Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Единственный способ светить другим — светиться навстречу Свету.
Светиться своей глубиной и значит быть собой, но моя глубина глубже меня.
Господь Сам открывается — и тем Он спасает (и меня, и ближнего моего — его через меня и меня через него). Светить другим — это не светить, а светиться навстречу Свету — т.е. Христу (Христу в себе и Христу в другом, ибо это один Господь).
Свобода — это богообщение. Общение с Богом и в Боге, общение богом в себе с богом в другом. Свобода — это бытие в Боге. Быть собой с самим собой или с другими, или с Богом, можно только пребывая в Боге.
Настоящие мысли приходят, как стихи. Да они и есть стихи в смысле — поэзия. Всё подлинное в нас — поэзия.
Даже некоторые цветы не уживаются вместе, тем более люди.
Беречь Христа в себе — это беречь Христа в другом.
Дальтоники не различают цвета, но это не значит, что тот, кто различает — великий маг. Это верно и относительно духовных «дальтоников».
Видеть человека насквозь — это видеть пути, по которым приходят к нему мысли.
Ценен человек тем, на что способен помимо своих ошибок, помимо своих заблуждений — вопреки им.
Плоская, лишённая смыслового объёма мысль никогда не бывает по-настоящему верной, истинной. Плоскость чуждается высокого и глубокого — не может вместить.
Встала она на веках моих,
Косы с моими смешав волосами,
Форму рук моих приняла,
Цвет моих глаз вобрала
И растворилась в моей тени,
Как брошенный в небо камень.
Всегда у нее открыты глаза,
Они не дают мне спать.
Грезит она среди белого дня,
Она заставляет меня смеяться,
Смеяться, и плакать, и говорить,
Хоть нечего мне сказать.
Ни одна ночь не приносит с собой
полной темноты.
Я говорю вам, я утверждаю,
что у самой глубокой печали есть дно
и всегда есть окошко, открытое в ночь,
освещённое маленькой лампой.
Даже в отчаявшейся душе
среди сонного мрака и холода
не спит безумнейшая мечта,
пытаясь согреть эту душу.
Тьма не может быть беспросветной,
потому что есть щедрое сердце,
чтобы простить нас...