Гоголь и Толстой
Ремизов В. Б
Мысль — поют в сердце (мышление), и только из личного опыта её можно спеть. Дискретность мысль обретает посредством слов — так она усваивается (присваивается — по частям) человеческим умом, но сама она — целостна, непрерывна, как поэзия (всё и сразу).«Всё нерассказанное — непрерывно», — сказала Цветаева. «Мышление обще у всех», — говорит Гераклит.
Если мы - чётки, то Христос в нас - нить, на которую надеты бусинки.
Человек — это преодоление небытия.
Дар — это не только наличие чего-то, но и отсутствие; это не только одарённость, но и уязвимость.
Поэзия — свойство не только слова, языка, поэзия — свойство бытия. Посредством поэзии, в процессе поэзии мы общаемся с Бытием или, наоборот, Бытие общается с нами. С нами или со мной? Со мной - как с нами, но и со мной лично. Я в своём пределе едино с мы.
Поэзия — диалог, как и мышление. Поэзия принадлежит Слову, это беседа в Слове.
Поэзия — диалог, как и мышление. Поэзия принадлежит Слову, это беседа в Слове.
Крылья — это не мы, они — над нами и между нами. А Христос — в нас, наши крылья растут из Него.
В песне — птичье смирение.
Душа — это то, что болит, когда больно другому.
Кто выбрал неподлинность как своё бытие, тот выбрал некрасоту небытия, т.е. некрасоту и небытие.
Поэзия — это вовсе не гадание на кофейной гуще слов, она — беседа со Словом. Гадают те, кто не умеет говорить, кто научился только болтать.
