Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Настоящие мысли приходят, как стихи. Да они и есть стихи в смысле — поэзия. Всё подлинное в нас — поэзия.
Вещное пространство — не вечное, но оно тоже противостоит смерти.
Главное в каждом человеке то, что можно в нём любить. И это то в нём, что Христово.
«Надо подумать» — это о чём? О том, что надо пожить с той или иной мыслью в свете Луча. Акт мышления по сути своей схож с совестным актом, он осуществляется одним и тем же методом обращения к Лучу. Мы думаем — совестью.
Миф, миф... И то миф, и это... Не думали, что сам человек в нас, как и наша человечность — тоже миф. Миф, требующий воплощения. Не будет мифа, будет только биология — и человек испарится, вместо человеческого общества мы окажемся в зверинце.
Свет! Солнце! Душа-дюймовочка не хочет в подземелье кротов — а нас именно туда влекут, в ад без Солнца Правды.
Ложное «мы», в которое я верю, создаёт моё ложное «я».
Истинная личность — это я во Христе. Полнота — это я во Христе и Христос во мне. Всё, что до того, любая моя работа над собой — это подготовка возможностей для обретения этого состояния себя.
Личность — это точка стояния в Боге, а не в человеке (в отличие от индивидуальности).
Истиной никто не владеет единолично. К истине можно лишь приобщиться.
Виктории Швейцер
Снег идет — идет уж который день.
Так метет, хоть черный пиджак надень.
Городок замело. Не видать полей.
Так бело, что не может быть белей.
Или — может: на то и часы идут.
Но минут в них меньше, чем снега тут.
По ночам темнота, что всегда была
непроглядна, и та, как постель, бела...
О трагической судьбе Цветаевой написано немало, но книга Виктории ШВЕЙЦЕР «Быт и бытие Марины Цветаевой», фрагменты из которой предлагаем читателям, заметно выделяется глубиной, пониманием внутреннего устроения этой уникальной личности, выдающегося поэта и страдалицы, писавшей о себе: «К имени моему — Марина — прибавьте: мученица»...