Дневник
Христос - это воплощённый миф о человеке. Важно и то, что это миф* (в философском, а не обывательском понимании), и то, что воплощённый. Сегодня, как никогда прежде, очевидно, насколько миф создаёт человека. Так называемый нарратив, рассказ о.., в контексте которого только и возможно становление человека - как персонажа рассказываемой истории (Бог рассказывает историю человеку, а человек - Богу). Люди словно соревнуются, чья история (жизнь) окажется ближе к замыслу Творца - к той истории о мире, Боге и человеке, которую Сам Творец рассказывает человеку (в историческом пространстве Бог её уже рассказал, но каждому вновь и вновь рассказывает её по мере его развития и роста - было бы кому слушать).
Потрясающая по красоте и глубине мистерия духа.
--
* Миф - не выдумка и небылица, а сверхреальность, образное и символическое выражение реальности.
* * *
Спрашивают нередко: зачем Богу это нужно? Зачем Он рассказывает историю человеку, зачем его создаёт? Этих зачем может быть много, и ответить на них вполне вряд ли возможно, но попытаться можно, опираясь по аналогии на познанные, доступные познанию, принципы.
Так, если в человеке поселяется Бог, человек не может не делиться Богом с другими. Бога нельзя присвоить только себе. Даже больше: Христос в нас, лишь пока мы его отдаём. Почему бы не предположить, что точно так обстоит дело и с самим Богом: Он непременно отдаёт Себя. Он, может быть, потому только и Бог, что отдаёт Себя, отдавание Себя может быть свойством Бога (вполне богатого). Рассуждать так допустимо, помня при этом, что на самом деле мы об этом ничего не знаем.
Быть может, определяющим человека качеством следует назвать неблагодарность, а не двуногость и пр. Животные - благодарны, вся природа - благодарна, и только человек - неблагодарен. Становясь благодарным, он встаёт на путь богов и движется от человека к Богу. Путь от человека к Богу и есть - благодарность.
Где происходят наши встречи и невстречи: вовне или внутри? Конечно, внутри. Вовне можно только телесно прикоснуться, столкнуться, но сама встреча или невстреча - событие внутреннего мира. Причём для встречи каждый её участник должен в своём внутреннем пространстве найти место для другого - освободить его от себя.
Представим, что некто повстречался с великаном, но выделяет внутри себя так мало места для него, что там может поместиться разве только мизинец великана. Какова будет эта встреча? Во-первых, это всё-таки встреча (а не невстреча), но каково будет представление у этого самого «некто» о встреченном им великане? Ложное, разумеется. Он ведь думает, что видит то, что есть - в голову ему не приходит мысль, что он попросту не дал места для встречи и видит куцый огрызок того, о ком судит как о целом. Согласитесь, разница велика: мизинец или целый великан. Мизинец великана, хоть и имеет к нему отношение, но никак не представляет его таким как он есть на самом деле. Однако наш «некто» приписывает свои заблуждения не себе и своему неполноценному зрению, а другому, на которого ТАК смотрит.
Может быть и другого рода проблема. Представим себе, что некто выделил внутри себя так много места, что туда может поместиться целая вселенная, причём освободил для гостя, для другого, лучшие свои территории - т.е. принимает другого по-царски. Но этот другой не понимает где очутился, он недоволен, как ему кажется, пустотой. И, главное, он не снял свою грязную обувь, входя в сердцевинные залы другого и наследил там своими земными глупостями (самость, эгоизм, корысть, тщеславие...). Гость оказался недостоин встречи по-царски, он не дорос до такого уровня отношений (слишком много свободы ему не по силам). Это будет встреча или невстреча? Всё-таки встреча, но некрасивая, наследившая в душе принимающей стороны.
* * *
В этом смысле разные учения - это своего рода общественные площадки для встречи (у адептов одного и того же учения есть некие общие места внутри - некоторая условность, предпосылка к встрече, хотя и не гарантия встречи). Но могут быть и такие искусственно созданные учения, которые нацелены на ликвидацию внутреннего пространства и недопущение встреч вообще. Атомизация общества, индивидуализация - об этом.
«Вера без дел мертва»* - это всё равно, что «сознание без бытия мертво». Таков христианский ответ на философский вопрос о первичности бытия или сознания.
---
*«Ибо, как тело без духа мертво, так и вера без дел мертва» (Иак. 2:26).
* * *
Бытие определяет сознание или наоборот? Можно сказать, такая постановка вопроса не совсем верна, но если всё-таки отвечать на этот вопрос, то вполне можно сказать: да, бытие определяет сознание, ибо что человек делает (другому), таким он и становится. Но сознание, дух творит себе формы, а не наоборот, потому, мне кажется, правильнее всего поставить знак равенства между бытием и сознанием. Или, как говорили некоторые мыслители: мышление это бытие, бытие - это мышление (мышление в философском, а не обывательском понимании).
У человека три достоинства: достоинство тела, достоинство души и достоинство духа (это три целостности), которые сообща образуют четвёртое, совокупное, целостное достоинство человека.
Все виды достоинства человека находятся под атакой, создаётся множество препятствий на пути человека к себе целому.
Целый человек - это бог, хотя, конечно, мало кому удаётся собрать себя на всех уровнях. Доминирующим является достоинство духовное (структурное, базовое, задающее все другие). То есть, кто в земной жизни успел обрести духовное достоинство, имеет надежду на достоинство души и тела в будущем веке, т.к. зерно духа содержит их в себе.
Извращённое, ложное представление о достоинстве является препятствием на пути его обретения.
* * *
Про достоинство духа лучше христианства никто не говорит. А о достоинстве тела и души можно поучиться у многих. Йога, например, на мой взгляд как раз даёт представление о достоинстве тела (полный антипод западных тренажерных залов). Христианское тело - это уже психосоматика, т.е. сопряжённость с душой. Чисто телесное христианством мало рассматривается, разве что в исихастских практиках есть некоторые отголоски знаний о достоинстве тела. Для христианина достоинство тела вне его связи с духом не очень-то интересно. Тело склонно к связи со страстями, и тогда оно именуется плотским (плотское - греховное). Тело - храм духа, в христианстве это - главное. Йога всматривается в саму телесность, постигает её законы - они ведь духовны по сути, т.е. заданы духом. Достоинство - в соответствии себя себе, когда всё, что есть в наличии, функционирует правильно, в согласии с замыслом Творца и достигает предельно возможных высот.
Все мы нуждаемся в поддержке друг друга, и если один истощился, разве не имеет он права обратиться к другому за поддержкой и помощью? Разве не имеет права опереться на друга, пока силы его восстановятся - т.е. идти, не своей силой, а его силой держась (не падая). Чем же отличается такая взаимовыручка от вампиризма, когда один паразитически вампирит другого, т.е. отнимает чужую жизнь в свою пользу?
Дружеское плечо - это нечто вроде «сообщающихся сосудов», т.е. просто выравнивание (от каждого по способностям, каждому по потребностям). А вампир это насос, подсоединенный к сообщающимся сосудам - всё всасывает в себя, не делясь. Вампир - это кукушонок, выбрасывающий из гнезда всех, чтобы выжить самому.
Каждый человек - это активный или пассивный носитель Христа, и в этом достоинство человека. Лишать человека достоинства - это препятствовать жизни и развитию Христа в нём.
Об этом, кстати, вся русская классика («Шинель» Гоголя, «Злоумышленник» Чехова именно про то, до какого запредельно низкого уровня низвела человека* наличествующая система).
---
* обычный человек в любом обществе - это социальный человек (личность в нём не развита, не раскрыта), т.е. тот, который непременно порождён социальной системой.
Есть люди, с которыми встречаться даже взглядом опасно, мимо них лучше проходить зажмурившись, чтобы даже случайно не встретиться глазами, потому что они - ад. Чем больше рая в вашем взгляде заметит такой человек, тем больше возненавидит - потому что ад знает, что он - всего лишь ад, знает, что существует рай и ненавидит за это рай. За недоступность рая ему - аду.
Идёшь мимо такого ада и понимаешь, что надо верить во Христа - верить во Христа в этом страшном человеке, хоть он сам в Него, возможно, не верит. Именно поэтому важно быть на стороне Бога и верить вместе с Ним во Христа, хоть и страждущего, но всегда присутствующего в каждом человеке.
Самое трудное в этой жизни, вероятно, не вести себя с другими людьми так, как они того заслуживают. В таком случае берёшь на себя, травмируешься - когда не позволяешь себе ударить в ответ ударившего. Тонкого, чувствительного человека не бьют, а избивают регулярно, на каждом шагу, но не ведая что творят. Бессознательное зло - самое большое, самое распространённое зло этого мира.
Сдерживаться помогает и вера во Христа*, в Его истину, и смирение от понимания своей собственной нечистоты и греховности: виновный виновного не имеет права приговаривать.
Хорошая привычка - не отвечать злом на непреднамеренное зло. Только зло преднамеренное необходимо пресекать силой, чтобы оно не восторжествовало. Не различать зло намеренное и зло преднамеренное - ошибка (если это делается бессознательно) или преступление (если это делается сознательно). Попустительство злу - соучастие во зле, т.е. тоже зло.
---
* верить во Христа, присутствующего в каждом человеке, хоть и страждущего, а не торжествующего.
Христос - многогранен, Он вмещает все аспекты бытия, потому почитающий лишь одну из Его граней, но попирающий многие другие - ещё не Христов, ибо воюет против Христа, даже если не осознает этого. «Не ведают, что творят», - сказал о таких Господь.
Христос всегда больше, выше и ближе, чем привычное тех, что зовут себя Его почитателями, но не знают Его. Он всегда не вписан в предожидания, ослепляющие неготовых.
Каждый из нас сначала человек и только потом представитель народа, страны, города, социальной группы, семьи, того или иного пола, рода деятельности, тех или иных убеждений и т.д., хотя кажется всё с точностью до наоборот. Однако, не будучи сначала человеком, никто не сможет быть вполне кем-то ещё. Уточнения каким именно человеком, где и с кем... вторичны.
Но в нашем перевёрнутом мире до первого и главного - человека в себе - редко кто доходит. Всё как-то не до него. Конкретика затмевает абстракцию, ибо человек для нас - только абстракция. Оно и понятно, человека вообще как бы и нет, есть только конкретно взятые в тех или иных обстоятельствах индивиды. Всё правильно! Но только с внешней точки зрения. Если бы мы забрались внутрь, вглубь себя, мы бы с места не могли сдвинуться, пока не поняли бы, что такое этот самый человек, вернее, только для того и сдвигались бы с места, чтобы это понять. Функционирование в той или иной роли должно служить познанию человека - в себе и другом, только в таком случае функционирование это несёт настоящую смысловую нагрузку.
Так мы и должны смотреть друг на друга. Надо уметь видеть в другом, прежде всего прочего, человека, а уж потом тот или иной функциональный набор. Именно такой взгляд нужен, чтобы видеть Христа в нас, Христа в другом.
* * *
Христос в нас, в некотором смысле, и есть человек вообще - всеобщий человек. Он - не абстракция, а конкретика, только в несколько ином смысле слова. Христос в нас конкретнее всего остального, значимее и даже очевиднее для всех, у кого есть чем это видеть. Надо воплотить в себе, воплотить в жизнь образ Христа, чтобы он стал конкретным - во мне лично и для меня лично, тогда я стану конкретикой и для личности другого. Человек - это Христос, сделать его конкретным воплощением - жизненная задача, на которую нацелен человек как вид и как индивид.
* * *
Человек (Христос в нас) - первичен. Даже когда мы как бы минуем эту инстанцию при обращении к другому, нацеливаясь на тот или иной функциональный набор (упрощаясь), Христа надо подразумевать (иметь в виду). Когда же вторичные качества такие как раса, национальность, пол, профессия и пр. возносятся в обществе на первые места, оттесняя и вытесняя человека (Христа), тогда общество вырождается в человеконенавистническое.
* * *
Человек в нас первичен, он предшествует всем ролям, как ствол предшествует ветвям.
Народ* растёт из будущего. Все споры относительно исковерканного прошлого важны, конечно - в смысле отстаивания правды, особенно той, которая мешает новому дивному миру - но не настолько, чтобы утонуть в распрях. Достаточно просто держать в руке фонарь правды, а бить им каждого, кто не согласен, нужды нет. Лучше сосредоточиться на образе будущего. Если будущее будет выбрано правильно, оно непременно согласуется и со своим прошлым. Если же выбор будущего окажется ложным, предательство совершится именно в этом. Наилучший способ отстаивать своё прошлое - выбирать правильное будущее.
Идентичность хранит будущее, а не прошлое. Прошлое - всегда отголосок будущего**. Какого именно будущего? - ключевой вопрос. Народ, предающий своё будущее - исчезнет. Будущее - последняя точка идентичности, которую никто не может отнять силой. На этом уровне только сам народ может предать себя, отказавшись от своей подлинности во имя какого-либо симулякра.
* * *
Только у народа без будущего можно отнять его прошлое.
--
*как и человек;
** прошлое - это тогдашнее будущее, т.к. тогдашнее будущее создало тогдашнее прошлое.
Внешняя красота женщины - это, прежде всего, здоровье, благополучие и уход. И чем старше она годами, тем важнее всё перечисленное. Благополучие - это и минимальное количество стресса, и возможность, в том числе финансовая, для надлежащего ухода, и забота сначала родителей, семьи, потом мужа...
А гены - они конечно важны, но далеко не первичны. Жизнь дарит множество примеров, когда родившись некрасивой, женщина кажется красивой благодаря наличию трёх вышеперечисленных факторов в её жизни. Много примеров и обратного, когда хорошие природные данные спасают лишь до определённого возраста, а потом непременно сказывается наличие или отсутствие трёх вышеперечисленных составляющих.
* * *
Ум? Это же личностное, а не половое качество, т.е. оно о другом. Ум может украшать или, наоборот, уродовать женщину - тут важно в сцепке с какими другими качествами он явлен.
Доброта? Это тоже о личности - она украшает представителя любого пола. И т.д.
Сокровища, за которые люди лично ничем не заплатили, сокровища неведомые, люди затопчут. Им бесполезно давать что-либо - взять не смогут. Они могут стоять на куче алмазов, но с восторгом поднимут лично ими найденный медный грош. Потому что это - сокровище ведомое, понятное, близкое, узнаваемое, находящееся в поле их зрения.
Что нужно сделать, чтобы люди перестали видеть настоящие сокровища и стали гоняться за медью? Надо просто сместить фокус их смотрения, уменьшить глубину смотрения и...
Так будут строить новый дивный мир, лишая людей способности видеть и ценить настоящие ценности. Подмена суррогатами останется даже незамеченной. Большинство будет думать, что живут в прежнем, только более прекрасном, более совершенном мире. Кукольный, бутафорский мирок людям понравится больше, чем настоящий - никаких сомнений в этом нет. Только горстка маргиналов, отсталых, разумеется, людей, будет недовольна новейшими преобразованиями.
Хочешь узнать человека, смотри как он относится в ошибкам другого, а также к талантам другого, которыми сам не обладает. Особенно важно увидеть, как он относится к тому, кто заведомо известен как важная персона, и к тому, кто заведомо неважная персона (хорошие люди одинаково ровно относятся и к первым, и ко вторым).
И, конечно, смотреть надо на то, что есть в человеке, а не на то, чего в нём нет.
Зло заразительно - как вирус, им легко заражаются даже хорошие душевные (не духовные) люди - по наивности, по доверчивости своей, вступая в отношения с недобрыми людьми, почитая их как добрых - потому что те признаны в тех или иных кругах, титулованы, потому что те умеют себя преподнести другим как значительных.
Только духовный человек в состоянии противостоять лукавству недобрых вирусоносителей, потому, если кто говорит дурное о другом, его не следует слушать - чтобы не заразиться. Доверчивость, некритичность мышления губит многих в принципе добрых людей, когда они оказываются в поле влияния недобрых, но сильных и влиятельных.
Беда душевных людей в том, что они слишком легковерны, особенно когда речь заходит о нечистоте тех, кто больше них. То есть, желание подняться в своих глазах за счёт унижения того, кто больше - базовая причина падения во зло добрых душевных людей.
Мы все немножко диогены, в том смысле, что ищем человека, которого и с фонарём в руках средь бела дня найти непросто. Но благодаря христианству мы продвинулись в понимании того, что или кого мы ищем.
Во-первых, фонарь - это наш внутренний человек во Христе. В ком не горит этот фонарь, тот ничего настоящего не сможет отыскать, потому что не увидит.
Во-вторых, эти самые «фонари в нас» общаются между собой и чувствуют друг друга, а потому человеки, словно бабочки, «летят» на свет. Так что наличие фонаря - уже некая гарантия встречи.
А отсюда важное уточнение: человека надо искать сначала внутри, а не вовне - т.е. в себе самом. Диоген, вероятно, с этого и начал, и потому двинулся на поиски человека вовне - ему было труднее, чем нам, ибо теперь Христос есть в каждом. Правда, как и во времена Диогена, далеко не каждый в состоянии явить Его другому. И, как ни странно, христианство запрещает требовать Христа с другого - оно уверяет нас в том, что Христос и неявленный есть в каждом. Христианство учит требовать только с себя: являй ближнему своего Христа, чтобы Он был явлен и в тебе, и в другом. Будь фонарём! Только не в том смысле, что свети другим - упаси Бог! Светись во Христе навстречу Христу: искомый новыми диогенами человек - Христос в нас*.
---
*Христос в нас, а не во мне. Во мне отдельного от других Христа быть не может. И, в то же время, Христос у каждого свой - и это тот самый Христос (единственный) - если представление истинное. Ложное представление становится идолом, заслоняющим собой Христа живого.
Сколько раз подряд можно обмануть один и тот же народ? При нынешнем подходе и нынешних технологиях - бесконечное количество раз. Можно сказать «и при нынешнем народе» - но народ всегда одинаковый, только оказавшийся в разных обстоятельствах, которые оказывают на него своё воздействие. Нынешний народ таков потому, что живёт в нынешнее время, когда с ним вытворяют то, что вытворяют. Качество народа определяется именно тем, что с ним вытворяют, куда его ведут добрые или недобрые пастыри (такова природа народа*). В народе всегда преобладают социальные личности, т.е. ведомые, потому каково общество, таков и народ. А общество определяют те, кто стоит наверху, т.к. они формируют социальную матрицу для производства того или иного типа социального человека.
--
*Отсюда и образы овцы, стада, ведомого Пастырем или пастухами. Каковы пастухи, таково и стадо. Правда, нынешние технологии калечат разум людей настолько, что выход из ложного состояния, в которое они вводят ведомых, требует духовного подвига, на который способны очень немногие (т.е. даже смена пастырей вряд ли уже поможет вполне обезумевшему стаду, несущемуся в пропасть).
====================
Вопрос:
Если народ НИКАК не влияет на свою судьбу, то .....
Мой ответ:
Во-первых, повторю гениальные слова Златоуста: «народ - это не толпа народа, а святые», потому в этом диапазоне наличие святых решает небесную составляющую судьбы народа, которая, в свою очередь, сказывается и на земной. Во-вторых, демократия, конечно, не более чем игра. А несколько лет назад Макрон открытым текстом объявил всем о конце демократии (они в ней больше не нуждаются, даже как в мифе). Однако люди продолжают носиться с этой приятной для них сказкой.
