Поэт, эссеист, публицист, автор сказок для детей и взрослых
Христос в нас, а не во мне. Во мне отдельного от других Христа быть не может.
Лучшие гибнут первыми, как правило, потому что не себя хранят, а что-то другое — большее. Большее, которое мало кого обременяет.
Вся суть человеческой природы в словах «что отдал, то твоё». Человек — пуст, он усваивает лишь отдавая, потому что то, что сумел отдать — только и есть усвоенное, а всё по-настоящему усвоенное стремится быть отданным.
Человеческое в человеке — путь к Богу.
Повернувшись спиной к человеку,
мы поворачиваемся спиной к Богу.
Человек человеку — театр.
Идущий верным путём, как только встанет на него, найдёт своих исторических попутчиков.
Жизнь и смысл её — совпадают, т.е. всё, что не совпадает со смыслом, не совпадает и с жизнью.
Люди падают
по-разному:
кто-то вниз,
кто-то вглубь,
кто-то ввысь.
Самость любит себя и понимает других, говорящих на языке самости. Она живёт в душе, как змея и говорит другим змеям, живущим в других людях: ублажите меня - и я вас ублажу. И если кто не ублажит, того змея ужалит.
Овнешнение человека — плата за грех нехранения внутреннего.
Песня
Светиться навстречу свету, который видишь, можно, кто бы что ни говорил. И да, ты при этом светишься. И да, тот, кто светится - светит.
Кто ищет свет, тот радуется, видя того, кто светится. Но есть и те, кто будет отвергать свет, докапываясь до тьмы. И да, кто ищет, тот всегда найдёт... то, что ищет.
Если обычный человек - это линия на листе белой бумаги, то поэт это пунктирная линия. В этом можно увидеть много разного.
Пунктир - как стежки на ткани. Нить проходит то с одной стороны ткани, то с другой. То есть, поэт живёт и по ту сторону жизни - не только здесь («карьера в невозможном»).
Пунктирной линия является и потому, что в момент написания произведения поэт исчезает, а на его территории возникает написанный им текст. То есть, место прерывания линия (пустота) восполняется текстом. Линия выглядит не пунктирной, а сплошной, если на месте пустого пространства располагаются произведения. Автор и тексты сливаются в единую сплошную линию, при этом не забудем, что в моментах автор оказывается по ту сторону, а в здесь его представляет текст.
Вольный гений воспринимает свое призвание, как служение красоте и правде, как служение поэтическое и пророческое; он слышит «Божественный глагол», он исполняет Божественную волю: «виждь и внемли!». И от нее получает высшую свободу духовного прозрения и постижения...
И еще другая свобода ему дана: свобода пророческого слова, не боящегося ни царства, ни священства, свобода «глаголом жечь сердца людей.
Каждый человек с младенчества знает, что его перцепция не может быть заполнена. Перцепция всего человечества не может быть заполнена - она огромна, она есть всегда, она бесконечна. Нет ничего, что могло бы войти в неё на равных, и вдруг она - заполнена. И вот когда она заполнена, это называется интеллектуальное созерцание.
Интеллектуальное созерцание - это не дискурсивная рефлексия. Спонтанное, глобальное отражение последнего.
Интеллектуальное созерцание, в котором наступает немыслимое, невиданное заполнение перцептивного зеркала до краёв.
Миф генетически восходит к постсозерцательному состоянию.
Миф возникает после того, как жрец вышел из полноты интеллектуального созерцания.
Воспринимаемое, восприятие, воспринимающий - перцептивная триада. Единство этих трех элементов в интеллектуальном созерцании.
Мифы это иероглифы, которые являются ключами к тайне последней перцепции.
Анаксимандр: Холодный свет против тёмного жара. Холодный свет создаёт видимый мир, а тёмный жар - мир невидимый.
Единое - это квадратный круг. Без него ничего нет, но если бы оно было, то не было бы нас.
Пророк приходит засвидетельствовать, что есть некий импульс, который приходит извне. Пророк говорит о не тождественности. А жрец, наоборот, о тождественности воспринимающего и воспринимаемого - тождественности как условии восприятия.
Жрец - аспект Единого, он созерцает Единое в Его чистоте. Но чтобы сказать, что Единое существует в противоречивом и взаимоисключающем образе нужен пророк, ибо это невозможно, это указывает на источник чуждый самой человеческой перцепции.
---------------------------
Существует две традиции: традиция созерцания и традиция откровения, традиция жрецов и традиция пророков. Как они относятся друг к другу? Предельно враждебным образом.
Речь по сути о том, почему смотря мы видим? Когда имеется два взаимоисключающих ответа, то это вопрос жизни и смерти.
Традиция - это на самом деле поле битвы между горячим и холодным, где теплохладные заведомо изблеваны из уст.
Созерцание - одно, а откровение - другое? Получающие откровение не обязательно созерцают - да, наверное. Но я с этим поспорила бы, т.к. получить откровение вне процесса созерцания вряд ли возможно, хотя.... Если и ослица может заговорить, то да: созерцание и откровение могут не совпадать. И всё равно я думаю, что откровение - это некий плод созерцания, пусть и не всегда привычно понимаемого. Или, наоборот, созерцание - плод откровения.
«Вера - от слышания», т.е. созерцание бывает разным. Главное в нём - способность приходить в непосредственное соприкосновение с недоступной Реальностью*, способность воспринимать тем или иным образом глубокое и предельно подлинное невидимое Реальное.
-----
* Не путать с Действительностью - т.е. тем, что можно прямо воспринимать как данность органами чувств.
Реальность - это последняя подлинность, последняя аутентичность.
Реальность ускользает от органов чувств, она постижима только в виде концептов. Реальность это стена (действительность), в которую мы бьемся.
Традиция это различные способы активного отношения человека к ноумену. Традиция - это активное отношение человека к скрытой подлинности, и это отношение может быть самым разным.
Традиция это широкое поле возможностей вступления во взаимоотношения с истиной и целый спектр реакций.
Традиция - прямое взаимодействие истины с человеком как с некоторой жидкой, мягкой, плещущей субстанцией.
Профанизм - пребывание вне традиции.
Он имел отношение к Реальности в том смысле, что Реальность не имела отношения к нему.
Ноумен негативен по отношению к человеку, негативен по отношению к сущему. Он является не в том, что есть, а в том, что уничтожает всё, что есть. Это богиня Кали, увешанная черепами - в индуизме. Всё исчезает - эта бездна действует вокруг нас, она пронизывает вещи. Весь мир - это некое горящее полено: огня не видно, но полено сгорает и съёживается. Вот этот огонь и есть ноумен. Что такое традиция? Это непосредственная попытка «подружиться» с этим пламенем, включить это пламя в свой состав, сделать его своей кровью.
Традиция, Реальность, Смерть - это очень сопряженные понятия. А попытка включить это пламя в свою кровь, что это такое на самом деле? Это солнечная воля - воля к власти, которая является неотъемлемой чертой истинного знания. Она является и героической, и трагической, и связанной с собственной смертью и принятие этой смерти. И вместе с тем это единственный стержень, который можно определить подлинной пассионарностью.
Традиция глубоко неоднозначна. Нынешние жрецы непассионарны, в них, скорее, лунная созерцательность.
Традиция созерцания реальности в чистом виде - институт жрецов.
Великие посвященные - они просто смотрят и видят. Они не могут передать своё видение, а потому говорят символами, притчами...
Созерцание - одно, откровение - другое. Получающие откровение не обязательно созерцают.
---------
Если есть пророки, то зачем жрецы? Жрецы - созерцают, пророки получают откровения.
Сначала в иудействе было время пророков, а потом, где-то после Вавилонского плена, время мудрецов. Мудрецы - те же жрецы.
-----------
Два источника Традиции: созерцание жрецов и откровение пророков.
Главные идеи фундаментального труда Льва Выготского «Мышление и речь» в виде тезисов.
Главные идеи «Мышления и речи» Л.С. Выготского
1. Единство, а не тождество мышления и речи
Ключевой тезис: Мышление и речь имеют разные генетические корни и изначально развиваются отдельно (у животных есть зачаточное мышление, у младенцев — доречевой период).
Суть: Они не одно и то же. Их связь возникает в процессе развития и образует сложное единство, где мысль не просто выражается в слове, а совершается в нем. Слово без мысли — пустой звук, мысль без слова — неоформленный «туман».
2. Значение слова как единица мышления и речи
Ключевой тезис: Значение слова — это та минимальная и фундаментальная «клеточка», в которой объединены мышление и речь.
Суть: Именно в значении слова мысль и слово сливаются в речевое мышление. Изучая, как развиваются значения слов (от синкретов к комплексам, а затем к истинным понятиям), мы изучаем развитие речевого мышления.
3. Социальный генезис высших психических функций (ЗБР)
Ключевой тезис: Высшие психические функции (логическая память, произвольное внимание, понятийное мышление) возникают сначала как форма сотрудничества и общения с другими людьми, а затем становятся внутренними функциями самого индивида.
Суть:«Всякая функция в культурном развитии ребенка появляется на сцену дважды... Сначала между людьми, как категория интерпсихическая, затем внутри ребенка, как категория интрапсихическая». Этот процесс называется интериоризацией.
4. Зона ближайшего развития (ЗБР)
Ключевой тезис: Чтобы понять реальное развитие ребенка, нужно оценивать не только то, что он может сделать самостоятельно (актуальный уровень развития), но и то, что он может сделать с помощью взрослого.
Суть:ЗБР — это расстояние между актуальным уровнем развития и уровнем потенциального развития, который достигается с помощью наводящих вопросов, подсказок, демонстрации. Это главный показатель обучаемости и будущего развития.
5. Развитие понятий: от синкретов к истинным понятиям
Выготский выделил стадии формирования понятий у ребенка:
Синкрет: Бессистемное, хаотичное объединение предметов на основе случайных впечатлений.
Комплекс: Объединение предметов на основе конкретных, фактических связей (например, по цвету, форме), а не по абстрактному признаку.
Псевдопонятие: Внешне похоже на понятие, но основано на комплексном мышлении. Ребенок использует слово «собака» правильно, но для него это образ его конкретной собаки, а не абстрактный класс животных.
Истинное понятие: Формируется в подростковом возрасте. Это абстрактное мышление, основанное на выделении существенных, логических признаков.
6. Внутренняя речь и её роль в мышлении
Ключевой тезис: Внутренняя речь — это не просто речь про себя, а особая, свернутую и предикативную форму речи, служащую для саморегуляции и мышления.
Суть:
Предикативность: Внутренняя речь состоит в основном из сказуемых, так как субъект (то, о чем мы думаем) нам и так ясен.
Свернутость: Она сокращена, в одном слове может быть заключен целый смысл.
Это звено, опосредующее переход от мысли к внешней развернутой речи.
7. Мысль не выражается в слове, а совершается в нем
Ключевой тезис: Это кульминационная идея книги. Мысль не существует в готовом виде до ее вербализации.
Суть: Процесс формулирования мысли в словах — это сложный, динамичный процесс, в ходе которого сама мысль кристаллизуется, уточняется и развивается. «От живой, образной, полной движения действительности человек переходит к ее обозначению с помощью языка, который служит средством ее осознания».
Практический вывод и значение
Идеи Выготского радикально изменили педагогику и психологию. Они показали, что:
Обучение должно опережать развитие и вести его за собой, ориентируясь на ЗБР.
Роль учителя/взрослого — не передатчик знаний, а организатор сотрудничества, который помогает ребенку самостоятельно открыть для себя новые смыслы и способы действия.
Язык — это не просто оболочка для мысли, а главное орудие, которым человек овладевает, чтобы управлять своим собственным поведением и мышлением.
Кратко резюмируя: Мышление и речь, имея разные истоки, сливаются воедино в значении слова. Это единство формируется в социальном взаимодействии и через интериоризацию становится основой нашего сознания.
Ключевые тезисы, подкрепленные прямыми цитатами из «Мышления и речи».
1. Единство мышления и речи
Тезис: Мышление и речь — не тождественны, но образуют сложное единство. Мысль не выражается, а совершается в слове.
«Отношение мысли к слову есть не вещь, а процесс, это отношение есть движение от мысли к слову и обратно — от слова к мысли... Мысль не выражается в слове, но совершается в слове.»
Эта фраза — квинтэссенция всей книги. Мысль не готова до речи, она формируется в процессе говорения.
«Единство мышления и речи... представляет собой не изначальную, а возникшую в процессе развития форму бытия.»
2. Значение слова — единица анализа
Тезис: Значение слова — это та самая «клеточка», в которой слиты мышление и речь.
«Значение слова... представляет собой единство слова и мышления, которое не может быть далее разложено... Исследование значения слова могло бы стать прямой основной задачей анализа интересующей нас проблемы.»
Здесь Выготский обосновывает свой методологический выбор: изучать не мышление и речь по отдельности, а их единство — значение.
3. Социальное происхождение высших психических функций
Тезис:Все внутреннее сначала было внешним и существовало как отношения между людьми.
«Всякая высшая психическая функция в развитии ребенка появляется на сцену дважды: сперва как деятельность коллективная, социальная... второй раз как деятельность индивидуальная, как внутренний способ мышления ребенка.»
Это, пожалуй, самая известная цитата Выготского, четко формулирующая закон интериоризации.
4. Зона ближайшего развития (ЗБР)
Тезис: Развитие определяется не только тем, что ребенок умеет сам, но и тем, что он может сделать с помощью взрослого.
«Зона ближайшего развития определяет функции, не созревшие еще, но находящиеся в процессе созревания; функции, которые можно назвать не плодами развития, а почками развития, цветами развития... Подражая, ребенок может сделать значительно больше, и притом с умственным пониманием, а только механически.»
Здесь Выготский объясняет, почему сотрудничество с взрослым так продуктивно для развития.
5. О природе внутренней речи
Тезис: Внутренняя речь — это особая, свернутая и предикативная структура, служащая для мышления.
«Внутренняя речь есть в точном смысле речь почти без слов... Внутренняя речь есть в значительной мере мышление чистыми значениями, она есть обедненная словом и насыщенная смыслом речь.»
Выготский подчеркивает, что внутренняя речь состоит из "сгустков смысла", а не полных грамматических конструкций.
«Внутренняя речь по своей структуре является совершенно особой функцией; ее главнейшая отличительная черта — ее предикативность.»
Он поясняет, что во внутренней речи мы опускаем подлежащее (оно нам и так ясно) и оставляем лишь сказуемое — действие.
6. О развитии мысли из мотива
Тезис:Мысль рождается не из другой мысли, а из мотивирующей сферы нашего сознания.
«За мыслью стоит аффективная и волевая тенденция... Исследовать внутреннюю речь, не зная мотива, из которого она исходит, — вещь почти безнадежная.»
Эта цитата показывает, что Выготский не отделял интеллект от аффекта. Мышление всегда эмоционально и мотивированно.
Эти цитаты не просто иллюстрируют тезисы — они позволяют услышать живой голос Выготского, его стиль и мощь его мысли, которая и сегодня поражает своей современностью.
--------------------------------------------
Список базовых идей Л.С. Выготского
1. Социокультурная теория развития Идея: Психическое развитие ребенка определяется не биологическим созреванием, а социальным и культурным контекстом. Ребенок усваивает культурные средства (язык, знаки), которые преобразуют его естественные психические функции в высшие.
Цитата: «Всякая функция в культурном развитии ребенка появляется на сцене дважды, в двух планах, сперва — социальном, потом — психологическом. Сперва между людьми как интерпсихическая категория, затем внутри ребенка как интрапсихическая категория».
Источник: «Мышление и речь», Глава 2: Проблема речи и мышления ребенка в учении Ж. Пиаже.
2. Высшие психические функции (ВПФ) Идея: ВПФ (логическая память, произвольное внимание, понятийное мышление) — социальны по происхождению, опосредованы знаками и инструментами (главным образом, речью), произвольны по способу управления и системно организованы.
Цитата: «Опосредованная структура высших психических функций, использование внешнего средства как пути для овладения внутренними процессами... составляет отличительную и центральную черту, которую мы обозначаем термином „высшая психическая функция“».
Источник: «Орудие и знак в развитии ребенка».
3. Зона ближайшего развития (ЗБР) Идея: Для оценки развития ребенка crucial важно учитывать не только актуальный уровень (что он делает самостоятельно), но и потенциальный уровень (что он может сделать с помощью взрослого). Разница между ними и есть ЗБР.
Цитата: «Расстояние между уровнем актуального развития, определяемым с помощью самостоятельно решаемых задач, и уровнем потенциального развития, определяемым через решение задач под руководством взрослого или в сотрудничестве с более способными сверстниками... и есть зона ближайшего развития».
Источник: «Мышление и речь», Глава 6: Исследование развития научных понятий в детском возрасте.
4. Опосредствование Идея: Человек овладевает своим поведением и психикой с помощью психологических орудий (знаков, символов, языка), которые он усваивает из культуры.
Цитата: «То, что природа не сделала для человека, он делает сам, овладевая природой... и создавая новые формы поведения, которых нет у животных, — орудий труда, с одной стороны, и языка, знаков — с другой».
Источник: «Психология развития человека».
5. Единство аффекта и интеллекта Идея: Мышление и эмоции неразрывно связаны. Мысль не является «чистой», она всегда содержит в себе аффективное (эмоционально-волевое) отношение.
Цитата: «Мысль не рождается из другой мысли, а из мотивирующей сферы нашего сознания, которая охватывает наше влечение и потребности, наши интересы и побуждения, наши аффекты и эмоции. За мыслью стоит аффективная и волевая тенденция».
Источник: «Мышление и речь», Глава 7: Мысль и слово.
6. Значение слова как единица сознания Идея: Сознание является смысловым строением, и его основной единицей является значение слова, в котором слиты интеллект (мышление) и аффект.
Цитата: «Значение слова... есть единство обобщения и общения, коммуникации и мышления... Именно в значении слова завязан узел того единства, которое мы называем речевым мышлением».
Источник: «Мышление и речь», Глава 1: Проблема и метод исследования.
7. Ведущая роль обучения в развитии Идея: Обучение не должно плестись в хвосте развития; правильное обучение забегает вперед и ведет за собой развитие, пробуждая в нем то, что находится в ЗБР.
Цитата: «Обучение только тогда хорошо, когда оно идет впереди развития. Тогда оно пробуждает и вызывает к жизни много других функций, находящихся в стадии созревания, лежащих в зоне ближайшего развития».
Источник: «Умственное развитие детей в процессе обучения».
8. Понятие об интериоризации Идея: Процесс преобразования внешней, совместной деятельности, опосредованной знаками, во внутреннюю, индивидуальную психическую функцию.
Цитата: «Изобретение и использование знаков в качестве вспомогательных средств при разрешении какой-либо психологической задачи... является с психологической стороны analogous изобретению и использованию орудий в труде».
Источник: «История развития высших психических функций».
9. Игра и ее роль в развитии дошкольника Идея: Игра создает зону ближайшего развития ребенка. В игре ребенок всегда ведет себя выше своего среднего возраста, выше своего обычного повседневного поведения.
Цитата: «Игра представляет собой первую форму деятельности ребенка, доступную ему, в которой он по собственному желанию руководит своими переживаниями, подчиняясь определенному правилу... В игре ребенок всегда выше своего среднего возраста, выше своего обычного повседневного поведения».
Источник: «Игра и ее роль в психическом развитии ребенка».
Этот список охватывает ключевые концепции, лежащие в основе культурно-исторической теории Л.С. Выготского, которая оказала фундаментальное влияние на педагогику, психологию и дефектологию.
Мы - народ, когда в нас действует состояние внутреннего единства и доверия этому единству, т.е. это аутентичное единство и состояние. Народ растёт из будущего, а потому и действие должно быть направленным на созидание будущего. Стояние в своей подлинности созидает в нас ту реальность, ту жизнь, которая имеет будущность. Мимикрия отнимает будущее, ложная идентичность - изымает из потенции быть. У народа без будущего похищают и его прошлое. Чтобы не отняли прошлое, надо иметь будущее.
Какой-то интересный период в моей жизни. С одной стороны - глубочайший кризис, переоценка всех оснований, всех несущих элементов мировоззрения. Лицезрение своей пустоты, голая правда во всей своей ужасной бессмысленности. С другой - люди подходят на улице, в электричке, на перроне и говорят комплименты, благодарят за красоту, за разговор, за явление чего-то, что им дарит радость. С третьей стороны - есть злопыхатели, которые ничего не могут различить во мне по-настоящему, но осуждают, ненавидят, приговаривают и оговаривают. Такой «букет».
А что думаю о себе я сама? По-прежнему я не сужу никого: ни других, ни себя, а просто смотрю чистым, живым, не ангажированным взглядом. Думаю, именно этот взгляд одних драконит (в нём нет оценки и нарративной позиции, но каждый усматривает в нём своё), других вдохновляет (раскрывает знакомое с непривычного ракурса)*.
Но я понимаю, что пока я в таком сложном, кризисном состоянии, общение со мной - дело непростое. Что поделаешь, смирение - это и смирение с собой, таким как ты есть, и с другим - каким он есть. Важнее всего избегать самообмана, ибо самообман - главная помеха, кроме греха, на пути к Богу.
---------
* Поэтический взгляд смотрит сразу во всех направлениях и ни в одном конкретном, именно поэтому поэзия - это речь обо всём сразу.
Поэт - это инстанция, это некий кабинетик наверху, куда может войти и входит каждый, кто одарён поэтическим зрением или слухом, и тем призван. Кабинетик этот один на всех, но место входа у каждого своё, ибо оно сопряжено с личностными характеристиками входящего, которые и делают его автором стихотворения, теоремы или музыкального произведения.
Авторство - это место соприкосновения общего и частного в реальном воплощении.
То, что мысли приходят в голову сами по себе - свидетельство единого, одного на всех, пространства мысли, к которому люди причастны, подключены, и где мысли свободно «гуляют» по своим дорогам и тропинкам, как по саду. Все эти мысли не наши, они одновременно принадлежат всем и никому. Потому и говорил Гераклит «Мышление обще у всех». С другой стороны, определенные мысли требуют определенного состояния - чтобы с ними встретиться по подобию «забот», «восторгов», «интересов», чтобы человек был способен к их восприятию, пониманию, развитию. Личная жизнь каждого отдельного человека привлекает к нему те или иные мыслеформы, мыслеструктуры, которые хотят с ним повстречаться, поделиться своим насущным и главным, которое и для человека - насущное, а в его лице, может быть, и для человечества - главное. Траектория мышления уже штука авторская, ибо она во всём зависит от актуальных запросов автора. Или даже не запросов, а просто его авторского состояния, которое формирует запрос не обязательно посредством сознательных вопрошаний и чаще, возможно, как раз бессознательное вопрошание - по естеству ума, души и тела.
Текст предполагает сказанное или написанное - одна часть; вторая - недосказанное, недоговорённое (где недосказанное? где недоговорённое?); третья - сверхсказанное (где это?). Текст (это самая мягкая формула) - это не то, что вы проговариваете, а когда вы фактически проговариваете недосказанное. Если вы этого не делали, вы работали без сознания, вы работали как бот. Эти три шага одновременно превращают текст в предмет сознания. Такого рода текст предполагает работу сознания. Что ещё я узнаю в тексте? Я узнаю в тексте... Обязательно должна быть манера, стиль... Вы узнаете кто пишет, как пишет, больше того - где пишет. Люди где-то живут, с кем-то общаются, что-то говорят (в том числе прогововариваются, т.е. зря говорят - С. Коппел-Ковтун). Всегда на это будет указание. Иначе как вы будете договаривать? Если у вас не будет договаривания, у вас нет вообще никакой дистанции по отношению к этому тексту, вы - попугаи, дрессированные студенты.
* * *
Искусство - данное в ощущениях небытие. Дано то, чего нет.
* * *
Люди - безумцы: неразумные, но мыслящие.
* * *
Язык, язык... Да не язык - речь! И какое главное событие - галлюцинации, они взрываются и не спрашивают нас.
И кто ты? Ты изгой, ты выброшен. Тебя понять трудно. У тебя даже нет языка, на котором ты говоришь. Ты говоришь, а тебя не понимают. Если тебя не понимают, ты сумасшедший. Это нормально.
А быть нормальным - говорить на том языке, на котором все говорят - анонимном, это и есть дрессировка. А быть собой это ужасно...
* * *
Интеллигенция симулирует. Одно дело симулировать, а другое - галлюцинировать. Чем симулякр отличается от галлюцината? Галлюцинат даёт существование тому, чего нет. Это русские, это наша культура. Слово галлюцинат придумал Полонский - поэт, а я его на всю катушку использую. А они что делают (Запад, интеллигенция - С.К.)? Симулируют, одно выдают за другое, обманывают. Симулякры кругом, симулякры... У них мир симулякров, у нас мир галлюцинатов. И нет никакой пощады симулякрам, когда они будут иметь дело с галлюцинатами.
The birds they sang At the break of day Start again I heard them say Don't dwell on what Has passed away Or what is yet to be. Ah the wars they will Be fought again The holy dove She will be caught again Bought and sold And bought again The dove is never free.
Ring the bells that still can ring Forget your perfect offering There is a crack in everything That's how the light gets in.
We asked for signs The signs were sent The birth betrayed The marriage spent Yeah the widowhood Of every government Signs for all to see.
I can't run no more With that lawless crowd While the killers in high places Say their prayers out loud. But they've summoned, they've summoned up A thundercloud And they're going to hear from me.
Ring the bells that still can ring
You can add up the parts But you won't have the sum You can strike up the march, There is no drum Every heart, every heart To love will come But like a refugee.
Ring the bells that still can ring Forget your perfect offering There is a crack, a crack in everything That's how the light gets in.
Ring the bells that still can ring Forget your perfect offering There is a crack, a crack in everything That's how the light gets in. That's how the light gets in. That's how the light gets in.
Или тебе что-то открывается, или у тебя ничего нет.
В христианстве реальны только отношения. Это единственная реальность.
Бога ВООБЩЕ не существует в нашей реальности (есть Бог Авраама, Бог царя, Бог народа. Каков Бог безотносительно к человеку неизвестно - С.К. ).
Молитва не просто - основа, фундамент духовной жизни. Это и есть сама эта жизнь. По крайней мере в авраамических традициях.
И созерцание - это молитва, и медитативное чтение - это молитва, и просто реальность - это молитва.
Молитва - это, прежде всего, состояние. Это состояние воли. И это не только воля, которая движет нашей природой - психической и физической. Воля это внутреннее пространство, обладающее определенным напряжением - заряженное пространство, внутри которого могут протекать практически любые процессы.
Если говорить о внимании, степень его концентрации является своего рода мерой проявления воли, и позволяет как-то её описывать. С одной стороны внимание сфокусировано, и есть некий центр - фокус внимания; а с другой стороны оно обладает определенной динамикой, которая позволяет говорить о поле внимания.
Природа проявляет себя согласно законам, а дух - через волю. Воля это самопроявление духа.
Природа существует по закону, а дух - по воле. Природа ничего не хочет, она просто существует сообразно этому закону.
Закон - это алгоритм существования Вселенной, установленный не самой Вселенной. А дух определяет своё существование сам - волевым актом. Т.е. Бог существует не потому, что есть какой-то закон Его существования, путь даже самим Богом созданный. Он существует свободно, согласно волевому акту, адекватному для него, который определяет способ Его существования. Он существует как раскрывающаяся воля, которая определяет способ и форму Его существования.
Молитва - это состояние, которое возможно только внутри отношений с Богом; в христианстве - со Христом.
(Первая реакция - обращение к Богу, а не попытки разрулить ситуацию - С.К.)
Молитва - это обращение и обращённость.
Молитва - это абсолютно напряженное, предельно концентрированное, хорошо распределенное структурированное поле внимания, созданное внутри отношений человека с тем, к кому он обращается в молитве.
Молитва начинается с той точки, где мы оказываемся, когда находим себя. Она всегда должна начинаться из этой точки. И пока там не оказались, молитвословие не начинаем. Эта точка - не последняя глубина нашей души. Последняя - где рождается воля, а не там, где она себя проявляет, когда, например, мы думаем, говорим или действуем. Надо продвинутся именно туда, в эту последнюю глубину. Интенсивность молитвы возрастает в процессе этого продвижения. Внимание усиливается, поле внимания становится более напряженным, фокус - более чётким. И, кроме того, поле внимания может ещё и расширяться в этом процессе. Но за этим всем следить не надо - ни в коем случае.
Во время молитвы процессы должны протекать условно естественным образом.
По Хайдеггеру смертные - это люди, потому что только они могут осилить смерть как смерть.
Хайдеггер сравнивал богов и людей как два берега одной реки бытия.
Сущность человеческого по Хайдеггеру - воспевание вещей.
Фергюстон (опустынивание) Das Geviert началось по Хайдеггеру, когда человек вместо воспевания вещи стал представлять её (т.е. с Платона, Сократа и Аристотеля - идеи Платона).
Вещь превращается в символ, в знак, появляется означающее и означаемое, идея как прообраз вещи, вещь как конкретный предмет. То есть вещь является не самой собой, а указанием на что-то. Боги уходят, потому что им не нравятся представленные вещи. Это конец греческих богов
Человек пел вещь, называл её - это по гречески поэзис (созидать, творить).
Гештель - фундаментальная работа сути человека как ничто в разрушении гевирта (Das Geviert - четверица).
Гештель - это судьба бытия. Гештель это сущность человеческого существа. Гештель входит вместе с Декартом.
Предмет - это конец вещи.
Из поэта человек превращается в производителя, пролетиария.
Вещь превращается в товар.
Утопия - это где нет места.
Бог становится шуткой. Люди забыли, что Бог умер. Вещь становится симулякром.
Вещь уже не предмет, не товар, а симулякр.
Гештель воцаряется как техно, заканчивая процесс Фергюстон.
* * *
Русский человек - носитель русской воли и русского ничто.
Русская вещь. Вещь надо понимать как весть. Русская вещь - это та вещая весть, которая вещает на вече. То есть, сакральные, священные вещи перенесли боги. Вещь вещает словами людей, с помощью людей, на вече, которое представляет собой гевирт и находится в центре скрещений. Это живая русская вещь является возможной полнотой национальной идеи. Идея должна рисоваться по этим выкройкам.
Вместо русской вещи уже русский предмет и скоро будет русский симулякр.
производить, торговать, потреблять
Мы должны быть не рабами гештеля, а хозяевами гештеля. Мы должны быть не рабами воли и могущества, а господами воли и могущества, тогда мы способны осуществить самую важную задачу.
1 шаг: Да здравствует русский гевирт, долой русский гештель. 2 шаг: Русский гевирт и русский гештель - одно и то же.
Надо суметь помыслить постмодерн не дуально. То, что нас отрицает, нас утверждает. Гештель гевирта станет инструментом гевирта.
Точка полуночи - это где гевир и гештель перестанут быть оппозицией. Они совпадут, сольются. Эта точка уже дана нам в образе чистого гевирта.
Если мыслить время как то, что есть, и мыслить то, что есть как время, то тогда понятия БУДЕТ, ЕСТЬ и БЫЛО полностью утратят свое значение. Самл мышление о том, что это разные вещи - это продукт влияния гештеля. Диктатура фронезиса, который вписался в гевирт и произвел здесь разрушительную работу. Эта разрушительная работа тоже была заложена, зайн сам себя перечеркивает гевиртом.
Мыслить, минуя оппозиции форштелинга (представления), то возникнет событие - второе начало, вечное, оно никогда не кончалось.
Последняя фаза фергюстон (то, что происходит в точке полуночи), когда в центре всего стоит симулякр, экран, исчезнувшая земля, бог как шутка, постчеловек, мгновенно, без всякой паузы, без всяких действий и без всяких усилий, не заменяется чем-то другим, а обнаруживается как нечто совершенно другое, будучи тем же самым.
Новая вещь как новое небо, нова земля, где приходящее в приходящем, т.е. будущее в будущем.
Последний бог, место человека занимает радикальный субъект.
Хайдеггер презирал субъекта как конструкцию Декарта и возмутился бы сочетанию радикальный субъект. Но он всё мыслил онтологически, не дуально.
Радикальный субъект не что-то новое, он продолжение движения человечества в ту черную бездну, в которую оно идет всегда. Еще на шаг дальше.
Как он писал, те, кто рискуют больше, поэты в скудные времена первыми достигают бездны и заходят в этой бездне так далеко, как не дозволено зайти никому из богов. Это онтологическое наступление, а не представимое.
Наступление полночи (наступила она или ещё нет), понятое онтологически и фундаментально, реализует то второе начало, и станет тем событием (эрайгнис), той мгновенной вспышкой перечеркнутого зайн, которому учил Мартин Хайдеггер.
Эрайгнис (Со-бытие)
«После 1936, Ereignis — слово, которое движет мою мысль» (М. Хайдеггер)
Основная идея структурной лингвистики заключается в следующем. Существует речь и язык. Язык это нечто глобальное, абсолютное и не проявленное. Язык есть возможность. Он состоит из правил, из корней, из словаря, но всё это находится в потенции. Язык переходит в актуальность, когда возникает речь или дискурс. То есть, язык - это то, что можно сказать на данном языке, а речь - то, что говорится на данном языке.
* * *
Структуралисты боролись с доминацией дискурса, с историцизмом. Они говорили: коллеги, ничего не меняется; язык, которым пользуются, вот эта синтагма, разветрываясь в истории, - это один и тот же язык, там существует ограниченное количество возможностей. Как вы ни умудряйтесь, вы всё равно на этом языке будете говорить приблизительно одинаково. Поэтому они призывали не рассматривать примитивные народы, в частности один из крупнейших структуралистов Клод Леви-стросс, основатель структурной антропологии, он предлагал рассматривать вот эту парадигмальную подоплёку исторического процесса как не то, что было раньше, а то, что есть сейчас. Иными словами с его точки зрения примитивные народы - это не та народы, которые ещё не модернизировались, а это просто народы которые живут в большой степени в парадигмальном пространстве нежели в синтагматическом. И те, кто говорит, что они ещё не доразвились, диктуют им колониальным, расистским образом своё собственное историческое представление. А почему, собственно говоря, говорит Леви-Стросс, индейцы североамериканские или южноамериканские должны проходить тот же путь развития, как прошёл западноевропейский человек? Почему они должны делать выбор в пользу синтагмы, почему они должны отказываться от уничтожения добавочной стоимости в своих ритуалах, хотя их мир, их жизнь, их структуры языка, их мифологики под час более здравые, свежие, экологичные - достаточные для них. А система сложности примитивных обществ, система сложности их понятий, их разделений, выделения цветов, явлений и т.д., ничуть не уступает европейской. Она просто другая. Он говорит: давайте посмотрим - в парадигмальном плане то, что мы считаем предшествующим, неразвитым, недалёким, это на самом деле просто другое.Другое - чему мы имеем аналоги, но у нас это в зачаточном состоянии, а у них развито парадигмальное - у некоторых традиционных народов.
Здесь нет линейного времени.
Вот этот структуралистский подход, который делает акцент на парадигме, становится очень интересным. Он постепенно подводит нас к следующей конструкции, которая является фундаментальной конструкцией структурализма. И, соответственно, той структурной социологии, которую мы изучаем.
Вот приблизительно какова основная модель структурализма. Она говорит: сверху есть логос (керигма - высказывание, чистая рациональность), а в знаменателе есть мифос (структура). Знаменатель - это парадигма, логос - это синтагма. Таким образом существует не строгое, а динамическое соотношение: в начале мифос, а потом логос.
* * *
Миф находится не до, а внутри - на другом этаже. Он не исчез, а переместился - с первого этажа, например, в подвал. Не остался в прошлом, он живет в нас, рядом с нами, и он как раз и стучит с подпола - стучится в наш социальный логос, давая о себе знать через различные сбои функционирования социального логоса.
Сбои в структуре социального логоса являются не случайными отклонениями и помехами, а целенаправленной работой того, кто живёт в подвале.
* * *
Социокультурная топика Зигмунда Фрейда открывает в человеческом существе, а мы видим, что между обществом и человеком существует гомология при любых конструкциях, как бы мы ни рассматривали человека, З. Фрейд говорит, что в человеке существует Эго (рациональное, индивидуальный логос) и существует новая вещь, которую до Фрейда никто не подозревал - S или Ид (Оно или подсознание). Это сфера S, которая оказывается влияет на Эго через расстройства, через психические отклонения.
* * *
Что такое S? Это бессознательное, которое постоянно работает (работа, размывающая Эго*). И в этих сновидениях существует определенная логика, графика, определенные маршруты существуют, которые можно изучать с точки зрения психоанализа самым рациональным образом.
* Существует рассогласование между структурами S (они устроены по одной логике) и структурами Эго (они устроены по другой логике). Задача психоаналитической терапии - спустить Эго в S, чтобы Эго осознало поползновения S и избавилось от бомбардировок иррациональными импульсами.
Изучая S, Фрейд выстроил некую географию подсознания, довольно инфернальную - надо сказать. Существуют табуироваанные сюжеты, которые вытесняются, разрастаются порой в патологические формы или, наоборот, гармонично контролируются сознанием.
Вот эта борьба Эго против S с точки зрения Фрейда начинает объяснять очень много социокультурных явлений и, в конечном итоге, исторические и политические формы. Новые социокультурные топики...
* * *
Человек мучительно находится в диалоге со своим подвалом и с тем кто там обретается, а он не может понять кто там обретается, потому что это не индивидуализированные энергии. И вот это, собственно говоря, и есть главное содержание культуры. А всё остальное - Эго, борясь со своим бессознательным, порождает, воспроизводит, потом ломает, себя расстраивает. Совокупность того, что порождает Эго в своей логической деятельности, в диалоге с S - обратите внимание насколько почти из ничто социального логоса все больше и больше подполье заявлять о себе, порождается сверх-эго или супер эго.
Сверх-Я - это совокупность социальных процессов, институтов, явлений , интеракций, которые порождает Эго. Как порождает? С точки зрения Фрейда - через свой диалог с работающим бессознательным и постоянно дающим о себе знать в оговорках, случайных замечаниях. У людей психически неуравновешенных - более ярко.
Таким образом возникла новая топика.
С точки зрения Фрейда эта работа Эго с S является главным содержанием человеческой культуры, истории, и предопределяет в конечном итоге динамику социального логоса. Потому что социальный логос есть результат диалога Эго с S.
Сверх-Я это и есть социальный логос.
* * *
В 1909 году Юнгу снится сон, что доктор Фрейд, его замечательный учитель, не до конца правильно определил что такое S. Фрейд толковал его как совокупность исторических, т.е. ранних младенческих ощущений, которые потом продолжаются в течение всей жизни. А Юнгу приснилось, что под этим есть ещё одно подвальное строение. Оно очень сильно забаррикадировано - Юнг назвал его коллективным бессознательным. То есть по сути это и есть общий знаменатель.
Фрейдовское S - личное индивидуальное бессознательное - есть вершина коллективного бессознательного по Юнгу.
* * *
Стремясь избежать жесткой закономерности социального логоса, индивид бежит в психологию. При обнаружении новой психоаналитической топики, этот индивид попал - обнаруживается, что и здесь его индивидуальный мир, который скрывается от всех закономерностей, есть ничто иное как функция от коллективного бессознательного.
Таким образом с точки зрения социума человек предопределяется совокупностью своих социокультурных ролей, а с точки зрения психоаналитической психологии, психоанализа, он является функцией от тех существ, которые населяют коллективное бессознательное. Закономерностей, явлений...
То есть он тоже - функция, и он также мало индивидуален как с точки зрения социального логоса.
* * *
Сверху - социальный логос и коллективное сознание Эмиля Дюркгейма, а снизу коллективное бессознательное Юнга. Таким образом в этой структуралистской конструкции Логос-Мифос индивидуум с двух точек зрения является функцией, т.е. чем-то производным - с одной стороны он предопределяется местом, которое занимает или может занять в обществе (ролями) , а с другой - воздействующими на него архетипами коллективного бессознательного.
То есть, индивидуум получается не частичка, он не может себя обосновать, а это волна или пересечение двух волн. Каких? Социальной волны или социальной системы, которая навязывает ему совокупность ролей, и мифологической системы бессознательного, которые навязывают ему другое - через вот этот сложный, непростой диалог с собственным бессознательным, который уже не является собственным по Юнгу.
При Фрейде ещё можно было сказать, что человек занят собой (своими воспоминаниями, впечатлениями детства, которые надо вспомнить, осознать и можно излечиться, но когда появляется новый фундаментальный топос Юнга - коллективное бессознательное, дело меняется коренным образом.
Мы подошли вплотную к конструкции структурной социологии как социологии глубин. Подробнее опишем юнгианскую модель. Юнг предложил со своей стороны следующее понимание человека и соответственно общества.
* * *
Описание структуры бессознательного и его соотношение с социальным.
Самое внешнее - Эго с его ощущениями, рассудок, рацио, интуиция, эмоции. В социальном логосе оно выступает как персона, как личность. Социологический человек это персона Юнга. Человеческая личность формируется через отношение Эго к другим. Эготический уровень или уровень Я соответствует индивидуальному логосу. Эта модель построена на логосе, действует по его законам, и именно на персону воздействуют те решетки социального логоса, о которых мы говорили.
Иными слова эти 4 оси: власть, богатство, престиж и деньги предопределяют в значительной степени структуру персоны. Но Юнг говорит, что у этой персоны есть кое-что еще. То есть это уже не марксистский подход. Юнг, как психолог выделяет большее значение автономному бытию Эго.
Эго создает порядок - ордо.
Внутри у эго 4 уровня - память, субъективные коннотации функций, аффекты (из аффекта развивается истерия), инвазии (вторжения). Здесь находится субъективное личное бессознательное - по Юнгу.
В памяти содержится и ложное и истинное событие.
Если эго слабнет - понижение ментального уровня. Если эго слабнет, перестает держать все под своим контролем, когда не обеспечивает жесткий монархический порядок в личности, это всё начинает подниматься (снизу может постучать S )
Понижение ментального уровня Эго по Юнгу является главной этиологией психических заболеваний. Тогда содержание этих глубинных экзогенных пластов начинает подниматься бесконтрольно, неупорядоченно.
Понижение ментального уровня Эго по Юнгу главная причина и неврозов (самая легкая форма психического отклонения - человеческая личность способна бороться с собственным бессознательным; в отличие от психоза). С психозами уже сложнее потому что хватка Эго ослабевает (человек сдается) и дальше возникают совершенно самостоятельные явления в психике, с которыми бороться сложно.
Психиатры говорят, что человек когда-то в конечном итоге решает сходить ему с ума или нет.
Здесь, ниже, живет коллективное бессознательное, которое находится ниже, чем субъективное бессознательное. Юнг открыл этот дополнительный этаж социокультурной топики.
Вот такая картина человека - что внутри у индивида и как он сконструирован.
В социум, в общество, через персону поступает огромная воронка психологической деятельности, которую ведет Эго, отталкиваясь от коллективного бессознательного.
Юнг говорит о таком явлении как индивидуация, с его точки зрения это главное явление. По Юнгу индивидуация - это перевод содержания коллективного бессознательногов сферу эготического сознания. Индивид по Юнгу это не данность, а задание. Вся жизнь человека это ничто иное как общий процесс индивидуаций, которые дальше, через его персону, транслируются на социум.
Человеческое Я по Юнгу плюрано, потому что это ничто иное как некая стоянка в процессе индивидуации. Люди с психическими расстройствами могут обладать несколькими Я, и в процессе индивидуации могут возникать определенные помехи, тогда люди слышат голоса, видят видения. По Юнгу это абсолютно естественные вещи. Ибо пути перевода бессознательного в сознательное могут быть различными. Следовательно индивидуация может быть разнообразной. Как правило, она бывает неудачной. По Юнгу человек застревает на этом пути где-то посередине.
Эго воспринимает свое коллективное бессознательное, населенное архетипами. Архетипы это фигуры, классические фигуры великих сновидений, которые повторяются практически у всех народов. Архетипы составляют определенные группы.
По Юнгу мужское Эго воспринимает свое коллективное бессознательное, которое нейтрально, через образ женской души - Анимы. Когда мужчина смотрит внутрь себя, на своё коллективное бессознательное, он видит Аниму, которая может выступать в образе матери, возлюбленной, дочери, старухи, может быть зловещей, симпатичной, но это мужской инсайт. А у женщин всё наоборот, женщина видит своё.. - НЕ СВОЕ, В СЕБЕ - коллективное бессознательное как Анимус. То есть, бессознательное женщины структурировано мужским образом. Она видит бессознательное как мужчину - отца, сына, мальчика-с-пальчика...
В результате беседы Эго и коллективного бессознательного возникает ещё одна фигура, крайне тревожная по Юнгу - Тень, которая представляет собой некую корзину, куда складываются все плохо выстроенные отношения коллективного бессознательного и Эго, т.е. результаты неудачной индивидуации. Это некое второе Эго, содержание которого вытесненные инстинкты, какие-то непонятые пожелания, которые идут снизу. В культуре это называется дьяволом. А по Юнгу, индивидуально, это представляется как Тень.
Есть 4 оси: власть, богатство, престиж, образование, которые формируют социальный логос. Но, благодаря новой социокультурной топике коллективного бессознательного, аналитического структурализма, возникает 5-я ось, которая идет с глубин, но которую можно воспринять в рамках социальных проявлений. Это ось инициации или ось индивидуации. Смысл её в том, что по этой оси в рамках социальных институтов, социальных взаимодействий, социальных отношений и социальных влияний, а также социальных ролей реализуется перевод коллективного бессознательного через Эго на уровень сознания. Это ось, по которой происходит индивидуация или человеческая терапия. Можно назвать её осью счастья (в спиритуальном или психоаналитическом смысле - не в гедонистическом), потому что счастлив только тот, кто умудриться привести своё коллективное бессознательное в согласие со своим сознанием. Такой человек обладает колоссальным ощущением легкости бытия. Его бессознательное спокойно поднимается, тень разогнана, побеждена, Анима или Аанимус радуются, смеются, его бытие в социуме и в самом себе приобретает замечательные качества - это полет. Но эта ось может вступить в противоречие с другими осями.
Или, наоборот, человек может стать первертом, на котором ездить собственная Тень, если реализован на всех 4 уровнях, кроме 5-й оси.
Вертикальная и горизонтальная мобильность Сорокина должна быть дополнена инициатической мобильностью.
Институт инициации был открыт во многих обществах для всех - и для высших каст, и для низших.
5. Социальная антропология 6. Социология политических идеологий 7. Социология этноса 8. Социология власти 9. Социология религии 10. Социология гендера 11. Постобщество
Человека хранит правильное место его стояния внутри. Клеточка - как на шахматной доске* - где должно стоять по замыслу Творца в той или иной роли, в отношении к тому или иному явлению, субъекту, чужой роли, предмету.., в отношениях со всеми вещами, с которыми приходится взаимодействовать.
Правильное взаимодействие или нет - это зависит от «клеточки», ибо клеточка (как это происходит в графах знаний, например) хранит в себе структурное представление: схемы, законы взаимодействия, отношения.
Если человек оказывается не в той «клеточке», выстраиваются некорректные отношения, нарушается гармония, нормы, здоровье.., а корректные, в свою очередь, не могут быть выстроенными: не там стоит, не те алгоритмы срабатывают. Самый наглядный пример такого нарушения - инцест (физический или психологический - неважно), когда, скажем, отец выходит за пределы клеточки «отец» в отношениях с ребенком и взаимодействует не с той позиции, что была бы уместна, а с той, где реально находится его психика (например, действует влюбленный или любовник - по отношению к дочери).
Не человек играет роль, а роль играет человека. «Клеточка» или точка, место стояния, «узел» или ребро графа определяет наличие той или другой «операционной системы» психического пространства, в которой работают те или иные структурные механизмы, и человеком играют те или иные силы. Только стоя в правильном месте, находясь в правильных отношениях со всеми вещами и стихиями мира (София - живое знание об этом), можно действовать должным образом - не грешить, не разрушать и не разрушаться...
---
* Шахматные фигуры ходят, как положено им ходить - правят алгоритмы взаимодействия.
Тема раскрывается в сознании, подобно цветку. Поток софийных созерцаний, связанных с вопрошанием, актуализированным бытийно, сам собирает лепесток за лепестком и возникает как бы ниоткуда Роза мысли.
София сама собирает во мне букет своих роз. И я, по большому счету, являюсь этим букетом по преимуществу. Я - не мои болезни, не мои недостатки, а букет софийных роз, который собран во мне не мной, но не без меня. Для кого этот букет? Для Бога, вероятно, но не только. Этот букет для всех, кто в состоянии увидеть его и оценить, для всех, кому он нужен, для кого ценен, кто сам в себе таким же образом собирает или хочет собрать софийный букет.
Люди зачастую не прощают тех, кто живёт не их жизнь, а свою собственную*. Само наличие этой собственной глубинной жизни, отличной от других, воспринимается как некое преступление, ненормальность, чуждость и даже враждебность. Не та ли это сила в нас, что распяла Христа на кресте?
Меж тем именно в своих глубинах человек встречается в созерцании со Христом и становится ближе всего и к себе, и к другому (не другим, замечу, а именно каждому другому). Таково внутреннее единение всех со всеми во Христе - через связь со Христом и каждого с каждым во Христе через Христа.
Так борются в нас коллективизм и соборность.
Коллективизм, рождающийся из соборности, возможен как очень краткий момент и ровно до тех пор, пока в сообществе не начинают властвовать структуры внешнего массового единения ради внешних целей (толпа или корпорация), которые всегда мешают внутреннему, конкурируют с ним в стремлении захвата сознания, и стараются преодолеть его.
Коллективное начало сражается против соборного, а соборное отстраняется от коллективного, как только оно норовит захватить власть.
Отказываясь от соборного единства с другим, нельзя претендовать на коллективную близость с ним без насилия над ним**.
У кого есть Христос, тому не обязателен другой человек? Наоборот, тому еще более дорог другой человек, но если единение происходит мимо соборного единства во Христе, то такая близость будет ранением, болью, травмой, а в предельной точке - сораспятием Христу.
----
* Не имеющие своей внутренней глубины люди нуждаются в сбивании в группы и стайки, чтобы ощущать свою значимость, в отличие от целостных людей, которые причину своей значимости открыли внутри себя - Христа;
** Аналогичные процессы происходят и в семье, семья малая церковь до тех пор, пока единение в ней происходит по соборному принципу. Семья хранится семейным алтарем - уважением к ценностям семьи, уважением к глубинному содержанию членов семьи, принесением на алтарь всех своих побед и достижений, чтобы они не разрушали единства самостными выпадами.
Я - это мои плохие стихи или, наоборот, я - это мои шедеврики? Как ни странно, и то, и другое может быть правильным ответом - все зависит от ракурса, от контекста, в котором звучит вопрос или вопрошание. В первом случае я скажу: я это мои плохие стихи, т. к. мои шедеврики больше меня. В другом случае я скажу, что я настоящая как раз в шедевриках, т.к. их никто, кроме меня не мог бы написать. Ракурс смотрения, точка стояния, место переживания - уникальны. В моих шедеврах я лучшая, в моих слабых стихах я, которой я быть, возможно, не хочу, это я временная, я исчезающая, я, которая не равна себе, это мои слабости и недостатки, а не мои достоинства и успехи. А что меня отражает больше: удачи или неудачи? Ответ, как я сказала прежде, зависит ракурса вопрошания. И мне самой то один ответ кажется верным, то другой - смотря где я в себе стою, смотря что в себе переживаю, смотря куда и зачем смотрю, смотря куда и зачем устремлена...
Бывают стихи приторные и липкие, в них попадаешь, как муха в патоку. Противно сразу. Есть скучные, ровные, и словно немые - неживые: не трогают, не волнуют, не беспокоят. Есть стихи - как заметки на полях: они написаны не для других - для себя, и тем могут быть интересны, если есть интерес к автору. Есть стихи про всех, и про меня, и про автора - они про что-то общее, присущее нам как людям. Есть очень интимные строки - кому-то близкому, очень лично, только ему. Они интересны как откровение о... Есть стихи - преодоление себя, есть - преодоление других, есть - преодоление бездны, ада, смерти, потери, а есть стихи - преодоление преодоления... Есть стихи - упражнение, разминка, тренировка или спасение от скуки, спасение от безстишия или даже от себя себе ненужного... Есть стихи - грусть или восторг, стихи - тишина, стихи - молчание... Есть стихи - хочу сказать, есть стихи - глаза бы не видели... Стихи - себе, другому или никому... Стихи - игра, стихи - работа... Стихи - марш, стихи - колыбельная... Стихи - крик, стихи - шёпот. Все регистры человеческой жизни отражаются в стихах, все песни и стоны, кроме тех, в которых поэзия невозможна - где её умертвляют.