Дневник
Политика отлична от любой коммуникации. Политика творится не там, где договариваются, а там, где возмущены.
В политике что-то происходит с коммуникацией, как если бы субъекты повреждались.
Политика представляет собой что-то творящееся на некоммуникационной основе.
Александр Смулянский
Сущностью мысли не является сама мысль.
Бадью оперирует процедурами, а не процессами.
Александр Смулянский
Все апокалиптические метафоры Юнгера для Хайдеггера - еще не философия, это сенсация, и они про сущее.
Хайдеггер указывает на то, что Юнгер, описав нигилизм, в языке его описания, в сказании, действует нигилистическим образом. Юнгер говорит о нигилизме образом, который сам подпадает под определение нигилизма.
Своё определение нигилизма у Хайдеггера довольно точное. Нигилизм - это забвение Бытия и концентрация на Сущем. Т.е. концентрация на том, что говорит язык без модуса высказывания.
Александр Смулянский
Ничто - это сущее лишенное бытия.
Виктор Семёнович Бакинский
Мы не выбираем время, но выбираем себя во времени.
Сартр
Мы не выбираем времена, мы можем только решать, как жить в те времена, которые выбрали нас.
Джон Р.Р. Толкиен
У Шпенглера природа подчиняется неким законам, а история - судьбе. Понять историю - это понять судьбу.
У Хайдеггера судьба не названа по имени, не превращается в понятие. Это просто всё что есть в нас до нас.
Скептицизм есть опьянение трезвостью.
Лев Шестов. «Апофеоз беспочвенности» (1905)
Время - горизонт понимания Бытия.
Мартин Хайдеггер
Кто не видит суеты мира, тот суетен сам.
Кто не готов умереть ради собственной чести, тот обретет бесчестье.
Паскаль
По Хайдеггеру (См. «Искусство и пространство») вещи не находятся в пространстве, они формируют пространство.
«В свете, точнее во мраке, последних событий, смена одного фашизма другим в Европе становится исключительно вопросом времени. Видимо, очень короткого. Нынешний «толерантный» и «демократический» фашизм будет заменён на его более привычную традиционную разновидность. Толпы ультраправых, выходящие на улицы Лондона, Парижа и других европейских городов против власти псевдолевых, опираются на все большие симпатии обезумевшего от проблем и страха
обывателя. Всё идёт по старому и известному сценарию, недоступному невежественной идиотизированной толпе.
Поэтому важно поставить жирную точку в глупейших рассуждениях о том, что «фашизм и нацизм не одно и то же, и проблема в нацизме, а не фашизме». Гитлеровский нацизм - разновидность фашизма, и проблема всё-таки в фашизме. Как известно, фашизм - любимый инструмент капитализма, когда власть элит оказывается под угрозой.
Вспомним его определение, сделанное Георгием Димитровым в 1935 году: «Фашизм - это открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических, наиболее империалистических элементов финансового капитала... Фашизм - это не надклассовая власть и не власть мелкой буржуазии или люмпен-пролетариата над финансовым капиталом. Фашизм - это власть самого финансового капитала. Это организация террористической расправы с рабочим классом и революционной частью крестьянства и интеллигенции. Фашизм во внешней политике - это шовинизм в самой грубейшей форме, культивирующий зоологическую ненависть к другим народам».
Для полноты картины, вспомним мнения выдающегося итальянского кинорежиссера Пьера Паоло Пазолини, раньше многих других, предсказавшего логику сегодняшнего самоуничтожения Европы. Пазолини (коммунист и гей, если это кому-то важно), ещё в 60-е годы утверждал, что настоящий новый фашизм — это господство массовой культуры, телевидения и потребительства. Он говорил, что именно телевидение и индустрия рекламы уничтожают народные и региональные культуры, выравнивают различия, насаждают конформизм и послушание куда глубже, чем когда-либо делал Муссолини. Пазолини утверждал, что старый фашизм был варварством, но новый — куда страшнее, потому что он незаметен, он внедряется через телевидение, рекламу и культуру потребления, разрушая человеческую душу и народную память.
Психологическая суть фашизма лучше всего показана в фильме Пазолини «Салó», который вовсе не ужастик с порнографией, как его поняли невежды, а анатомия самой людоедской из идеологий.
Фашизм это обращение сверху к дрожащему от страха и осознания собственной ничтожности обывателю, с предложением ему стать частью великого всех объединяющего проекта, взамен на
его готовность полностью отказаться от своей человеческой сути. Это ставка на самые низкие и скотские из наших инстинктов и обещание свободы их полного удовлетворения без каких-либо этических угрызений. Это единственная свобода, которую фашизм предлагает.
Так, первое, что израильские инструктора колумбийских ультраправых боевиков «парамилитарес», боровшихся с партизанами, требовали от своих учеников убить свою любимую собаку и разрубить её труп на куски. А на следующем этапе, уже колумбийские парамилитарес, узнав что отец кого-то из их бойцов коммунист, требовали от сына отрезать, принести и зажарить язык своего отца. К сожалению, это не из фильма Пазолини, а из повседневной реальности латиноамериканского фашизма, который не хуже и не лучше любого другого.
Самое трагичное в том, что когда на улицах Европы, власть нынешних наркоманов и тусовщиков сменится на стройные колонны ультраправых штурмовиков, для её жителей ничего не изменится. Просто верховная власть - финансовый капитал - поменяет управляющих регионального филиала.
То, что длится сохраняясь, то борется со временем. Это героический миф.
Хрономахия.
А.Г. Дугин
Режимы и группы внутри имажинэр diurne/nocturne
Мифос есть содержание имажинера. Отдельные мифы в структуре глобального мифоса (совпадающего с имажинэром) поддаются изучению и классификации.
Дюран разделяет содержание воображения на три большие группы (мифов, архетипов, символов, сюжетов)(5) и на два режима.
Два режима -- это diurne, «дневной режим» и nocturne, «ночной режим».
Три группы (схемы) – это героические мифы, драматические мифы и мистические мифы.
Diurne, «дневной режим» включает в себя только одну группу мифов – героические мифы.
Nocturne, «ночной режим» состоит из двух группы мифов (драматических и мистических). И те и те являются «ночными», то есть разделяют некие общие характеристики (режима), но различаются по внутренним свойствам.
Для Дюрана принципиально выделение именно трех групп мифов, так как в основе этой дифференциации лежит их структурная несводимость друг к другу. Это принципиально: три группы мифов ирредуктибельны, причем принципиально. Они не являются идеовариациями одна другой. Они фундаментально и сущностно гетерогенны.
Рефлексы и доминанты и их связь с группами мифов и режимами воображения
Глубина всех трех групп обосновывается по Дюрану тем, что они соответствуют одному из трех фундаментальных, доминантных рефлексов новорожденного существа.
Дюран основывается в своей типологии на русской школе физиологии – в частности, на трудах Владимира Михайловича Бехтерева (1857-1927) и Алексея Алексеевича Ухтомского (1875-1942).
Доминанта (по А.А.Ухтомскому) характеризуется полным подчинением всех прочих реакций организма, которые ведут или могут привести к снятию (удовлетворению доминантной потребности) или снижению состояния доминанты.
По Бехтереву, рефлексы уже в младенческом возрасте закладывают основные модели отношения человека к внешнему миру. «Рефлекс есть способ установления некоторого относительно устойчивого равновесия между организмом и комплексом условий, действующих на него», пишет Бехтерев(6). Для Дюрана это важно: это «относительно устойчивое равновесия между организмом и комплексом условий, воздействующих на него», и есть аналог «антропологического траекта» или его материальное воплощение.
Александр Дугин. l'imaginaire Жильбера Дюрана
------------------------------------------------------------------------
Дюран разделяет содержание воображения на три большие группы (мифов, архетипов, символов, сюжетов) и на два режима.
Ж. Дюран ввел понятие «имажинэр»[фр.] («l’imaginaire», первичный процесс, состоящий из воображаемого, воображающего, воображения и самого процесса воображения одновременно), «траект» («trajet anthropologique», самостоятельный феномен, находящийся между субъектом и объектом), а также три антропологических типа (по режиму бессознательного): диурн (diurne) — героический, дневной, мужской режим, мистический ноктюрн (nocturne) - ночной, женский , драматический (синтезирующий первый и второй), которые отражают глубинную подсознательную реакцию индивида на смерть и обусловливают поведение в обществе.
Наиболее известна его монография «Антропологические структуры воображаемого»
Жильбер Дюран - ученик К. Г. Юнга, Г. Башляра, А. Корбена. В 1947—1956 годах профессор философии, а затем — социологии и антропологии в Университете Гренобль 2 (впоследствии — почётный профессор). Один из основателей (совместно с Леоном Селье и Полем Дюшаном) Центра исследований воображения (1966). Был близок к международному и междисциплинарному кружку исследователей религиозной и духовной жизни «Эранос».
Суть теории: Трёхфункциональная идеология
Дюмизиль открыл и доказал, что все народы индоевропейской языковой семьи (древние римляне, греки, индийцы, скандинавы, кельты, славяне и др.) структурировали своё мифологическое, религиозное и социальное мышление по единой схеме — трёхчастной идеологии.
Эти три функции (или социальные роли, категории мышления) таковы:
Первая функция: Сакральная власть и суверенитет.
Суть: Управление духовное и юридическое. Это магия и закон. Власть, основанная на знании сакральных правил, способности к запрету и священному ритуалу.
Примеры:
В Древней Индии: жрецы-брахманы.
В Древнем Риме: жреческая коллегия фламинов.
В Скандинавии: бог Один (верховный жрец, бог магии и поэзии).
Социальный аналог: Сословие жрецов.
Вторая функция: Военная сила.
Суть: Физическая мощь, защита общества, военная доблесть.
Примеры:
В Древней Индии: воины-кшатрии.
В Древнем Риме: воины-легионеры.
В Скандинавии: бог Тор (силач, защитник мира от чудовищ).
Социальный аналог: Сословие воинов.
Третья функция: Плодородие и благосостояние.
Суть: Изобилие, здоровье, плодовитость, богатство, земледелие, ремёсла. Всё, что обеспечивает физическое и экономическое благополучие общества.
Примеры:
В Древней Индии: земледельцы-вайшьи.
В Древнем Риме: плебеи, земледельцы.
В Скандинавии: боги-близнецы Фрейр и Фрейя (боги плодородия, мира, любви).
Социальный аналог: Сословие земледельцев/производителей.
Главное открытие Дюмизиля в том, что эта структура не отражает реальное общество (оно всегда сложнее), а является идеологической моделью, каркасом для осмысления мира. Она проявляется:
В пантеоне богов (Один-Тор-Фрейр; Юпитер-Марс-Квирин).
В организации общества (жрецы-воины-земледельцы).
В фольклоре и эпосе (три функции могут быть представлены тремя героями или тремя волшебными дарами).
----
Что нового он сказал?
До Дюмизиля господствовали две теории:
"Натуралистическая": мифы — это поэтическое описание природных явлений (гром — это Зевс, солнце — это Аполлон).
Теория Джеймса Фрэзера: все религии происходят от примитивной магии.
Дюмизиль совершил переворот:
Отказался от поиска "первобытной магии". Он показал, что индоевропейская религия с самого начала была сложной идеологической системой, отражающей социальное устройство.
Сместил фокус с природы на общество. Не боги управляют природой, а структура пантеона моделирует структуру человеческого общества и мышления.
Дал мощный инструмент для сравнительной мифологии. Теперь можно было анализировать мифы разных народов не по поверхностному сходству (например, "бог грозы есть везде"), а по глубокому структурному сходству. Если у римлян есть тройка богов, отвечающих за три функции, а у индийцев — другая тройка, но выполняющая те же роли, это доказывает их общее происхождение.
Ключевая новизна: Дюмизиль открыл не просто "похожие мифы", а общую "ментальную матрицу" или "язык" для описания мира, общий для всех индоевропейских народов.
-------
Откуда она взялась? (Источники теории)
Лингвистика. Основа — общность индоевропейских языков (санскрит, латынь, греческий, германские и славянские языки произошли от одного праязыка). Дюмизиль, будучи лингвистом, предположил, что общность языка implies общность мышления и культуры.
Сравнительный анализ. Дюмизиль скрупулёзно сравнивал мифы, религиозные ритуалы, эпосы, социальные институты и даже сказки самых разных индоевропейских народов: от римлян и индийцев до скифов и осетин.
Социология (отчасти Эмиль Дюркгейм). Идея о том, что религия является проекцией социального устройства общества, повлияла на Дюмизиля.
----
В чем её ценность и критика?
Ценность: Теория Дюмизиля — это ключ, который позволяет увидеть глубинное родство культур, которые на поверхностный взгляд кажутся совершенно разными. Она сделала сравнительную мифологию настоящей наукой.
Критика:
Слишком жёсткая схема. Критики утверждали, что Дюмизиль иногда "подгонял" мифы под свою теорию, игнорируя неудобные элементы, которые в неё не вписывались.
Игнорирование не-индоевропейских культур. Теория работает только для индоевропейцев. У семитских, тюркских или китайских культур структура мышления совершенно иная.
Не всегда совпадает с исторической реальностью. Реальное деление общества никогда не было таким стройным и чётким, как идеологическая модель.
Итог: Несмотря на критику, трёхфункциональная теория Жоржа Дюмизиля остаётся одной из самых влиятельных и плодотворных идей в гуманитарных науках XX века. Она fundamentally изменила наше понимание того, как мыслят культуры и как рождаются мифы.
Отношения между теорией Дюмизиля и теорией Юнга — это история не сотрудничества, а фундаментального методологического конфликта. Они представляли два абсолютно разных подхода к мифу.
Если коротко: Дюмизиль категорически отвергал юнгианский подход к мифологии и всячески отмежевывался от него. Их теории основаны на непримиримых принципах.
Давайте разберем по пунктам.
1. Суть конфликта: Общество против Психики
Жорж Дюмизиль (структуралист, социолог мифологии):
Источник мифа: Социальное устройство и идеология конкретных исторических обществ (индоевропейских народов).
Подход: Научно-исторический, сравнительный. Он анализировал тексты, ритуалы и социальные институты, чтобы найти общие структурные patterns.
Его вопрос: "Как конкретное общество структурирует свое мышление и отражает его в мифах?"
Карл Густав Юнг (психолог, основатель аналитической психологии):
Источник мифа: Глубинные структуры человеческой психики вообще (архетипы коллективного бессознательного).
Подход: Психологический, универсалистский. Архетипы, по Юнгу, врожденны и общи для всего человечества, независимо от культуры и истории.
Его вопрос: "Как общечеловеческая психика выражает себя через мифы и символы?"
Таким образом, для Дюмизиля миф был продуктом истории и культуры, а для Юнга — продуктом вечной и неизменной биологии психики.
2. Были ли у них личные отношения или дела?
Практически нет. Это были два интеллектуальных мира, движущихся по параллельным, но не пересекающимся орбитам.
Дюмизиль был французским академиком, работавшим в традициях социологии и лингвистики.
Юнг был швейцарским психиатром, работавшим в клинической и психологической парадигме.
Они не вели знаменитых публичных споров (как, например, Фрейд и Юнг), потому что их поля деятельности были слишком далеки друг от друга. Критика Дюмизиля была направлена не лично на Юнга, а на юнгианский способ мышления как на ненаучный и спекулятивный в контексте исторического исследования.
3. Как теория Дюмизиля "сказалась" на теории Юнга? (Опосредованное влияние)
Прямого влияния не было, но теория Дюмизиля стала мощным контраргументом против юнгианского универсализма в мифологии.
Конкретное vs. Общее: Работа Дюмизиля показала, что то, что юнгианцы могли бы с легкостью объявить "архетипом Воина" (вторая функция) или "архетипом Короля" (первая функция), на самом деле является частью строгой исторически обусловленной идеологической системы, свойственной только индоевропейцам.
Опровержение универсальности: Юнгианцы ищут общие черты в мифах Африки, Азии и Америки. Дюмизиль же доказал, что трёхфункциональная структура — это уникальная "интеллектуальная подпись" именно индоевропейцев. У семитских или тюркских народов структура мифологического мышления совершенно иная. Это был удар по идее о том, что все мифы проистекают из одного и того же набора универсальных архетипов.
Критика "психологизации": Дюмизиль считал, что объяснять мифы через психику — значит уходить от их социальной и исторической функции. Миф для него был не проявлением личного бессознательного, а языком общественного сознания для описания своего устройства.
Итог: Наследие и примирение?
Теории Дюмизиля и Юнга представляют два разных, почти взаимоисключающих, уровня анализа:
Макроуровень (Дюмизиль): Культура, история, идеология.
Микроуровень (Юнг): Психика, личность, символизм.
Поздние исследователи иногда пытались найти точки соприкосновения. Например, можно предположить, что индоевропейская "идеология" (по Дюмизилю) является как бы "культурным проявлением" или "наполнением" более общих психических архетипов (по Юнгу). То есть психика предоставляет общую "рамку", а культура наполняет её конкретным историческим содержанием.
Однако сам Дюмизиль решительно отверг бы такое смешение. Для него трёхфункциональная теория была строго историческим открытием, а не подтверждением психологических теорий.
Таким образом, "дело" Дюмизиля и Юнга — это не личная вражда, а классический пример научного спора о том, где искать корни человеческой культуры: в истории общества или в биологии психики.
Жорж Дюмезиль (французский лингвист, мифолог и филолог-компаративист, автор Теории трёх функций) выделил в индоевропейской культуре три основные функции: жреческую, воинскую и производительную.
Психотерапия - это эмоциональное переучивание.
Дэниел Гоулман. Эмоциональный интеллект
Из прошедших семинаров В.Капсамбелиса…
Иногда приходит пациент, проживающий интенсивную травму в настоящем – резкая потеря объекта, травматическое событие. И понадобится очень много времени и терпения со стороны терапевта, который ДОЛЖЕН ПРИНИМАТЬ РЕЧЬ ПАЦИЕНТА, повторяющий снова и снова события из своей актуальной травмы. Ждать долгое время, прежде чем появятся возможности открыть для пациента доступ к ресурсам из прошлого, которые помогут пациенту выйти из анклава, из замкнутого круга, из тюрьмы актуальности.
Иногда пациенты не рассказывают о воспоминаниях, не повторяют в кабинете снова и снова рассказ о травме, но они как-будто проживают снова и снова вместе с вами это травматическое событие.
Представьте себе пациента, который был участником ДТП. Конечно же он не организует аварию у Вас в кабинете буквально, но он ПРОЖИВАЕТ в кабинете эту травматическую ситуацию. Каким образом? Какие-то Ваши нейтральные или невинные слова оказывают на пациента чрезвычайно интенсивный эффект, как если бы машины столкнулись или как если бы машина его сбила. Тогда мы в терапевтическом процессе начинаем соединять элементы того, что происходит «здесь и сейчас» и переводим через интерпретации, что происходит в наших отношениях с пациентом: как то, что происходит в процессе терапии «здесь и сейчас», может соотносится с травматическими событиями. И за счет этого мы помогаем выйти пациенту из тюрьмы актуальной травмы…
* * *
Сейчас мы поговорим о тех элементах, на базе которых мы сможем развернуть психоаналитическую работу.
Итак, к Вам приходит пациент с невротическими проявлениями или с пограничными состояниями или с психотическими симптомами. Но кто бы к Вам не пришел, есть общая база - приходит человек, поскольку в его жизни что-то случилось, он столкнулся с какой-то проблемой, с какой-то неожиданной ситуацией, с которой он не может справиться, и он говорит себе: «мне нужна помощь специалиста, чтобы справиться с этой ситуацией».
Таким образом, приходит человек, столкнувшийся с актуальной ситуацией, с актуальным конфликтом.
Первый элемент, который мы выделяем – это то, насколько человек способен выйти из этого конфликта, актуальной ситуации, актуальной проблемы и пойти дальше, пойти в прошлое.
Чем больше пациент остается зафиксированным в актуальной реальности, тем больше у Вас есть риск оказаться зафиксированным в этой актуальной ситуации. Пациент приходит с актуальной причиной, актуальной ситуацией – горе, потеря, профессиональная неудача, дилемма, выбор: какую работы выбрать, пойти на повышение или нет. Он приходит в ситуации, которая похожа на травму, при этом пациент может не называть эту ситуацию травмой, и у него нет возможности выйти из этой ситуации.
Таким образом, если пациент не опирается на связь настоящего с прошлым: не ищет причины, не ищет возможности для лучшего понимания актуальной ситуации в прошлом, тем меньше у него способности к психической переработке актуальной травмы. Поскольку психическая переработка (способность психического аппарата к переработке) предполагает способность искать связь между событиями настоящего и событиями из прошлого и обогащать размышления о настоящем за счет элементов из прошлого. Если этой способности у пациента не хватает, если пациент зафиксирован в настоящем, Вы как терапевт можете оказаться в ловушке: когда Вы принимаете эти аспекты пациента и продолжаете говорить об актуальной реальности без возможности пойти дальше, в прошлое и начать мало-помалу искать какие-то связи и начать использовать ресурсы из прошлого для лучшего понимания актуальной ситуации. И тогда Вы можете потерять свою терапевтическую позицию – позицию психоаналитического терапевта, и оказаться в позиции коуча или того, кто дает рекомендации, советы или кто утешает…
* * *
Прежде чем начать хорошую терапевтическую работу, нужно сначала выстроить представление об особенностях уровня функционирования пациента. Особенности психического функционирования пациента разворачиваются в процессе первичных интервью, и нам нужно быть очень бережными, чтобы этот процесс развернулся…
4 основные оси (элемента), на которые мы обращаем внимание:
1) эдипальная организация; (часть 1 - пост от 31.05.25 г., часть 2 – пост от 02.06.25 г.)
2) отношения с объектом; (часть 3 – пост от 07.06.25 г.)
3) психическое функционирования; (часть 4 – пост от 18.07.25 г.)
4) отношения с реальностью.
Следующий пункт, который мы оцениваем в процессе первичного интервью, это отношения с реальностью. Конечно же, сейчас мы не говорим о таких существенных искажениях отношений с реальностью, как отсутствие способности тестировать реальность, создание нео-реальности в виде бреда и галлюцинаций. Если есть продуктивная симптоматика, то ему показана другая, не психоаналитическая психотерапия. Мы здесь говорим о менее деструктивных нарушениях в отношениях с реальностью.
Мы, прежде всего, говорим о способности субъекта разделять внутреннюю реальность и внешнюю реальность (материальную реальность). К внутренней реальности относятся образы, воображение, фантазмы, желания, сновидения. И есть внешняя реальность, которая, конечно же, оказывается в любом случае под воздействием субъективной реальности, на которую оказывает воздействие взгляд человека на то, что происходит. В шизофрении мы говорим про деформирование реальности, когда пациенты ощущают то, что мы не ощущаем, или не ощущают то, что мы ощущаем, то есть отсутствует перцепция реальности. Но сейчас речь идет об ином.
Представьте себе пациента, который является таким объективным наблюдателем реальности, который относится к реальности как ученый, как исследователь, который описывает Вам реальность с позиции такого объективного наблюдателя и исследователя, но при этом совершенно непонятно, что он при этом думает, что он при этом чувствует, что исходит из его внутреннего мира, в какие аспекты его субъективной реальности окрашено его отношение с реальностью. И очень важно, чтобы эти субъективные характеристики в отношениях с реальностью присутствовали для того, чтобы психоаналитическая работа была более глубинной, более качественной.
* * *
Прежде чем начать хорошую терапевтическую работу, нужно сначала выстроить представление об особенностях уровня функционирования пациента. Особенности психического функционирования пациента разворачиваются в процессе первичных интервью, и нам нужно быть очень бережными, чтобы этот процесс развернулся…
4 основные оси (элемента), на которые мы обращаем внимание:
1) эдипальная организация; (часть 1 - пост от 31.05.25 г., часть 2 – пост от 02.06.25 г.)
2) отношения с объектом; (часть 3 – пост от 07.06.25 г.)
3) психическое функционирования;
4) отношения с реальностью.
Итак, мы переходим к третьему элементу, на который мы обращаем внимание в процессе первичного интервью – это психическое функционирование пациента.
Представьте себе, что на первую, вторую и третью встречу приходит пациент и рассказывает, что с ним произошло на протяжении того времени, когда вы не виделись - времени между сеансами. И это детальный репортаж с места событий: «я встретил мать, отца, встретил коллегу, они мне сказали то-то и то-то..». Или пациент приходит на сеанс и рассказывает о каких-то элементах из настоящего, но, тем не менее, опираясь на эти элементы из реальности, разворачивает историю через процесс свободных ассоциаций. Например, он говорит: «Я встретил друга, и мы разговаривали с ним о фильме, и потом я вспомнил о том, что с другим моим другом я говорил про другой фильм, а потом я вспомнил, когда мне было 16 лет, я смотрел фильм того режиссера, который снял и первый фильм, который мы обсуждали, и второй фильм…» И дальше продолжает разворачиваться процесс свободных ассоциаций.
На этих двух примерах мы можем выделить два типа психического функционирования.
И во втором типе психического функционирования присутствуют аутоэротические способности, то есть работа мышления: отталкиваясь от настоящего, может продолжать разворачиваться дальше через процесс свободных ассоциаций. Когда у человека присутствует удовольствие от мышления, удовольствие от рассказа о процессе своего мышления, удовольствие от процесса разделения своих мыслей с Другим и удовольствие от обогащения своих мыслей, своего мышления за счет опыта, разделенного с Другим.
И эти способности к аутоэротизму необходимы для терапевтической работы. Очень важно, чтобы терапевтическая работа не превращалась в процесс «вопрос-ответ». Когда Вы работаете в таком регистре, Вы мешаете пациенту развивать способности к аутоэротизму, способность развивать процесс мышления с опорой на аутоэротизм, с опорой на ассоциативные связи…
* * *
Что такое фундаментальное правило?
Отдаться процессу свободных ассоциаций, настолько свободных, насколько это возможно. Дать возможность через речь проявиться бессознательным аспектам. То, что проявляется в речи, когда человек не отдает себе отчет в том, о чем он говорит. Это не рациональная речь, свободные ассоциации – это не речь, которая подчиняется законам обычной речи, рациональной речи, оформленной с точки зрения вторичных процессов. Появляются странные, бессмысленные слова, предложения. Работа свободных ассоциаций заключается в том, чтобы дать доступ воспоминаниям, связать прошлое с настоящим.
Задача аналитика НЕ состоит в том, чтобы искать смысл. Ведь в начале терапевтической работы начинающие аналитики считают, что основная задача терапевта дать хорошую интерпретацию, найти смысл. Но цель аналитической работы состоит в том, чтобы, благодаря открытию доступа к свободным ассоциациям, дать место для появления МНОЖЕСТВА смыслов, которые раскрываются, связываются, разворачиваются в процессе аналитической работы. И в этом состоит СУТЬ РАБОТЫ СИМВОЛИЗАЦИИ...
Сальман Ахтар про пунктуальность аналитика…
Если мы вовремя начинаем сессию, то мы служим для пациента хорошей матерью. Если мы вовремя заканчиваем, то мы служим ему хорошим отцом. Начинается сессия: «Я - хорошая мать, заходи, приходи. Как ты, малыш?». Заканчивается сессия: «Иди делать свою работу, трудиться. Достаточно этого всего: мамы, папы, заботы. Давай, пора жить». То есть пунктуальность – это в том числе, дать пациенту фигуру хорошего отца и хорошей матери…
Салман Ахтар —-доктор медицины, почетный профессор психиатрии Медицинского колледжа Джефферсона (Jefferson Medical College) и тренинг-аналитик Психоаналитического центра Филадельфии (Psychoanalytic Center of Philadelphia).
Как мы знаем, в психоанализе нет травмы вне всемогущества индивидуума. Все, со временем, попадает под контроль Эго, и тем самым становится связанным с вторичными процессами. Аналитик не поможет пациенту, если скажет: "Ваша мать не была достаточно хороша... ваш отец действительно соблазнял вас... ваша тетя роняла вас". Изменения появляются в анализе тогда, когда травматические факторы, собственным для пациента способом, проявляются в психоаналитическом материале, и в пределах всемогущества пациента. Способными вызывать изменения интерпретациями являются такие вмешательства, которые могут быть сделаны на языке проекций. То же самое применимо и к тем благодатным факторам, которые ведут к удовлетворению. Все следует интерпретировать с точки зрения любви и амбивалентности индивидуума. Чтобы быть в позиции, позволяющей осуществлять такого рода работу, аналитик должен быть готов долгое время ждать...
Д.В. Винникотт (из статьи "Теория родительско-младенческих отношений")
логос
______
мифос
керигма-логос - синтагматический уровень
структура-мифос - парадигмальный уровень
Сверх-Я это социальный логос, т.е. совокупность социальных процессов, явлений, интеракций, которые порождает эго через свой диалог с работающим бессознательным и постоянно дающим о себе знать в оговорках.
Фрейд: Эго = логос и Еs, id (оно)= подсознание
Внутри Еs - Эрос и Танатос, т.е. либидо. Они формируют доболнительную подличнлсть, безличность, которая себя не рефлексирует.
Эго старается выдавить Еs
Работа Эго - Еs, согласно Фрейду, является главным содержанием человеческой культуры, истории и предопределяет динамику социального логоса.
Социальный логос про Фрейду есть результат разговора Эго с Еs.
Юнг открыл дополнительный этаж социокультурной топики: под Еs он обнаружил ещё одно подвальное помещение и назвал его Коллективное бессознательное. Еs, по Юнгу, вершина коллективного бессознательного. Внутренний мир лишь функция коллективного бессознательного (тех существ, которые населяют коллективное бессознательное).
А с точки зрения социологии индивида определяют его социальные роли.
Индивид - производное: с одной стороны он определяется тем местом, которое занимает в обществе или может занимать (совокупностью реальных и нереальных ролей), а с другой стороны - воздействующими на него определенным образом архетипами коллективного бессознательного.
Индивид - не частичка (он не может себя обосновать), а волна. Или пересечение двух волн: социальной волны или социальной системы, которая навязывает ему совокупность ролей, и мифологической системы бессознательного, которая навязывает ему другое через сложный, непростой диалог с собственным бессознательным, которое уже не является собственным по Юнгу.
При Фрейде ещё можно было сказать, что человек занят собой, разбирается со своими ранними ощущениями, и стоит их вспомнить, излечится, пусть и не до конца. Но когда открывается коллективное бессознательное Юнга как новый топос, дело становится совсем серьезно.
Индивид не данность, а заданность - по Юнгу, индивида надо создать. И человек всю свою жизнь его создаёт. Более того, вся жизнь человека это общий процесс индивидуации, который дальше, через его персону, транслируется на социум. Я - это некая стоянка в процессе индивидуации.
Индивидуация, с точки зрения Юнга, это главное явление. Индивидуация - это перевод содержаний коллективного бессознательного в сферу эготического сознания.
Индивидуация, как правило, неудачна - человек застревает где-то посередине.
Человеческое Я плюрально, это некая стоянка в процессе индивидуации.
* * *
Бессознательное женщины структурировано мужским образом. Женщина, когда смотрит в себя, видит Анимус. Мужчина видит Аниму.
* * *
Тень представляет собой некую корзину, куда складываются все плохо выстроенные отношения коллективного бессознательного и эго, результаты неудачной индивидуации.
Тень человека - это некое второе эго, содержание которого полнится подавленными инстинктами, вытесненными, непонятыми пожеланиями, т.е. на самом деле это то, что в культуре называется дьяволом.
* * *
В социум через персону поступает гигантская воронка психологической деятельности эго.
А.Г. Дугин. Структурный метод
Что касается связки КНР с Сынами Завета – Ротшильдами из Лондона – то один из крупнейших финансовых конгломератов в мире британский банк HSBC – это ведь The Hongkong and Shanghai Banking Corporation.
Отдав в 1997 г. Гонконг под юрисдикцию КНР, Лондон на деле платит репарации за ущерб и позор, понесенный народом Китая от Британии в опиумных войнах.
Перетягивание каната КНР\США (Ротшильды\Рокфеллеры) – это выторговывание долей в трастах Нового валютного мира («на руинах России и за счет России»).
Присутствие - при сути.
Пчела живёт менее 40 дней и собирает за всю жизнь менее чайной ложки мёда, но для этого посещает не менее 1000 цветков.
