хохлакова, замечательный персонаж, который очень много болтает, как только появляется, - и поэтому дает автору богатую возможность разместиться в ее речи. А поскольку она дама взбалмошная и иногда бестолковая – то этот материал становится просто богатейшим. Вот, например, случай со старцем Зосимой, от которого все ожидали посмертных чудес, а он вместо этого провонял. И Ракитин рассказывает Алеше, что госпожа Хохлакова прислала ему письмо, где она пишет, что не ожидала от такого почтенного старца, как старец Зосима, «такого поступка». Ракитин подчеркивает: «так ведь и написала – поступка!» Это очень смешно на уровне, на котором говорит госпожа Хохлакова. Но что у нас получается на уровне авторского слова? Старец Зосима, по сути, сыграл для Алеши ту же роль, что великий инквизитор сыграл по отношению к «миллионам невинных младенцев» - взрослых людей, которых он обратил к себе, а не к Богу. Потому что Алеша пришел в монастырь, где встретил старца – не Бога. Бога он встретил только в главе «Кана Галилейская». Он Лизе Хохлаковой прямо скажет, что в Бога-то он, может, и не верит. Он любит и верит в своего старца. Старец Зосима абсолютно этого не хотел – в отличие от великого инквизитора. Здесь это делается не за счет желания ведущего – а за счет желания ведомого. И вот теперь – если бы старец Зосима действительно после смерти начал «чудеса отмачивать» (по счастливому выражению Ракитина) – то Алеша абсолютно укрепился бы в этой своей позиции. И ему и не нужен был бы Бог – у него есть старец. И тогда Зосима (и Хохлакова нам дает понять, что он это делает совершенно сознательно и в соответствии со своей волей! – ибо это его ПОСТУПОК) отступает в область действия законов природы, чтобы показать разницу между собой и Богом. И потом, в главе «Кана Галилейская», он является для Алеши именно проводником к Тому, Кто есть «Солнце наше» (и на Кого Алеша сам, без старца, «боится смотреть»).
То есть – госпожа Хохлакова сболтнула, спустословила. А Достоевский, пользуясь этим ее пустым словом, выстраивает свою грандиозную концепцию, противопоставляя таким образом Зосиму – великому инквизитору. Вот так соотносится речь персонажа и речь автора. Поэтому – еще раз – никогда, когда говорит персонаж, мы не слышим именно в этих дискурсивных словах голоса автора. Потому что голос автора проявится в гораздо более сложной конструкции – и выразит нечто гораздо более сложное и гораздо более грандиозное, чем звучит в словах персонажа – даже если это персонаж – старец Зосима».
Слоны двигаются грациозно, почти бесшумно, и при этом на «цыпочках». Эти гиганты природы не наступают на пятку, как мы, а переносят вес на пальцы, словно балерины.
Но как же их ноги выдерживают такую нагрузку? Всё дело в удивительном устройстве стопы. Внутри нее жировой мешок, заключённый в прочный «чехол» из кожи. При каждом шаге эта пневматическая подушка сжимается, поглощая удар и мягко пружиня под тяжестью тела.
У слона встроенная амортизация. А то, что мы бы назвали пяткой, на самом деле играет роль скрытого «каблука» — мягкого и эластичного, как подушка безопасности.
