Дмитрий Мельников

Я есть лишь то, что потерял в пути,
скитаясь от рассвета до заката

Седьмого августа, сегодня, умер Блок,
встал, вышел в светлый сад, за яблоком нагнулся,
"литовку" на плечо, за пояс - оселок,
ушел косить в луга и больше не вернулся.

Надкушенное яблоко осталось
здесь, на столе. Оса, впивая сладость
по ране светло-розовой ползла,
сгоняя муравьев. Потом сгустилась мгла

и дождь пошел. И грудью на мостки
он лег и стал смотреть, как плавают мальки...

...Седина становится лейтмотивом,
по аллеям в Новом Ерусалиме
старые деревья - вишни и сливы
шествуют куда-то в утреннем дыме,
это призраки или не знаю, кто там,
как на смерть, по-праздничному одеты,
их наверно тоже возьмет в работу
этот странный парень из Назарета,
что меняет мертвое на живое,
что дает нам хлеб и вино без денег.

Вот умру и узнаю, Господи, кто я,
столяр или плотник, или
просто бездельник.

Тот бесшабашный парень, Артамонов,
теперь бы он поехал на Донбасс,
но он из тех, чья мать не дождалась,
из тех бойцов, что до эпохи дронов
ушли в закат. А мать его жила
потом одна, и новые соседи
спилили яблоню, посаженную сыном
у дома, рядом с самодельным тыном,
и мама в одночасье умерла,
и не случилось ничего на свете
такого, что меняет ход вещей...