Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Люди думают, что умны сами по себе — в этом их глупость.
Бог выходит навстречу первым и приходит к человеку раньше, чем человек приходит к себе. Бог ближе к нам, чем мы сами к себе.
Мир стоит, пока существуют чудаки. Когда останутся только умники — мир рухнет.
Сделай человеку добро — и узнаешь, кто он.
Человечность — это такой большой и мягкий «слон», размером со Вселенную (он больше Вселенной), которого хотят запихнуть в коробочку, размером с игольное ушко. Вот такой духовный перевёртыш! Это и будет дело системного антихриста.
Цель — то, что делает меня в процессе достижения целым. Лжецель только обещает исцелить, но не имеет реального обеспечения своим обещаниям.
Судить и отрицать высокое другого — это отрицать своё высокое. Высокое неподсудно, его не судят — им и в нём живут.
Наше высокое нас хранит.
Есть одна опасность — не учтенная, мне кажется. Церковь не должна превращаться в корпорацию — вопреки трендам времени. Христианин — это, прежде всего, Христов человек, а не человек своей «тусовки». Христос в нас лишь пока мы его отдаём, и способы отдачи у каждого свои, но акцент на себе и своём методе может обесценить главное в нас. Во Христе мы преодолеваем своё корпоративное, а если не преодолеваем — умираем в самолюбии и самолюбовании.
Счастлив тот, кто обрёл себя настоящего и живёт подлинной жизнью.
...В ком долгота найдется века
Твои все чудеса исчесть? —
Пади, мой дух, в смиренья многом
И свой не устремляй полет
В пучины, коим меры нет. —
Чтоб Бога знать, быть должно богом;
Но чтоб любить и чтить Его,
Довольно сердца одного.
...Пади, мой дух, в смиренья многом
И свой не устремляй полет
В пучины, коим меры нет. —
Чтоб Бога знать, быть должно богом;
Но чтоб любить и чтить Его,
Довольно сердца одного.
Желая светлым днем вполне налюбоваться,
Орел поднебесью летал
И там гулял,
Где молнии родятся.
Спустившись, наконец, из облачных вышин,
Царь-птица отдыхать садится на овин.
Хоть это для Орла насесток незавидный,
Но у Царей свои причуды есть:
Быть может, он хотел овину сделать честь,
Иль не было вблизи, ему по чину сесть,
Ни дуба, ни скалы гранитной;
Не знаю, что за мысль, но только что Орел
Не много посидел
И тут же на другой овин перелетел...